Ведьма в беде
Шрифт:
Следуя за полицейскими, Арина вышла из вокзала и направилась к многочисленным каретам, ожидавшим приезжих. Некоторые кучера с мрачным выражением на лицах удерживали в руках таблички с именами тех, кого ожидали.
Сперва её взгляд равнодушно прошёл по табличкам, пока она не вспомнила, что у неё теперь совсем другое имя. Мысленно дав себе подзатыльник, чтобы не щёлкала клювом, девушка поспешила к низкорослому, плотно сложенному мужчине, одетому не так и плохо для кучера.
– Спасибо, что дождались меня, – она вежливо склонила голову.
– А
– Вы из Российской империи? – спросила Арина, делая вид, что ей интересно, хотя на самом деле ей хотелось поскорее сесть в карету и немного подремать. А заодно осознать, что она всё же выбралась из ловушки. Как мышь, которая оказалась умнее человека, и не соблазнилась кусочком вкусно пахнувшего сыра.
– Я давно уже к вам переехал, – пожал могучими плечами мужчина. – Да и не люблю я вспоминать прошлое. И не думаю, что тебе это на самом деле интересно.
Он открыл перед ней дверь.
– Залезай, сейчас мы отправимся в соседний город, где и остановимся на пару часиков. Мне нужно доставить письма к поставщикам и кое-что купить по приказу господина. А потом уже поедем к поместью. Я покажу тебе кофейню, где можно посидеть. Ну, можешь по магазинам походить, в общем, сама решишь, что тебе делать. Городок маленький, но далеко отходить от центра не советую. В этом году как раз отстраивают особняк вдовы Грэйджой, так что появилось множество рабочих. А нравственность у приезжих всегда сомнительная, так как гадить вне дома – это всегда пожалуйста.
Арина согласно кивнула и залезла внутрь, подозревая, что сделала это неуклюже. Но ранее путешествовать в каретах ей не доводилось. Да и вообще, выезжать за пределы родного города и не менее родного леса.
Впрочем, из образа девушки из глубинки с сомнительным образованием она не выходила, так что могла расслабиться и быть самой собой.
Кучер показался ей простым и добродушным, но полностью расслабиться наедине с мужчиной она уже не могла. Даже несмотря на то, что подставной супруг не попытался лишить её невинности и поцеловал только раз – у алтаря.
И всё же ей удалось заснуть, так что кучеру пришлось её расталкивать. Впрочем, рук он по-прежнему не распускал, и только слегка потряс её за плечо. Впрочем, среди черни подобные панибратские прикосновения были приняты. Хотя в своей деревне она смогла отучить посторонних касаться её.
Даже когда она посещала вечерницы, то даже самые наглые парни, уверенные в своей привлекательности, не решались до неё дотрагиваться. Хотя других девушек ощупывали довольно грубо. В такие моменты она кривилась, так как у неё в голове возникала ассоциация с выбором товара на рынке.
Конечно, она не пила спиртного и держалась отстранённо, но всё же приходила, так как всё-таки хотела выбрать подходящего супруга.
Ей внезапно вспомнились слова сестёр, которые язвительно замечали, что она так и не выйдет замуж, потому
Отец не отличался наивностью и не считал, что его дочери – самые праведные на свете. Поэтому только кивнул и молча спрятал бутыль.
Вздрогнув всем телом, Арина едва не ударила Алексея сырой магией. И лишь порадовалась своей заторможенности из-за крайней физической и моральной усталости. Конечно, если бы на неё напали, это могло бы стоить ей жизни или ранений. Но в данном случае оказалось благом, так как она не продемонстрировала кучеру свою магическую силу.
– Приехали. Выпей кофе, у матушки Линды он превосходный, – посоветовал мужчина.
Джейн кивнула и выбралась из кареты, опираясь на мозолистую руку.
Мужчина взмахом руки указал ей направление, по которому ей следовало пойти, чтобы найти кофейню. А затем указал на часы на городской башне, которую было видно с любой точки городка, и они договорились встретиться возле конюшни через два часа.
Кофейня показалась ей слишком чистой и светлой. Арине пришлось буквально заставить себя туда войти. В их селении подобных заведений просто не было. Только небольшая забегаловка, приют для местных выпивох, которую мужчины прозвали рыгаловкой.
И она туда, естественно, никогда не ходила. А так как отец не пил, то ей не приходилось, в отличие от других несчастных, выволакивать его оттуда.
Ей тут же захотелось проверить, насколько чистое её платье и обувь, не запачкала ли она лицо. Так как Алексей уже ушёл, ей ничего не оставалось, как подойти, дёрнуть за ручку и, услышав нежный перезвон колокольчика, войти внутрь.
Её тут же окутал запах свежей выпечки, прекрасно сваренного дорогого кофе и терпкий аромат цветов, расставленных в кадках в углах помещения и на широком подоконнике.
На одном из диванчиков с гордым и надменным видом аристократки в изгнании восседала ещё молодая красивая женщина во всём чёрном. Ей почему-то подумалось, что эта незнакомка и есть вдова Грэйджой, чей особняк восстанавливают рабочие.
Обстановка была изысканной, но не чересчур богатой. Две официантки были симпатичными и одетыми в строгие тёмные платья почти до пят и в белоснежные фартуки. И с белоснежными наколками в чистых и ухоженных волосах.
– Девушка, мне кажется, что вы ошиблись дверью. Таких, как вы, у нас не обслуживают, – сквозь губу произнесла молодая женщина в строгом платье и в золотых украшениях. Она стояла за небольшой деревянной стойкой и, видимо, записывала посетителей и направляла их к свободным столикам.