Ведьме ректор - не игрушка!

Фадеева Юлия

Так…

Я призадумалась, совершенно перестав обращаться внимание на Джима, который поняв, что со мной разговаривать бессмысленно, потому как я не откликалась на его зов, просто пожелал мне хорошенько отдохнуть и поскорее поправляться, потому что мои друзья по мне безумно скучают и хотят поскорее увидеть бодрой, здоровой и полной жизненных сил.

На что я лишь кивнула и сказала "спасибо", снова погружаясь в свои мысли.

Джим, хмыкнув, ушел, оставляя меня одну.

Итак, что мы имеем?

Первое.

Я теперь замужняя девушка, если судить по той вязи, что нарисовалась у меня на руке, пока я была в беспробудной отключке.

Второе. Как-то непонятна ситуация с ректором. Я его убила или же это жестокий розыгрыш с его, Эдрианом, участием в главной роли?

Третье. Если ректор жив, то почему он выдает себя за какого-то злобного брата? А если же он все-таки мертв, то почему Эрик так рад его кончине?

Четвертое. Как разобраться во всех хитросплетениях человека, которого я, по сути, совершенно не знаю?

Пятое. Нужно как можно больше узнать о человеке, называющим себя моим мужем.

— Доброго дня, милая, — ворвался в мои мысли голос пожилой женщины. — Ну, как ты себя чувствуешь?

Я, тряхнув головой из стороны в сторону, от чего мои волосы растрепались по подушке, попыталась привести сои мысли в порядок.

— Хорошо, — отозвалась я, глядя на миловидную женщину преклонных лет.

Перове, что бросилось в глаза — длинные эльфийские уши, но вот что странно — все эльфы высокие и изящные, а эта женщина низкого роста, примерно такого же, как и у меня, ну, может, чуть-чуть повыше, плотного телосложения, а на лице пролегли довольно глубокие морщины, которые совершенно не портили ее, скорее наоборот, украшали неким благородством и неким флёром мудрости, что ли? Не могла понять.

— Ну и хорошо, просто замечательно, — приговаривала она, прикасаясь к ремням на моем теле.

— Скажите, а зачем меня так приковали к кровати?

— Ох, — всплеснула руками женщина, — ты же ничего не помнишь. Милая моя, когда тебя нашли в кабинете у ректора да еще и совершенно одну, ты, моя милая, металась в горячем бреду, пытаясь выцарапать из груди свое сердце. Как мы только не пытались тебя урезонить, но никакая магия не действовала на тебя, тогда то мы и решили, что чтобы ты не смогла себе никак навредить, приковать ремнями к кровати.

Я старалась не перебивать женщину, чтобы понять что произошло после того случая в кабинете Эдриана.

— Хорошо, что один из адептов пришел к ректору. Уж не знаю что у него было за дело к нему, но когда он постучал в дверь, а она открылась без труда, то он и заглянул в кабинет, чтобы увидеть на полу твое бесчувственное тело.

— А ректор? — не удержалась я от вопроса.

– А что с ним? — не поняла женщина, удивленно глядя на меня.

— Ну, он ведь тоже был там… — осторожно произнесла я, глядя на нее.

— С чего ты взяла? Когда

адепт Форс нашел тебя в бессознательном состоянии, никого в кабинете больше не было.

— Вы хотите сказать, что я была совсем одна? — В груди словно что-то сдавило и мне стало тяжело дышать, как будто сердце предчувствовало что-то неладное.

— Именно так, молодая леди. Хорошо, что твой друг решил зайти к нашему ректору, иначе кто знает, что бы ты могла с собой сделать. Мы ведь почти сутки не могли сбить тот жар, в котором ты просто сгорала. Мы уже и не чаяли, что ты выживешь — так удручающе было твое состояние.

— Ясно, — тихо ответила я. — Скажите, а сейчас можно убрать эти ремни? Обещаю, что сердце выцарапывать себе не стану — оно мне еще пригодится. — и издала нервный смешок.

— Точно? — подозрительно прищурив глаза, поинтересовалась женщина.

— Клянусь. Я жить хочу.

Она хмыкнула и… тепло улыбнулась.

— Так и быть, я отстегну их, а затем проверю твое внутреннее состояние, просканировав магией жизни. Договорились?

— Договорились, — тоже улыбнувшись, ответила я.

36

Уже через пару минут путы, связывающие меня, были сняты, а лекарша провела полную диагностику всего моего организма и, удостоверившись, что со мной все в порядке, снова улыбнулась.

— Да, жар спал, безумия не наблюдается — ты сейчас явно в адекватном состоянии, кровь в жилах не вскипает, как это происходило не так давно, собственно, это то и странно, ведь у демонов она, проснувшись, уже не затихает, но у тебя… Хотя знаешь, я на тебя смотрю и понимаю, что от этих рогатых у тебя слишком уж мало, странно даже, что твоя кровь и вовсе решила проснуться. Интересно, что же на тебя так сильно повлияло?

Но я молчала, ведь и сама не знала ответа на этот вопрос.

— Послушай, милая, а сколько тебе лет?

— Восемнадцать. Совсем недавно исполнилось. — зачем-то уточнила я.

— А-а, вот оно что, — протянула лекарша, участливо похлопав меня по руке своей пухленькой ручкой. — Ты вошла во взрослый возраст.

Я покачала головой, давая понять, что не имею ни малейшего представления, о чем она говорит.

— Ох ты ж… — с жалостью посмотрела на меня она, — милая, это что же, ты совсем не готова к тому, что тебя ожидает после пробуждения крови?

— И что же? — опасливо поинтересовалась я, садясь на больничной койке, прикрывая обнаженное тело белой прохладной простыней, из-за чего мое тело тут же покрылись мурашками.

— А то, что у тебя из-за твоей же неосведомленности могут возникнуть очень серьезные проблемы.

— Какие? — настороженно спросила я, внимательно глядя на женщину.

— Ну во-первых, ты теперь весьма опасна для всего мужского пола.

Тряхнула головой, пытаясь понять о чем она говорит:

— Как это?