Ведьмино счастье
Шрифт:
— Что Вы хотите? Для Вас я готов на всё.
— Вам удалось меня смутить, — лорд недоверчиво вздохнул, — мне немного неудобно к вам обращаться по столь интимному поводу, но вы же поможете мне повесить балдахин? Я понятия не имею как это делается.
— Конечно же, помогу, но существует небольшая сложность. Я тоже не умею их вешать, хоть мне и стыдно в этом признаться.
— Учиться никогда не поздно. Будем учиться вместе.
Лорд честно пытался помочь, но с балдахином справиться было сложно. В спальне развилась настоящая война — мы вдвоём против балдахина. Балдахин побеждал. Пару раз я оступалась и падала в кровать под испуганные восклицания лорда. Один раз мне пришлось его выпутывать из ткани. И только через час усердной борьбы нам удалось справиться. Именно в этот момент в спальню заглянул Маг, он увидел запыхавшихся нас, смятую постель и красный балдахин.
— Господин Маг, это совсем не то, о чём вы подумали. — начал привычно оправдываться Джеймс.
Я захохотала. Когда кровать была полностью застелена, оказалось, что смотрится она теперь весьма пикантно. И напоминает то ли дворцовые покои какого-то монарха, толи мечту хозяйки борделя. Но в целом мне понравилось, хотя было и очень непривычно. Роскошный темно-алый балдахин, такого же оттенка белье, множество подушечек разных форм и размеров. Уходя из спальни последней, я погладила стену, она отозвалась привычным урчанием, и попросила дом сотворить здесь большой платяной шкаф, зеркало во весь рост и трюмо с пуфом. Когда через минуту я снова приоткрыла дверь спальни, то увидела, что вдоль одной из стен расположился огромный резной шкаф со множеством полок и вешалок для платьев. В углу появилось огромнейшее зеркало в резной с цветочным узором раме. В другом углу уютно приткнулось красивое трюмо с деревянными подсвечниками с двух сторон. Его зеркало так же обрамляла резная рама с цветочным мотивом, а подсвечники, расположенные по бокам от зеркала, были выполнены в форме двух ветвей, растущих прямо из рамы и заканчивающихся раскрытыми бутонами. В бутоны и предполагалось накалывать на торчащие из них пестики, свечи. Что ж вот теперь спальня действительно напоминала покои правящей королевы. Для меня всё вместе было даже слишком вызывающе. Сегодня, похоже, мне будет, чем заняться — весь вечер буду чувствовать себя куклой Барби примерять наряды.
Я сбежала по лестнице вниз. И вовремя. Домой с охоты вернулась Люсинда. С огромным удивлением она уставилась на Заразу. Во взгляде явно читалось, что для добычи он крупноват, а для опасной для нее твари на её самоуверенный взгляд — мелковат.
Зараза заметил кошку и замер с открытым клювом.
— Кошка моя, не сметь ее обижать. А то кормить не буду и выгоню.
— О, жестокосерднейшая из ведьм Империи! Зачем ты так со мной! Мне вовсе не нужен этот противный кусок шерсти, когда я смею надеяться на регулярное питание!
— Обидишь кошечку, кормить не буду!
— Понял. Сделка. Не обижаю, а ты кормишь. И не менее трёх раз в день. И повкуснее. Я большая птичка — меня надо хорошо кормить.
— Договорились.
Глава 23
Весь вечер я провела за разборкой и примеркой нарядов. Все они были по-своему прекрасны и идеально садились на мою фигуру. Теперь я поняла смысл фразы: "Словно на тебя сшито". Действительно все мелочи были учтены именно для меня. Ткани были как-то специально обработаны. Штаны для верховой езды плотно садились по фигуре, но при том явно не должны были скользить по седлу. Постельное шёлковое бельё даже и не собиралось скользить. За приятными заботами я прекрасно провела время. В голове непроизвольно крутились воспоминания об Олафе. О том, какие платья я надевала, когда мы куда-то собирались вместе выйти. Будь то театр или ресторан. Интересно, как он там? Смирился с потерей меня? Невольно я сравнивала его с Джеймсом. Сравнение было то в одну, то в другую сторону. В любом случае, и тому и другому был нужен надёжный прочный брак. Впрочем, самому лорду и брак со мной был вовсе не нужен. Я же не готова к браку. Не хочу сама же лишать себя свободы и накладывать на свою жизнь массу обязательств. Про новый, открытый мною мир, я пока никому не стала ничего говорить. Иррационально хотелось сначала побыть в нём немного одной. Насладиться пугающей высотой и бескрайними просторами дикого леса. Такого близкого и в тоже время такого недостижимого. Лес манил своей неприступностью. Быть может, Маг мог бы подсказать способ спуститься вниз. Еще в голове прокручивались мысли о "покушениях" на меня. Эти «покушения» казались скорее детской шалостью, неудачной шуткой, чем реальной опасностью. Кто, будучи в здравом уме, мог рассчитывать на то, что я буду есть эту гадость? Да и тем более, со слов Мага, она сама по себе могла быть ядовитой. А ворона? Вот что в ней такого опасного? Ну, поцарапала бы, ну уж явно не страшнее кошки. На ночь со мной в комнату,
Эльф
— Как я тут оказался?
— Все же эльфа тяжелее угробить, чем тебя. Стража позволила мне помочь тебе дойти до темницы. Я затащил тебя. Извини, но кое-где пришлось тащить волоком. Ты очень тяжёлый.
— Злишься на меня? Как тебе только пришло в твою неразумную эльфийскую голову меня закрывать своим телом?! Эльфийская живучесть тоже не бесконечна.
— Это было спасибо, я надеюсь? Они бы убили тебя. А кроме тебя у меня нет никого. Где я найду другого такого друга?
— Не убили бы. Мы денег стоим, забыл? И страже это известно. Они же не могут обнести казну Империи безнаказанно. Заставили бы их платить ущерб казне за мое бренное тело. Если действительно, конечно, мы отошли с остальным имуществом в собственность Императора.
— Как думаешь, куда нас дальше? Дадут прийти в себя?
— Если я что-то понимаю в этом деле, то выставят на торги вместе с остальным барахлом драгоценного Орфеуса. Как его только угораздило так попасться? Впрочем я рад, что он ощутил все прелести бесправного положения на своей шкуре.
— Думаешь нас разделят?
— Не хотелось бы. Где я найду второго такого героического эльфа. Смотря, как будут распродавать имущество колдуна. Но скорее всего — да.
— Самое страшное — попасть на рынок живого товара. В качестве товара. Меня там и купил наш прошлый хозяин, если ты помнишь.
— Бывал, знаю. Но страшнее попасть в лапы ведьмы. Во много раз страшнее. Это хуже даже, чем к нашему колдуну. У ведьмы ты вообще не выживешь. Да и я, впрочем, тоже.
— Почему же?
— Они полностью лишены жалости, пекут хлеб, замешивая его на крови младенцев, приносят жертвы из числа людей и животных, могут сжечь заживо молнией. Полностью живут моментом. Сейчас замучила свою жертву, а через минуту вспомнила, что жертва была нужна для другого. Их власть почти безгранична. Это тебе не магессы с их понятиями о правилах. Благо, ведьм очень и очень мало. Тем более — в Империи. Там, откуда я родом, раньше ведьм сжигали на кострах, пока те не входили в полную силу. Вспомни, даже Орфеус опасался какой-то ведьмы Марцеллы. А уж на что он жесток. Помнишь, перед тем, как уехал в последний раз, чуть не запорол тебя за разбитую реторту. Маловероятно, что кому-то из нас просто не посчастливится столкнуться с ведьмой.
— А почему ты считаешь, что у меня шансов выжить будет меньше?
— Ты — эльф. Она тебя на ингредиенты для зелий пустит, или кровь всю высосет, или просто замучает, или ещё что. Я не знаю, повезло лично с ведьмами не сталкиваться, а то я бы с тобой сейчас тут не сидел. Но так говорили у нас, на Северных островах. А варвары просто так болтать не стали бы. Брось об этом думать. Пустое. Я бы хотел попасть к какому-нибудь путешественнику, чтоб каждый день — новый мир. А ты?
— Садовником, у эльфов это знаешь, как получается? И чтоб хозяин добрый был. И чтоб с тобой не разлучили.
— Мечтай, мечтать не вредно. Делать больше все равно нечего. Даже если бы сделать подкоп, все равно не удерем. Магия ошейника не даст. Я как-то пробовал сбежать от одного из хозяев. Бесполезно. Пожалел потом сильно. Спасибо, что сегодня спас меня. Я теперь твой должник.
— Брось. Ты меня тоже выхаживал. То ты меня вытащишь, то я тебя. Так и будем считаться?