Ведьма
Шрифт:
– Когда-то давно вы желали лежать вместе под этими деревьями спустя долгие годы. Ваше желание сбылось. Каким-то невероятным образом вы вновь соединились. И как бы мне хотелось, чтобы никто из вас больше не восстал из мертвых, – сказала я.
Шум неподалеку отвлек меня от размышлений. Не успела я испугаться, как на полянке появилась Зоряна.
– Ариана, что ты здесь делаешь? – спросила подруга, медленно приближаясь ко мне.
– У меня к тебе такой же вопрос, – сказала я.
– Ты серьезно? – Зоря даже немного покраснела. – Я шла за тобой.
Осознавая то, что Зоряна так просто не отцепится, я рукой подозвала ее поближе к себе.
– Это Алекс, – указала взглядом я на могилу слева. – Мне не пришлось проводить его в последний путь, поэтому я решила наведаться сюда сегодня.
Зоряна взволнованно посмотрела на меня, а затем на памятник. На нее он, видимо, оказал сильное впечатление. Задержав взгляд на надгробии, подруга некоторое время изучала фотографию Алекса. Затем она взглянула на могилу Олимпиады.
– А она кто? – задала вопрос Зоряна, терпеливо дожидаясь моего ответа.
Но я не ответила. Развернувшись, я направилась к выходу со словами:
– Пойдем отсюда.
Зоряна сначала хотела что-то возразить, но передумала. Когда мы покинули территорию кладбища, она схватила меня за руку и воскликнула:
– Ариана, с тобой явно что-то происходит! Когда ты обернулась ко мне, то выглядела как призрак. Тебе страшно было находиться там, и не потому, что ты увидела могилу друга. Так ведь? Знаю, тяжело быть откровенной. Но я не смогу помочь, если не буду понимать, что с тобой.
– Не помню, чтобы просила тебя идти на кладбище! – в ответ воскликнула я. – Почему ты вообще решила, что сможешь помочь мне?
– Я пошла за тобой, потому что уже не в первый раз вижу, как ты меняешься на глазах. Словно вместо тебя появляется другой человек, которому все равно на свою жизнь.
– Это не так, мне не все равно, – сказала я уже спокойнее. – Просто мне нужно было проведать Алекса. Я видела Алекса во сне, он что-то хотел сказать мне.
– И что же мертвец хотел тебе сообщить? – удивленно спросила Зоря.
– Не знаю, – сказала я, чувствуя, что если мы с Зоряной сейчас поругаемся, помощи будет ждать не от кого. – Зоря, я уже говорила тебе, что всего рассказать не могу. Просто поверь, я не хочу впутывать тебя в это дело, потому что назад дороги не будет. Ты зря пошла за мной. Это место, – я указала рукой на кладбище, – губит людей, высасывает из них жизнь, заставляет играть в жестокие игры, запутывает. Мне уже не выбраться, а у тебя есть шанс спастись. Пожалуйста, не ходи на кладбище, даже если хочешь помочь.
Я решила, что говорю как Стас. Он также умолял меня не идти на погост, но было поздно. И, похоже, я только распалила интерес подруги. Ее вопрос прозвучал слишком спокойно:
– Иначе я умру?
– Смерть – это не самое страшное, что может случиться.
– И что, по-твоему, хуже смерти? – спросила Зоряна.
– Господи, где ты взялась на мою голову! – взмолилась я. – Хорошо, я расскажу тебе все, но мне нужно немного
Зоряна победоносно улыбнулась и кивнула.
– Если тебе нужна будет помощь, – сказала она, – обязательно звони. Я приду в любой момент.
На том мы и договорились. И, наконец, разошлись. На этот раз я решила не испытывать судьбу и пошла домой. Оставалась ровно неделя, чтобы приблизиться к пониманию, какую загадку на этот раз подкинула мне судьба.
***
На следующий день я точно знала, куда мне стоит идти в первую очередь. Еще вчера, вернувшись с кладбища, я достала из тайника записку и науз, попавшие ко мне в День влюбленных. Науз был не простым подарком, а посланием, которое могли отправить только два человека – Виктор или Стас. Судьба обоих уже была более или менее известна, хотя в последнее время я сомневалась в том, что план Олимпиады сработал.
Виктор, возможно, потерял всю свою силу, покинул тело Алекса, но не исчез. Теперь он словно проникал в мои мысли, являлся в видениях и даже говорил со мной. Тогда и у Стаса была бы возможность спастись. Но почему он не показывался мне и не дал хотя бы малейшую надежду найти его?
Если проклятие еще действовало, Стас бы не смог покинуть кладбище и поэтому все еще оставался в его черте. В последний раз я находилась в доме Стаса прошлым летом. Тогда ничего не намекало, что под маской ловеласа Алекса прячется колдун. Сомневаться в Стасе меня заставила Ольга Сорокина, которая показала фотографию Марины Белозеровой. Девушка стояла рядом с высоким темноволосым парнем, скорее всего, ставшим причиной ее гибели.
Больше к жилищу Стаса я не приближалась. Пришло время навестить его дом.
Я пошла в обход кладбища. Чем ближе был дом, тем меньше становился мой энтузиазм, ноги замедляли ход, и, увидав впереди отделенную погостом поселковую часть, я сделала небольшую остановку. Было странно, что поселение это в буквальном смысле соседствовало с кладбищем, разделяемое всего-то небольшой лужайкой и балкой.
Когда-то в низине протекала неширокая речка. Глубина ее достигала не более нескольких метров, а в некоторых местах можно было уверенно пройтись, замочив лишь ноги по колено. Деревянные шаткие мостики пересекали безыменную реку, и вместе с потоком времени они исчезли навсегда.
Никто не знает, каким проклятием обрек Виктор эти земли на погибель, отчего прекрасный древний лес стал колыбелью мертвых, и почему исчезла река. Но больше всего меня волновал вопрос, как вышло, что в месте, где столетие назад сельчане уснули разом вечным сном, сейчас живут люди. Ведь сила такого мощного заклятия не только отражалась на внешнем виде поселения, медленно уничтожая его шаг за шагом, но и на жизни людей, обитавших здесь.
Хотя Виктору дорого обошлась эта прихоть. Все силы, которые он так долго копил, ушли на месть. Ради Олимпиады колдун разрушил десятки, а то и сотни человеческих жизней. И по сей день он не обрел покой, являясь мне во снах.