Вечность
Шрифт:
Даллас взвизгнула, а Чу-Чу от страха залез под стол.
— В некотором царстве, в некотором государстве жил-был маленький принц, который был очень несчастлив, — начала подсказывать Кэрри. — Все дело было в том, что у короля и королевы не ладились отношения, а маленький принц очень страдал из-за этого и готов был на все, чтобы король с королевой помирились. И вот что он предпринял, как ты думаешь?
— Пошел искать гремучих змей, — с убитым видом сообщила Даллас.
Кэрри вся напряглась.
— А зачем ему гремучие
— Он собирался подложить змею в твою — то есть в королевину — постель, она бы перепугалась, а король бы тогда спас ее, и королева поняла бы, какой он на самом деле хороший. И они полюбили бы друг друга на всю жизнь.
Очень медленно Кэрри подняла глаза на Джоша. «Неужели я такая же бледная, как и он?» — мелькнула у нее мысль. А потом ее начала бить крупная дрожь.
Джош опустился перед дочкой на колени:
— А где он собирался достать эту змею?
— Тут недалеко, в горах, — сказала девочка. — Тем — принц то есть — говорил, что они там прямо так и кишат.
Еще одна вспышка молнии и еще один удар грома. Даллас бросилась к отцу и зарылась лицом в его рубашку.
— Нужно закутать ее потеплее, — сказал Джош и понес Даллас в спальню. — А то просквозит, чего доброго, и ребенок сляжет с простудой.
Кэрри вцепилась в его рукав:
— Что ты собираешься делать?
Было очевидно, что в этот момент ему глубоко наплевать на Кэрри.
— Я собираюсь отправить Даллас в дом к моему брату, собираюсь оседлать лошадь, и еще я собираюсь на поиски своего сына, — он сообщил все это на ходу.
Кэрри заслонила ему дорогу:
— Я с тобой.
Опять сверкнула молния, и в ослепительной вспышке света Кэрри отчетливо могла разглядеть презрительную мину на лице Джоша.
Кэрри стиснула обе его руки, ее ногти впились ему в кожу.
— Это я виновата в том, что он сейчас там, в горах, один-одинешенек. Если бы я не явилась сюда…
— Теперь поздно рвать на себе волосы. Раньше думать надо было. — Вырвавшись, он вошел в спальню и посадил Даллас на кровать.
Но от Кэрри не так-то просто было отделаться.
— Да, я совершенно беспомощна во всем, что касается кухни, но в остальном я не такая уж недотепа. Думаешь, ты знаешь меня как облупленную? Ошибаешься. Всего ты не знаешь. Я происхожу из семьи потомственных мореплавателей, я умею перевязывать раны и скакать верхом на ком угодно, лишь бы у него было четыре ноги. — Она швырнула Джошу шерстяную фуфайку, и тот натянул ее на Даллас.
Снова взяв девочку на руки, он двинулся к входной двери, но Кэрри встала на его пути, прислонившись к двери спиной:
— Я не собираюсь дожидаться твоего любезного разрешения. С тобой или без тебя — я отправлюсь на поиски Тема.
Джош окинул ее беглым взглядом. У него не было ни времени, ни желания спорить с ней. Все, что его сейчас волновало, — это спасение его сына.
— Иди или оставайся — мне абсолютно
— В этом не будет нужды. Ты можешь достать для меня приличную лошадь? Не такую, как твои доходяги?
Джош коротко кивнул, потом скрылся за дверью. Едва он ушел, Кэрри начала собираться. Она достала хлеб и ветчину и сунула их в брезентовый мешок, затем начала готовить снаряжение для их рискованного предприятия. Она всю жизнь прожила на берегу океана и слишком хорошо знала, какие опасности могут подстерегать человека в подобных случаях. Она побежала в сарай, распотрошила свои чемоданы и отыскала большой нож, затем сняла со стены моток прочной веревки. Когда она возвращалась в дом, порывы ветра едва не сбивали ее с ног. Кроме того, она запихнула в сумку спички, за которыми последовал кусок промасленной парусины, потом располосовала нижнюю юбку на бинты.
Когда все было приготовлено, Кэрри сбросила свой кринолин и переоделась в грубые брезентовые штаны Джоша, затянув их на талии широким кожаным поясом.
Она как раз успела к возвращению Джоша. Тот оглядел ее с ног до головы, но воздержался от критических замечаний в ее адрес, потом заглянул в сумку и, казалось, остался доволен ее содержимым. Затем он взял из рук Кэрри веревку.
— Мой брат послал в город за подмогой. Не пройдет и нескольких часов, как по горам будут рыскать толпы людей. Я бы посоветовал тебе остаться.
Она сунула ему толстый ломоть хлеба с маслом:
— Заткнись. А по дороге жуй вот это. Пошли, а то мы тут попусту тратим время.
Взяв хлеб, он коротко кивнул и после этого уже оставил свой пренебрежительный тон по отношению к «слабой женщине». Во дворе их ждали две самые изумительные лошади из всех, которых Кэрри когда-либо приходилось видеть: могучий вороной жеребец с белой отметиной на лбу и великолепная гнедая кобыла, которая казалась сильной и быстроногой.
— Эта — для тебя! — прокричал Джош, пытаясь перекрыть вой ветра. — Держись все время рядом со мной. А если не получится — возвращайся назади жди меня. Поняла?
Кивнув, Кэрри легко вскочила в седло и пустила свою лошадь галопом вслед за жеребцом Джоша.
А он не новичок в езде верхом, подумала Кэрри. Он скакал так хорошо, что дай бог всякому, стрелой несся по тропке, где колдобина налезала на колдобину, все дальше и дальше от дома, а она старалась не отставать от него. Когда они достигли подножия горы, Джош после непродолжительных колебаний направил жеребца вверх по склону. Кэрри последовала за ним, изо всех сил стараясь сохранять самообладание. У него, похоже, глаза были как у кошки, потому что Кэрри вообще ничего не могла разглядеть в этой кромешной тьме. Счастье еще, что на задней ноге у жеребца было белое пятно, которое и служило Кэрри чем-то вроде маяка.