Ведьма 2000
Шрифт:
— Тебе это будет дорого стоить, так что не спеши радоваться!
В ответ из трубки полился мелодичный смех, а затем подружка отключилась. Ливия вздохнула, покачав головой и, спрятала телефон в рюкзак, уже решив, что ни о чём просить парня не будет.
— Я так полагаю, в школу ты сегодня не идёшь? — подал голос Габриель.
Оливия, уже взявшаяся за ручку двери, обернулась и взглянула на него.
— Да. Я иду помогать Сидни. Надеюсь, ты не против?
— Хм… думаю, ты не в силах ей отказать?
— Именно так!
— Хорошо. Иди.
Девушка удовлетворенно кивнула и распахнула дверь, собираясь тут же отправиться в путь, раз уж со своим Стражем удалось договориться полюбовно, не желая более тратить попусту
— Ты же говорил, что роль «такси» тебя не устраивает?!Тогда с чего бы эта милость? — осведомилась она, поворачиваясь к парню, чувствуя, как щёки вновь залил предательский жар.
Архангел же неспешно убрал от неё свои руки и отошёл на несколько шагов. Привалившись плечом к стене дома, он стал как-то насмешливо и снисходительно взирать на девушку. На заданный ею вопрос Габриель лишь неоднозначно пожал плечами, а, затем, не сказав и слова, будто бы растворился в воздухе. Ливия поглядела на то место, где секунду назад стоял парень, и заскрежетала зубами, отчаянно желая запустить в крылатого чем-то тяжёлым за его дурацкое поведение. Однако его уже и след простыл, поэтому девушке ничего не оставалось, как натянув на лицо улыбку, постучаться в дверь.
Сидни открыла буквально сразу же, словно знала, что именно в этот миг раздастся стук. Правда, Оливия поколебалась в своём предположении, заметив, с каким очумелым выражением воззрилась на неё подруга. Глаза, казалось, вот-вот вылезут из орбит, а челюсть того гляди отвалится.
— Ничего себе оперативность… — проговорила она. — Ты что, действительно себе крылья нарастила?
— Скажешь тоже, крылья… может, в дом сначала пустишь, прежде чем делиться глупыми предположениями? Нечего народ пугать!
— Ах, да… проходи, конечно! — смущённо сказала подружка, пошире распахивая дверь и отступая в сторону.
Оливия улыбнулась и, приняв приглашение, вошла в дом.
Жилище Сидни всегда было ей по вкусу, поэтому она любила наведываться к подружке в гости. Вот и сейчас, войдя, девушка начала с интересом и любопытством, будто бы в первый раз, рассматривать открывшееся её взору помещение.
Передняя была просторной, впрочем, как и все комнаты в доме, и переходила в большой холл, напоминающий по форме большущий овал. Её устилали ковры тёплого песочного оттенка. Стены задрапированы шёлком слоновой кости, на них вдоль всей плавно изгибающейся лестницы, ведущей на второй этаж, висели ровные ряды картин. Они были большие, в золочёных рамах, где гениальные художники современности и прошедших лет изобразили пейзажи в разные поры года.
Особенно Оливии нравилась картина, где был нарисован зимний лес. Она всегда поражалась, насколько точно художник изобразил деревья, укрытые пушистыми белоснежными шапками снега, и передал таинственную атмосферу покоя и дрёмы. Глядя на эту красоту, девушка словно на мгновение переносилась туда и ощущала холодное дыхание зимы на своих щеках, доселе
Возле входной двери приютились, дополняя обстановку передней, искусно сделанная из кованого железа подставка для зонтиков и небольшая тумба, на которую заботливая хозяйка водрузила красивую хрустальную вазу с большим букетом цветов и телефон. Ливия рассеянно подумала, что именно им пользовалась Сид, когда несколько минут назад звонила ей. Наверное, оттого подруга и стояла возле двери, когда она постучалась. Из холла же можно было легко попасть в столовую, если повернуть направо в гостиную и распахнуть сделанные из матового стекла двери, расположенные слева. На втором этаже располагались спальни для гостей, хозяйские апартаменты и личные покои Сидни.
— Так… и что нам предстоит сделать? — наконец спросила Оливия, оглядевшись.
— Облагородить сие место! — ответила та, разводя в стороны руками. — А это значит: для начала прибраться в доме, затем украсить стены шарами и лентами, растянуть гирлянды с разноцветными фонариками, расставить свечи, накрыть на стол, привести меня в божественный вид и…
Слушая подругу, Ливия мысленно прикидывала, сколько на всё задуманное этой «организаторшей» понадобится сил и времени, и спустя миг пришла к выводу, что много. Масштаб ожидавших их работ начинал пугать, к тому же она нутром чувствовала, что это далеко не всё. Сидни лишь ухмыльнулась, наблюдая за сменой эмоций на её лице, прекрасно зная, что Оливия уже никуда не денется.
— Я уже подумываю о бегстве! — предупредила подругу девушка.
— Ой, да ладно тебе! — отмахнулась подружка. — А ещё я тут фильм смотрела и мне пришла в голову одна интересная мысль… в общем, на кухне нас ждут несколько дюжин роз, которыми надо наполнить вазы, расставить везде и всюду, а у оставшихся цветочков оборвать лепестки выстелить ими этакую своеобразную дорожку!
— Сид, а тебе случаем розового слона не достать? И вообще, ты знаешь, что рабство у нас в стране уже давно отменено?
— Ага… а слон был бы очень кстати! — съехидничала Сидни. — Однако, ты же у нас особа, обладающая магией, и вполне можешь сотворить чудо!
— Не в таких объёмах! — со вздохом ответила Ливия. — Так что придётся поработать! А насчёт слона… и не мечтай!
— Договорились, не буду! Тогда с чего начнём?
— Сама сказала — с уборки!
Когда зимнее солнце стало клониться к закату и над Хэмптоном сгустились сумерки, подружки устало опустились на нижнюю ступеньку лестницы, облокотившись спинами друг о друга. Они были истрёпанные, с всклокоченными волосами, испаринами на лицах, проголодавшиеся, так как за старательным созданием романтической обстановки абсолютно позабыли о хлебе насущном. Однако, несмотря на это, были довольны плодами своих трудов и тем, что все испытания наконец пройдены. Дом буквально сверкал чистотой и образцовым порядком, переливался, будто рождественская ёлка, мерцая разноцветными фонариками. С потолков и стен спускались целые каскады гирлянд из воздушных шаров и атласных лент. Казалось, нигде нет ни единого места, свободного от украшений. Что, впрочем, было недалеко от истины. Свечи в медных подсвечниках красиво дополняли обстановку, своими маленькими язычками пламени создавая атмосферу тайны и уюта. Ими девушки уставили ступени лестницы и гостиную, где должна была состояться первая часть вечера, чередуя их с букетами цветов, источавшими дивный аромат.