Ведьма для императора
Шрифт:
Второй мужчина выскочил сбоку, с криком побежав на нас. Но Коэн лишь усмехнулся, уворачиваясь от атаки с меткостью хищника.
Третий пытался атаковать сзади, но и в этот раз господин с лёгкостью обошёл его.
Драка походила на пьяный танец. Так носились в деревне петухи по двору вокруг собаки. То нападали, то со страху чуть не какались на месте.
Говоря просто, Коэн подрался с мужчинами. На шум собрались другие гости и жители общины. Они видели, что пришлый не желал убивать и лишь защищался. И видели, как один из троих, незаметно,
Он схватил меня за волосы. Я вскрикнула и зажмурилась от боли. Впилась ногтями в его руку. Ощутила у горла что-то холодное и твёрдое. Вскрикнула.
Резко, неожиданно меня отпустило. И, не понимая в чём дело, я повалилась на землю. Раздались хрипы и крики, мольбы о пощаде и новые крики, уже не от страха, но от боли. Поднявшись на четвереньки, я увидела, как переменился господин. Скука и недовольство на его лице сменилось хладнокровием. Он без стеснения пинал живую груду, а его меч так и остался в ножнах.
К нему бесстрашно подошла женщина в красном фартуке. Та самая, которая угостила нас вином. Она в поклонах извинялась за пьяных дураков и просила оставить их. Обещала прогнать мужчин из общины. Коэн слушал её и уточнял, продолжая пинать вяло защищавшихся мужчин. Обернулся ко мне, осмотрел оценивающе и согласился, что выкинуть мужчин подальше будет достаточно. В конце концов, со мной-то всё в порядке.
— Вы можете остаться на ночь в нашей общине. Мы будем только рады! — сказала женщина.
Господин не согласился, но и не воспротивился, потому я повисла у него на руке и попросилась остаться.
— Если хочешь. Я заберу тебя утром, — мягко проговорил он, слегка наклонившись ко мне.
— Что? Но… Нет! Предлагают же нам обоим! — заканючила я.
— Полагаю, предложение было лишь для тебя.
— Вовсе нет, — произнесла женщина. — Мы бы не пытались разлучить столь влюблённую пару. Оставайтесь оба. Мы будем рады. У нас есть чудесные комнаты с достаточно широкими кроватями.
— А?! — не удержалась я и густо покраснела.
— Тогда, — то ли хмыкнул, то ли усмехнулся господин, — мы останемся.
Глава 34
Нас приняли и не холодно, и не радушно. Проводили к одному из длинных деревянных домов со множеством дверей наружу. Хозяйка пояснила, что межкомнатных дверей нет. Перейти из одного помещения в другой получится лишь с улицы. Я шла, чуть ли не повиснув на руке господина, так сильно устала. Он внимательно слушал хозяйку и иногда о чём-то расспрашивал. Впрочем, его вопросы звучали так, как если бы их задавали из чистого любопытства, не более. Возможно даже, будто он хотел поселиться в подобной, а может, и в этой общине.
Наговорились они на продолжение тёплой дружеской беседы в комнате, которую нам выделили на ночь. Комната была небольшая, но уютная. Как и обещали, в ней находилась низкая, зато широкая постель. Ещё стоял платяной шкаф, тумба и стол, а вокруг
— Не лучшее время, — попытался наставить меня на путь истинный господин. — После алкоголя лучше в воде не засиживаться…
Пропустив наставления мимо ушей, я скинула с себя одежды и запрыгнула в воду. В первое мгновенье меня сковало холодом. Во второе я взвизгнула. В третье рассмеялась во весь голос. Четвёртого мгновенья я не помнила.
— Говорил же, — недовольно пыхтел господин.
Он подхватил меня одной рукой под коленки, а второй под спину и переносил на кровать. От него пахло лесом и цитрусами. Так приятно, что я обняла господина за шею и прижалась к его тёплой-тёплой коже.
— Летта, — низким голосом сказал господин. — Отпусти.
Он уже укладывал меня в постель. Вот только мне отпускать совсем не хотелось. Наоборот, прижаться сильнее. Ведь помимо запаха, он был такой тёплый. Невероятно, приятно тёплый. А мне, после бадьи, очень хотелось согреться. Поэтому-то я не выпускала его, а, наоборот, прижалась сильнее и потёрлась щекой о голую шею.
Я почувствовала, как напрягся господин, а ещё, что тоже меня не выпускал. Да, убрал руку из-под моих коленок, но не со спины. Он сглотнул, отчего его кадык заметно перекатился. Взгляд Коэна смягчился, потемнел. Я облизнула губы. Он потянулся к ним.
В дверь постучали.
— Могу я войти? — раздался с улицы голос хозяйки.
— Сейчас, — отозвался господин, впопыхах закутывая меня в верхнее платье поверх ничего.
Наспех и слишком туго затянув на мне пояс, Коэн поспешил открыть дверь и впустить хозяйку. Он с порога забрал у неё корзину, гружённую едой, и потянулся за пухлым, крупным кувшином, но его хозяйка отдавать отказалась.
Коэн и хозяйка уселись за стол. Я присоединилась к ним, усевшись под боком господина.
— Ваш муж не придёт? — поинтересовался Коэн, поглядывая на браслет из красного камня, который носила хозяйка.
— Сегодня его нет в общине, — улыбнулась она, но браслет прикрыла.
Коэн общался с хозяйкой легко и расслабленно, Я то пыталась вклиниться, то натурально засыпала, но старательно себя будила. Коэн с хозяйкой уже вместе над чем-то смеялись, а кувшин на удивление легко поднимался со стола, словно там уже и пить было нечего. Протерев глаза, я опёрлась обеими руками о стол и уложила подбородок на сплетённые пальцы.
— Но почему у нас? — заплетающимся языком спросила хозяйка про наш выбор на праздник.