Ведун
Шрифт:
Окровавленное лезвие ирландец тщательно вытер о богато расшитый вывезенный из далекой Персии в качестве трофея халат, в который был облачен сэр Чарльз и вернул оружие обратно в ножны на поясе. Удовлетворенно осмотрел откинувшееся на спинку кресла мертвое тело. Голова покоится на груди, если не присматриваться, может показаться, что человек ненароком уснул на своем рабочем месте. Шону было известно, что потревожить покой хозяина кабинета дозволительно только ему, как человеку наиболее приближенному, однако всяко бывает, мало ли кто из немногочисленных слуг может набраться наглости и заглянуть в хозяйский кабинет. Поэтому перед тем, как удалиться, он взял лежавший на столе ключ от кабинета и запер дверь с обратной стороны.
Совершив акт возмездия, ирландец вернулся
С Робертом Стэнтоном сыном теперь уже покойного Чарльза он столкнулся практически в дверях его квартиры на Итон Сквер. Молодой мужчина, не успевший обзавестись женой и детьми, вот уже несколько лет жил на съемной квартире обособленно от родителей. В данный момент он собирался к месту службы в Форин-офис, где занимал место советника при министре иностранных дел Великобритании и со временем метил на пост своего нынешнего патрона. Впрочем, при появлении управляющего поместьем с какой-то «очень важной информацией», он решил уделить ему минутку-другую своего драгоценного времени. Пройдя в кабинет вслед за хозяином, Шон не стал объяснять Роберту, по какой причине он объявил войну семейству Стэнтонов. Отработанным до автоматизма ударом старый солдат загнал нож под лопатку точно в сердце Роберта. Убедившись в том, что сын кровного врага мертв, он оставил тело лежащим на полу и покинул квартиру.
Пока всё, других близких родственников у покойного лорда Стэнтона в Туманном Альбионе нет. Жена Вероника вместе с рано овдовевшей дочерью Луизой и её малолетними сыном Грегором и дочерью Викторией предпочитают жить на континенте подальше от неуютного дождливого острова. В блистательной столице Франции и климат для здоровья больше подходит, и жизнь значительно веселее. Но, самое главное, шанс для юной красивой вдовы, потерявшей год назад в далекой Индии мужа-офицера, подыскать приличного спутника жизни из какого-нибудь старинного европейского дворянского рода значительно выше, нежели в чопорной Англии с её дикими условностями и предрассудками.
Взойдя вечером на борт пассажирского парохода «Queen Isabella», наш мститель уже к обеду следующего дня сошел на сушу во французском Кале. Наклеенные бородка и усы, а к ним несуразный парик, оказались совершенно ненужными атрибутами. На пункте пограничного контроля никто не обратил внимания на невзрачного пожилого человека, представившегося как Патрик О’Нил. Соответствующий паспорт, изготовленный в российском посольстве по его просьбе, не вызвал ни малейшего подозрения у пограничников. Также никто не искал коварного злодея и хладнокровного убийцу Шона Сейлора, ну или Шона Мак-Грата, если полиция смогла докопаться до его истинной сущности. Тишь, да гладь, да полная благодать, повышенных мер безопасности не наблюдается, выходит, никому он не нужен и ему нечего опасаться.
Не теряя времени, ирландец направился на станцию дилижансов и спустя трое суток он стоял неподалеку от небольшого двухэтажного особняка на Елисейских Полях, утопающего в тени развесистых каштанов и огороженного кованной трехметровой оградой. Парижская резиденция семейства Стэнтонов, напомнила старому ирландцу уютное поместье на берегу
Протерев лицо платком, он подошел к чугунной ограде и (о чудо!) увидел тех, к кому так упорно стремился всей своей требующей отмщения мятущейся душой. Вот они — жена главного врага, его дочь, малолетние внуки лорда Стэнтона. Рядом еще какие-то люди. Похоже, куда-то собираются. Все в строгих одеждах с пришитыми на рукава черными траурными лентами. Детишки резвятся на аккуратно подстриженном газоне. Взрослые, глядя на них сдержанно улыбаются.
Извлечь пистолет из саквояжа много времени не займет, верная рука не подведет. В барабане семь патронов, промазать с десяти метров может позволить себе либо слепой, либо полный неумеха. Шон, несмотря на преклонный возраст, недостатком зрения не страдал и неумехой себя не считал.
Мгновение и отточенными движениями револьвер оказался в его руке. Легкий щелчок возвестил о том, что оружие готово к применению и пора его пустить в дело. Старик выпрямил руку, наводя ствол на юного наследника древнего английского рода. Уничтожь он всех присутствующих Стэнтонов, и эта фамилия навсегда исчезнет из анналов Британской Империи, как когда-то исчез клан Мак-Гратов из длинного списка благородных ирландских родов. Справедливость восторжествует, стоит всего лишь нажать на спуск и повторить еще три раза.
Но что это? Ему совершенно не хочется убивать чудесного мальчугана, златокудрую девочку с огромными синими глазами. Не раз и не два эти непоседы взбирались на плечи старого дворецкого и катались на нем, как на лошадке. А Вероника, что она такого плохого ему сделала? Добрейшей души женщина, голоса на старика ни разу не повысила. А Луиза? Она же ему как дочь.
Вольно или невольно его рука с оружием опустилась. Старый солдат понял, что, как бы ни звал его долг к отмщению, он не сможет выстрелить в детей и женщин. Да, его враг смог, но он-то не Стэнтон, у него нет и никогда не было тяги убивать слабого и беззащитного. В бою, когда ты с оружием, и враг в тебя целит из винтовки или норовит отрубить голову саблей, он был в своем праве убивать. Также он был в своем праве, когда убивал мужчин ненавистного рода. Сейчас на него никто не наводит огнестрельное оружие и не угрожает хладной сталью, а все взрослые враги очень быстро закончились. Так к чему же уподобляться в жестокости своему кровнику?
— Не-е-е-т!!! — громко закричал старик и, отбросив прочь проклятый револьвер вместе с саквояжем, кинулся бежать, сам не понимая куда.
Редкие в это утреннее время прохожие могли наблюдать, как прилично одетый пожилой мужчина ни с того, ни с сего, громко выкрикивая что-то непонятное, выскочил на проезжую часть улицы, где тут же угодил под удар проезжавшего мимо экипажа. Случилось это настолько быстро, что управлявший фиакром кучер не успел отреагировать. Сначала лошадь на полном скаку врезалась в несчастного. Отброшенное страшным ударом тщедушное тело отлетело на десяток футов по ходу движения транспортного средства и распласталось по гранитной брусчатке. Лошадке каким-то чудом удалось не наступить на человека, а вот колесо, прокатилось аккурат по хлипкой старческой шее. Оно, хоть и было окантовано мягкой резиной, но это обстоятельство никоим образом не помогло несчастному. Едва различимый ухом средь уличного шума хруст раздробленных позвонков, после чего наступила мгновенная смерть последнего представителя клана Мак-Гратов.
Дмитрий Аркадьевич Пафнутов прихлебывал черный густой кофе, приготовленный умелыми руками верного Мустафы. Между небольшими и нечастыми глотками он листал практически свежий выпуск парижской «Nouvelle», полученный полчаса назад по каналам новомодной электрической связи. Светская жизнь столицы одной из крупнейших стран мира мало интересовала сотрудника российского посольства в Лондоне. Всю поступающую корреспонденцию он просматривал по роду службы, поскольку формально числился третьим секретарем посла. На самом деле этот человек обладал весьма и весьма широкими полномочиями, выходящими далеко за рамки официальной дипломатической деятельности.