Ведьмино поле

Ланц Анна

Не слушая мои возражения, девушка решительно вошла в калитку. Дойдя до покосившейся двери, она громко постучала. За дверью послышались шаркающие шаги, какая-то возня, наконец, она распахнулась.

Нам открыл худощавый мужчина, лет тридцати пяти, с уставшим лицом, в грязной поношенной рубахе.

– Че надо? – грубо спросил он, уставившись на нас.

– Добрый вечер! – Просинья одарила его широкой улыбкой. – Мы узнали, что Вы приехали в нашу деревню. Пришли познакомиться и узнать, как Вам наши

края? – Мужик посмотрел на нее как на ненормальную и захлопнул дверь, ничего не ответив.

– Как думаешь, похож он на колдуна? – спросила я, когда мы отошли от дома.

– Мне кажется нет, – разочарованно проговорила подруга. – Я их как-то по-другому представляла. Повыше, да посильнее. Особенно тех, кто волком умеет оборачиваться. А этот щуплый да неказистый какой-то.

– Может и не наш колдун, – не стала я спорить, – в любом случае, лучше держаться от него подальше. Неприятный тип. – Еще немного помолчав, и собравшись с духом, я вполголоса спросила: – Прось, ты мне ничего не сказала, что думаешь о том, что я ведьма.

– А чего тут думать? Отлично это! Разве ты сомневаешься? Сегодня ты спасла жизнь человеку. Знаю, что ты сделаешь еще немало добрых дел, – уверенно ответила она. – Моя бабка сказывала, что раньше много ведьм было. Они всегда деревенским помогали. Бобы – средство хорошее, но и от ведьмовской чародьбы никто не отказывался. – На душе у меня потеплело. Все-таки, Просинья необыкновенная девушка.

– Ты не говори пока никому, – на всякий случай попросила я, и без того уверенная, что она лишний раз болтать обо мне не будет.

– Ты можешь во мне не сомневаться.

Вечером, после вкусного ужина в привычной компании, отправив кузнеца спать, мы решили приступить к «вызову» домового.

– Я всегда догадывалась, что он у нас где-то живет. То шорохи слышала за спиной, то скрип половиц, а один раз даже бормотание. – Поделилась Просинья.

– Вот и узнаем. У Яги замечательный Кузя, готовит так, что пальчики оближешь.

Я налила молоко в блюдце. Девушка достала из кармана припрятанное домашнее печенье, за которым ей пришлось специально сбегать к Лучезару. Поставив угощения в угол, недалеко от печи, как учила Яга, мы стали спорить, кто должен произносить заветные слова.

– Ты в этом доме хозяйка, тебе твоего домового и звать, – решила я.

– А ты ведьма, твое слово значимее. Что-то не видела я, чтоб он к обычным людям на их зов выходил. – Не согласилась Прося.

– Может они звали неправильно, или не жил у них домовой.

Посовещавшись, решили сказать слова хором. Встав в углу, мы произнесли: «Дедушка-домовой, угощения забери, нам покажись, да дружить не откажись». Для надежности повторили три раза. Замерли, ожидая появления домашнего духа, но ничего не произошло. Посидев еще немного на кухне, выпив

пару кружек травяного чая, я решила, что ждать дальше бессмысленно.

– То ли нет у нас никакого домового, то ли не захотел он к нам выходить. – Сделала я вывод. Расстроенные и уставшие, мы разошлись, каждая к себе, спать.

Глава 6

– Катя! Просыпайся! – кто-то безжалостно тряс меня за плечи. Открыв глаза, я уставилась на лохматую взволнованную Просю в ночной сорочке. Сон как рукой сняло.

– Что случилось? – я села.

– Там кто-то есть, – выдохнула девушка. – Я проснулась рано, чтоб папулечке завтрак сделать, подхожу к кухне, а там за закрытой дверью шум, звон посуды, звуки шагов.

– Значит, или Вадислав сам решил похозяйничать, или мы все- таки позвали домового. – Логично предположила я.

– Папулечка спит, я проверяла. Домовой это. Пошли со мной, я одна туда боюсь заходить.

Встав с кровати, окинула босую подругу взглядом и тоже решила не тратить время на переодевание. На мне, как и на Просе, была белая сорочка до пят. Не смотря на ранний час, на улице уже было тепло. Не простудимся.

Дойдя из сенника в избу, мы замерли у кухонной двери.

– Слышишь? – спросила девушка. Я слышала. За дверью определенно кто-то был. И судя по ароматам, этот кто-то готовил там что-то очень вкусное. – Что делать будем? – Оставив вопрос без ответа, я деликатно постучала и сразу вошла. Просинья последовала за мной.

На кухне хозяйничал домовой. Маленький бородатый мужчина ловко доставал сковороду из печи.

– Хозяюшки пожаловали, – обрадовался он. – Доброе утро! А я завтрак специально для хозяина готовлю, знаю, что он первым трапезничает. Но и вас найду чем угостить.

– Доброе утро! – хором ответили мы. Я кинула взгляд в угол, где мы оставляли молоко с печеньем. Они пропали. – Мы рады, что ты отведал наше угощенье и появился.

– А я-то как рад, – сказал домовой, не отвлекаясь от процесса готовки, – почти пару веков уже без дела маюсь. А тут сразу две хозяюшки позвали меня, это такое счастье!

– А чего тогда сразу не появился? – спросила Просинья.

– Так наряжался, – домовой на секунду остановился, раскинул руки, продемонстрировав свою голубую в горох рубаху и темно-синие штаны. Ноги у него оставались босыми. – Не мог я в чем попало, после стольких лет, перед хозяевами предстать.

– А звать тебя как? – спросила я.

– Василий я, но можно просто Вася, – разрешил он.

– Девочки, что стряслось? – раздался за спинами голос кузнеца. Развернувшись как по команде, мы столкнулись с его удивленным взглядом. Он еще не видел происходящего на кухне, стоя в дверях, мы загораживали ему обзор.

Конец ознакомительного фрагмента.