Вечные 2 – Лилит

Смирнов Ракс

Павел напрягся. Не надо было ему сюда приходить. А еще лучше, надо было сматываться уже после первого инцидента на тренировке. Осторожно потянувшись средним пальцем под рукав пиджака, Павел нащупал механизм выдвижного клинка и спросил:

– Если я откажусь, сейчас сюда залетит несколько качков в белых халатах и свяжут меня, чтобы препарировать как лягушку?

– Ох нет, что вы, Павел! Мы, конечно, люди серьезные, но вы слишком плохого мнения о нашей организации. Разумеется, наши ученые возьмут у вас пару анализов и проведут несколько экспериментов, чтобы в принципе

понять, как проявляется этот эффект, но в целом мы бы хотели предложить вам постоянную работу в наших рядах, а не разделывать вас на части. В конце концов, мы же не в Питере.

– Что за работа? – Павел отпустил курок механизма.

– Агентом спецотряда особого назначения. В общем и целом – примерно то же самое, что вы делали на рядовых контрактах, только на постоянной основе, с более тяжелыми заданиями, но и с куда лучшими условиями.

– Звучит заманчиво. У меня есть время подумать?

На самом деле нужно было не подумать, а просто понять, дадут ли ему сейчас выйти отсюда, или за дверью действительно стоят санитары.

– Конечно, вы вольны принять любое решение до завтра, – Николай встал и подошел к двери. – Кроме того, вы даже вправе отказаться от нашего предложения. Только хочу вас предупредить, что в случае отказа мы будем вынуждены разорвать все действующие контракты. К сожалению, мы немного обеспокоены вашей силой и не хотели бы, чтобы по нашим базам бесконтрольно ходил такой сверхчеловек.

– Так а в чем разница? – Павел тоже подошел к двери. – Если я приму условия, я так же буду ходить по вашей базе.

– Да, но зато под присмотром наших ученых. К тому же, Павел, у нас с вами будут новые условия контракта, которые дадут нам дополнительную страховку.

– Хорошо, я обдумаю ваше предложение до завтра.

Павел вышел за пределы кабинета и не заметил, в какой момент провалился в красную пустоту, которая постепенно улетучивалась, сменяясь бесконечной чернотой. В этот раз процесс затянулся, по ощущениям, на несколько минут.

Затем получилось открыть глаза. Теперь он находился в больничной палате на шесть мест, по три койки с каждой стороны. Снова сон?

Палата выглядела как типичное помещение больницы до Катастрофы, у стены даже находилось окно, сквозь которое проникал яркий белый свет. На койке напротив лежал полностью перебинтованный пациент – то ли спал, то ли был без сознания, то ли просто не реагировал на пробуждение Павла. Темный?

Нужно попытаться как-то привлечь внимание Темного.

Смолов попытался пошевелиться, но все тело ныло от боли, а нога оказалась перебинтованной.

– Ох, когда это закончится уже… – недовольно прорычал он, затем с трудом приподнял голову к забинтованному пациенту. – Темный!

Пациент никак не отреагировал. Павел повторил:

– Темный, прием, ты на связи?

Тишина. Что ж, о'кей. Хотя неудивительно. Удивительно наоборот другое, что после пережитого ими столкновения в таком же забинтованном состоянии не находился сам Павел.

Рядом заиграла классическая мелодия. Павел обернулся и заметил у кровати на тумбочке радиоприемник. Так вот откуда были эти

обрывки репортажей! Видимо, эфир сменялся разными композициями, между которыми были выпуски новостей. Павел потянулся к приемнику и выключил его.

В палату вошла женщина в форме медика и крупный мужчина с какой-то черной папкой. Он явно не был врачом, потому что его белый халат был накинут поверх какой-то необычной черной военной формы с красными опознавательными знаками.

– Вы уверены, что нужно задавать вопросы сейчас? – спросила женщина.

– Мы и так ждем уже несколько дней. Вы же сказали, что показатели в норме, – ответил мужчина.

– Да, но… Ладно, попробуйте, я отойду. Только, пожалуйста, не затягивайте, у меня скоро смена заканчивается, я бы хотела закрыть посещение. И если почувствуете, что что-то идет не так, я буду за дверью, – она тут же вышла.

– Хорошо, не переживайте.

Мужчина взял стул, стоявший у двери, поставил его рядом с койкой Павла, раскрыл папку и достал ручку.

– Как вы? – спросил незнакомец.

– Я… не понимаю, что происходит, – слова Павлу давались тяжело.

– Это нормально. Перенести такое падение и остаться в живых – это надо иметь невероятное везение. Удача на вашей стороне.

– Кто вы?

– Майор Следственного комитета Макаров.

– Забавно, – произнес Павел, осматривая его внешность.

– Что забавного?

– Вы похожи на одного актера… Как же его… Майкопова… Он играл в одном довоенном сериале, где у героя была фамилия Макаров.

– Я понял, о чем вы. Только фамилия актера Майков. Странно, конечно, что в таком состоянии вы вспомнили именно это.

– Такой уж у меня ассоциативный ряд.

– Ладно, это не важно. У меня к вам несколько вопросов. Вы можете вспомнить последние события?

Павел с трудом понимал, какие из недавних событий для Макарова «последние». Но решил, что сами вопросы помогут лучше понять, что это за место и что происходило на самом деле. Поэтому он кивнул.

– Итак, для начала объясните мне, почему вы убегали?

– А почему они догоняли?

– Очень смешно, – он сделал какие-то записи в папке. – Бойцы решили, что вы являетесь Цикадами. Поэтому пытались вас перехватить. Но как мы уже выяснили, вы не имеете к ним никакого отношения. Зачем вы тогда пытались убегать?

– А что нам оставалось делать? Поднять руки и ждать расстрела?

– Вам? Впрочем… – он махнул рукой и сделал пару записей, – неважно. Думаю, вы правы. Там бы никто разбираться не стал. Мы нашли при вас фотографию с запиской, что означает ее содержание?

Павел вспомнил про записку, рефлекторно ощупал себя, но тут же понял, что ни записки, ни пальто, в котором она лежала, на нем не было. Вместо этого рука уткнулась лишь в тонкую ткань больничной пижамы.

– Где она? Вы ее забрали?

– Записка? Да, мы изъяли ее для изучения. Нас привлекло ее содержимое. Вы можете его как-то прокомментировать?

– Я даже не знаю, что там написано.

– Ну что же вы, Павел Александрович, врете мне так нагло, – с наигранной иронией сказал Макаров.