Ведьменыш

Ночное дежурство приближалось к концу, и оператор радара капитан Сараев уже мечтал о том, как придет наконец домой и, растянувшись на кровати, заснет, обнимая жену.

Он устал смотреть в мутное око экрана и косился на коллег в надежде, что скоро все потянутся домой. Вахта на локационной станции заканчивалась через полчаса.

Боковые лепестки радиоволны мерцали привычным утомительным ритмом: луч нудно пробегал вокруг центра, наматывая последние минуты дежурства…

Вдруг в стороне от линии, за радиусом дальнего круга, возникло расплывчатое

В центре цветка зажегся кружок, а другие кружки, поменьше, словно лепестки, расположились вокруг. Таких лепестков было ровно шесть, а с центральным, стало быть, семь.

– Господи, да что же это? – вырвалось у Сараева. И все, кто был рядом, взглянули на него.

– Самолет? Да вроде нет… – он растерянно указал на экран радара. – Что я, самолетов не видел?

Сараев нервно набрал по внутренней связи номер генерала Крымского, и через минуту тот буквально влетел в операторскую.

– Вот, вот он, – вскричал Сараев, указывая на «цветок», по-прежнему плававший по краю экрана. – Видно же четко, отлично видно. Что это?

Крымский долго смотрел на непонятный объект, юливший на радаре, и наконец обронил:

– Сколько у него по азимуту?

– Двести шестьдесят—двести семьдесят.

– А по дальности?

– Километров сорок. Не больше. Где-то так, – дрогнувшим голосом отозвался Сараев и добавил: – Курс триста тридцать градусов. Устойчивый.

– Продолжайте дежурство. Фиксируйте все как положено. А потом рапорт напишите. Зарисуйте, как он возник, и параметры с прибора отметьте. Смекнули?

– Есть, – ответил Сараев и понял, что генерал вовсе не собирается уходить.

Крымский продолжал внимательно смотреть на экран.

– Цель эта, Иван Петрович, без сигнала опознания, – сказал вошедший в комнату лейтенант Опога. – Вот, с аэродрома в Челябинске, – офицер протянул шифровку, но Крымский не прореагировал.

– Может это быть природный фантом? – задумчиво произнес генерал. И недовольно ответил сам себе: – Нет, не может.

Неизвестный объект резко рванулся к краю радара и исчез.

Генерал вышел в соседнюю комнату, и хотя говорил он тихо, все, кто был на дежурстве, услышали обрывки его телефонного разговора: «Точно такой же, как и в апреле у полковника Тихонова… Да нет, точно такой же. Именно. Параметры даже те… Шершень займется. Это его профиль».

В ту ночь загадочный объект видели не только на радарах.

– А я никогда не была в Аркаиме. Казалось, вот он. Ну что тут ехать-то? Километров двести от Челябинска? Да? А все не получалось. Вот так.

– Увидишь, там клево. Народу будет тьма. Кто откуда. Прикинь, башкиры тоже приезжают из Уфы, татары. Даже казахи. Правда-правда.

– А что хоть там за место-то?

– Да-а… Увидишь, не торопись.

– Ну, правда…

– Хорош трепаться…

– Ну…

– С виду все просто. Проще простого, как говорится: степь, две крутые горы, короче. Но все в словах же не расскажешь, так? Главное, окунись в это. А там все поймешь.

– Серьезно?

– А то! Да и люди там не лохи. Со своими думками.

– Ну…

– Потерпи – и все сама увидишь, – подвел итог разговору Андрей, и Оля разочарованно и кисло улыбнулась.

На трассах обычно проблемы, а тут долго ждать попутку не пришлось: в общем-то, повезло – их подхватил автофургон, ехавший с туристами аж из Уфы.

Автофургон был какой-то чудной, расписанный фигурками тропических животных: тигров, леопардов, оленят, попугаев, лупоглазых, кривых клоунов. И народ в фургоне сидел бойкий, шустрый. Все ехали в тот самый Аркаим.

Худой, с редкой бороденкой мужичок в замусоленной ветровке, из тех, что в походах бывают обычно кашеварами, бренчал на гитаре песенку про лося, вышедшего на дорогу, и подмигивал полненькой, грудастой соседке, копавшейся в рюкзаке. Молодежь кривлялась или травила анекдоты.

И Оля оттаяла. Но когда «кашевар» взглянул на нее, опять насторожилась. Он уже не пел, а бесшумно шевелил губами: как это бывает, когда пропадает звук в телевизоре.

Фургон резко дернулся на повороте: у изгиба дороги взметнулась старинная мельница, за ней бревенчатый, похожий на декорацию, русский сруб конца давно минувшего века. Вот тут и появились ребята в русских домотканых рубахах и великоватых сползавших порточках.

Автофургон притормозил аккурат возле этих карнавальных мужичков.

У самодельного шлагбаума лубочные русичи продавали билеты на Иванов день. Деньги были – чепуха, и когда народные контролеры собрали мзду, пара выскочила из фургона. Андрей, оглядевшись, небрежно и широко махнул рукой в сторону степи: ну, вот, вот же он, мол, твой Аркаим.

Русый худощавый студент, на вид чуть больше двадцати. На шее растаманские бусы, волосы затянуты в хвост. Он увлекался историями о летающих тарелках и всякой небывальщине.

Лето, пора оттягиваться, и Андрей предложил Оле поехать по аномальным зонам Урала. Это было ей в тему. Она планировала побег из дома… А он… Он сбежал от военкома.

Познакомились они в начале мая в ресторане «Робин Бобин» в самом центре Челябинска, в том, что на проспекте Победы.

Андрей тусовался с парнями из поисковой группы «Сталкер», оттуда ему постоянно названивали, куда-то приглашали, что-то советовали посмотреть.