Ведьма для императора

Ву Дарья

— Бедная Дзюн, — честно сказала я, когда господин закончил.

— Да уж.

— Значит, теперь она вернётся домой?

— С чего бы? — натурально удивился Коэн. — Свадьба состоится.

Раскрыв рот, я закрыла его, так ничего не ответив. Да и что можно сказать на такое? Ещё раз пожалеть Дзюн? Сдалась ей моя жалость, когда придётся всю жизнь провести с таким мужем!

— А мы… — медленно, словно прощупывая почву, начал господин, но замолк.

Я приподняла брови в ожидании.

— Мы сможем снять печать совсем скоро, — недовольно

скривив рот произнёс он. — Печать, наложенная гарпией, снята, а вторая подцепленная мной, раскручивается и слетает звено за звеном, спасибо Хиноко. Как её не станет, сможем снять и его печать, только надо выгнать саламандру, что не мешал.

Поджав губы, я кивнула. Конечно, зашевелилось что-то внутри меня, у него есть Райя.

— Летта, — строго сказал Коэн, — помни о дыхании. Что б, когда я вернусь, всё осталась в том же состоянии, в котором было до моего ухода.

— Не спалю, — огрызнулась я, оставляя господина одного и направляясь в свою комнату.

Мне хотелось одного: лечь лицом в лицо и помереть. Всё тело болело и саднило. Покалывало руки и ноги. Шипел огонь, который, однако, вовсе не обжигал и ничего не задевал. Гудела голова. Тяжесть усталости давила, но больше всего негодования ощущалось в груди. На что я надеялась? Зачем попёрлась к гарпиям?

— Не спишь? — Ная отодвинула дверь в мою комнату и тихонько вошла. — Я принесла лечебные мази и успокаивающий чай. Садись, красавица, осмотрим тебя и обработаем где надо. Ванну для тебя уже готовят. Поотмокаешь и отмоешься. Затем овощное рагу с тушёным мясом, и тогда уже поспишь. Ну же, Летта, поднимайся. Задохнёшься ведь!

И женщина, опустив подле кровати поднос, легонько хлопнула меня по спине.

На мою радость, Ная ничего не спрашивала. Отправив меня в ванну, она стояла над головой и массировала её, заодно натирая волосы каким-то особенным мылом. Затем меня обернули в мягкое домашнее платье-халат, на ноги натянули пушистые носочки, а в руки вручили палочки для еды.

— Ты похорошела, — заметила домоправительница. — Вот теперь передо мной настоящая госпожа. А то пришла такая замарашка, и после поездки вернулась не сильно лучше…

Запихивая за обе щеки горячие овощи, я почти не слушала. Женщина всё говорила и говорила. Размеренно и довольно обсудила меня с ног до головы, вгоняя безостановочной болтовнёй в полусон. Не забыла порассуждать вслух о том, как здорово, что нам с господином больше не приходится больше скрывать свои отношения. От этого я проснулась обратно.

Женщина вскрикнула и захлопала руками по моим плечам.

— Прости, — буркнула я, случайно напугав Наю недопожаром. — Я очень устала. Можно, пойду?

— Хозяин не велел оставлять вас одну, — проговорила другая служанка, опередив домоправительницу.

Я вспыхнула и внутренне, и внешне. Огонь заискрился в воздухе вокруг меня. Одну оставлять не велел, а сам сбежал и ничего толком не объяснил. Отпускать меня тоже не думал, коли своё имя дал, но печать помолвки желал снять.

—

Летта, Летта, — не знаю, сколько уже раз повторила домоправительница. — Конечно, дорогая, иди в постель, если хочешь. Отдыхай, милая.

Глава 80

Коэн

На столичных улицах, как всегда кипела жизнь. На подмостках выступали фокусники и начинающие маги. Со стороны торговых рядов доносились зазывания продавцов, расхваливающих свои товары. Где-то играли музыканты и танцевали юнцы. Народ, снующий туда и сюда пестрил яркими одеждами. После гарпий, живущих в тёмных пещерах и носящих схожие тоги, такое разнообразие слишком било по глазам.

В воздухе витали ароматы различных блюд от овощей и булочек, приготовленных на пару, до мяса и лапши, жаренных в специях. Слюна сама заполнила рот, напомнив о том, как давно я нормально не ел. Голова слегка кружилась, но я упорно шёл вперёд, делая вид, что мне нет дела до праздной жизни. У меня получалось вплоть до того момента, когда из толпы вынырнул знакомый, вечно улыбающийся мужчина с каштановой шевелюрой. Одет Того, как всегда, с иголочки. В расшитом наряде, в высоких сапогах и с саблей на поясе. Он раскинул руки в стороны и широким шагом направился ко мне.

— Коэн, дружище, рад видеть тебя живым и здоровым! — он дружески хлопнул меня по плечу. — Найдёшь минутку для старого друга? Мне не с кем отобедать. Что скажешь? Думаю, тебе стоит хоть немного отдохнуть за чашечкой чего-нибудь.

— Я при исполнении.

— Тогда, — Того сверкнул зубами в улыбке, — посетим новую чайную? Всё чинно и прилично, как ты любишь.

Я фыркнул и подумывал отказаться, но Того буквально преградил мне дорогу, расписывая местные вкусности. Вздохнув, я согласился.

Чайная расположилась на относительно тихой улочке. Деревянная, двухэтажная, она вселяла ощущение уюта. Вход скрывали два тканевых полотна, расписанных символами удачи и благополучия, а внутри царила атмосфера спокойствия и умиротворения. В небольшом зале на первом этаже стояло несколько крепких столиков, за которыми гости могли насладиться ароматным чаем за приятной беседой. Стены украшали картины пейзажей, а под потолком висели круглые бумажные светильники.

Мы поднялись по красной лестнице на второй этаж и вышли на балкон. Заняли единственный столик там и заказали чай с лёгкими закусками.

Пока мы ждали, Того разговорился о том, что произошло в столице за время моего отсутствия. Я внимательно слушал его, не забывая время от времени задавать уточняющие вопросы. Однако, в целом, не услышал ничего нового. Рёмине и Дзюн обручились, её мать временно осталась во дворце. До свадьбы, вероятно. Рёмине ухлестнул за девой, сопровождавшей Дзюн, и об этом узнали.

— Идиот, — не сдержался я под смех Данна.

— Да, Рёмине не всегда помнит, как поступать велено, но, может быть, в этом и есть его соль? Не каждый может столь легко относиться к жизни.