Вечность
Шрифт:
Я закусила губу и набрала номер дома Бека.
— Да?
Голос на том конце провода был бесконечно знакомым, и холодок под ложечкой превратился в судорогу.
Не Сэм.
— Коул, это я, — неожиданно для самой себя ледяным тоном произнесла я.
— О, — сказал он и повесил трубку.
3
ГРЕЙС
Счет времени вместо меня вел мой урчащий желудок, и мне казалось, миновала целая вечность, прежде чем я наткнулась на какое-то заведение. Первым мне встретился магазин «Охота и рыбалка», унылое серое строение в гуще деревьев чуть поодаль
Я взялась за дверную ручку и еще раз повторила про себя свою историю. Конечно, всегда оставался шанс быть узнанной — я с некоторым потрясением осознала, что понятия не имею, много ли времени прошло с момента моего превращения в волчицу и насколько широко освещалось в прессе мое исчезновение. В Мерси-Фоллз и засорившийся унитаз мог попасть на первую полосу.
Я вошла внутрь, прикрыв за собой дверь, и поморщилась: в помещении было невыносимо жарко и воняло застарелым потом. Я плутала между полками с рыболовными снастями, крысиным ядом и пузырчатой пленкой, пока не увидела в дальнем углу прилавок. Над прилавком склонился тщедушный старик, и я немедленно поняла, что запах пота исходит от него и его полосатой рубахи.
— Вы хотите взять грузовик напрокат?
Старичок распрямился и сощурился на меня сквозь квадратные очки. За спиной у него висели рулоны скотча, каким обматывают коробки с вещами при переезде. Я попыталась дышать ртом.
— Здравствуйте, — сказала я, — нет, не хочу.
Потом вздохнула, па пустила на себя слегка трагический вид и принялась излагать свою легенду.
— Понимаете, мы с подругой только что разругались в пух и прах, и она высадила меня из своей машины. Можете себе представить? Вы не позволите мне от вас позвонить?
Он нахмурился, и я испугалась — вдруг я вся в грязи или волосы растрепаны? На всякий случай я пригладила их руками.
— Что-что? — переспросил он.
Я повторила свой рассказ, стараясь не запутаться и все с тем же трагизмом в голосе. Последнее было не так уж и сложно. Вид у него был по-прежнему нерешительный, и я добавила:
— Позвонить? По телефону? Чтобы кто-нибудь приехал и забрал меня.
— Ну да, — произнес он, наконец. — Звонок-то хоть местный или нет?
Забрезжила искра надежды. Я понятия не имела, местный это будет звонок или нет, поэтому ответила:
— В Мерси-Фоллз.
— А-а, — протянул он, что не было ответом на мой вопрос. — Ну да…
Повисло томительное молчание. До меня донеслись раскаты чьего-то смеха.
— Сейчас жена разговаривает по телефону, — сказал он наконец. — Но когда она закончит, можете позвонить.
— Спасибо, — поблагодарила я. — Кстати, где мы находимся? Мне нужно сказать моему приятелю, откуда меня забирать.
— Ну да, — произнес он опять. Думаю, эта фраза ничего для него не значила; он просто заполнял ею паузы. — Скажите ему, что мы в двух милях от Бернтсайда.
Бернтсайд. От Мерси-Фоллз до Бернтсайда было почти
— Спасибо, — сказала я.
— По-моему, у вас к подошве собачье дерьмо прилипло, — сообщил он мне благожелательно. — Пахнет.
Я сделала вид, будто рассматриваю подошвы туфель.
— Ох, и правда. А я-то голову ломала, откуда воняет.
— Думаю, это надолго, — предупредил он. До меня не сразу дошло, что он имеет в виду свою жену и телефон.
Намек был предельно ясен.
— Пойду пока погуляю по магазину, — сказала я, и старичок явно вздохнул с облегчением, как будто посчитал себя обязанным развлекать меня все время, пока я буду торчать у прилавка.
Как только я отошла к стеллажу с приманками, как он снова склонился над прилавком и принялся там рыться. Его жена продолжала болтать по телефону, время от времени заливаясь своим странным мающим смехом, а я про должала наслаждаться запахом немытого тела.
Я осмотрела удочки, оленью голову в розовой бейсболке и муляжи сов для отпугивания птиц. В углу стояли баночки с мучными червями. Пока я таращилась на них, чувствуя, как и животе поднимается волна не то омерзения, не то предчувствия грядущею превращения, дверь снова распахнулась и в магазин вошел мужчина в кепке от Джона Дира. Они с потным старичком обменялись приветствиями. Я задумчиво погладила пальцем край ярко-оранжевого собачьего ошейника, прислушиваясь к себе и пытаясь определить, стоит сегодня ждать еще одного превращения или нет.
Внезапно мое внимание привлек разговор этих двоих. Мужчина в кепке говорил:
— Нет, пора уже принимать решительные меры. Сегодня один из них стащил у нас с крыльца мешок с мусором. Жена считает, что это собаки, но я видел следы. У собак таких больших лап не бывает.
Волки. Они говорили про волков.
Про меня.
Я вжала голову в плечи и пригнулась, как будто рассматривала собачий корм на нижней полке металлического стеллажа.
— Я слышал, Калперер пытается кое-что организовать, — сказал старик.
Тот, что был в кепке, громко фыркнул.
— Как в прошлом году? Все равно ничего не вышло. Только еще больше их раздразнил, вот и все. Неужели в этом году лицензии на рыбную ловлю столько стоят?
— Столько, столько, — закивал старик. — Но сейчас он задумал кое-что другое. Он пытается устроить то же самое, что и в Айдахо. С вертолетами и… киллерами. Нет, перепутал. Со снайперами. Да, снайперами. Он пытается внести изменения в закон.
Желудок снова подступил к горлу. Опять Том Калперер. Сначала он подстрелил Сэма. Потом Виктора. Когда он наконец уймется?
— Посмотрим, как он добьется этих изменений в обход «зеленых», — хмыкнул мужчина в кепке. — Волки занесены в Красную книгу, или как там она называется. Мой двоюродный брат схлопотал кучу проблем, когда несколько лет назад сбил одного на дороге. Еще и машину угробил. Калпереру придется попотеть.
Старик долго не отвечал, шурша чем-то под прилавком.
— Хочешь? Нет? Ну да, но он сам важная шишка в адвокатском мире. И парня его волки загрызли. И если у кого-то и получится, это у него. В Айдахо тогда со всей стаей разом покончили. Или, может, это было в Вайоминге. В общем, где-то в тех краях. Со всей стаей.