Вечно
Шрифт:
Кармин стиснул челюсть, сердито смотря на отца. Винсент видел, что его сыну хотелось что-то сказать, но он понимал, что придется уступить отцу для того, чтобы получить желаемые ответы.
Вздыхая, Кармин вновь опустился в кресло. Вернувшись на свое место, Винсент разгладил помявшиеся бумаги и бегло осмотрел ноутбук, параллельно обращаясь к своему сыну.
– Когда, по-твоему, я должен был тебе об этом рассказать? Когда тебе было два года и ты понятия не имел о том, что такое рабство? Когда тебе было восемь и ты обожествлял свою мать? Или после ее смерти, когда ты уже и без того был убит горем? Не было подходящего времени.
–
Услышав это, Винсент вышел из себя.
– Ее жизнь не сводилась к тому, кем она была! Разве мы не обсуждали это относительно девушки? Сколько раз ты говорил ей о том, что ее положение не определяет ее сущность? Сколько раз, Кармин? И теперь ты имеешь наглость переворачивать ситуацию с ног на голову и использовать ее против меня, против своей матери?
– Я не это имел в виду…
– Неважно, что ты имел в виду, – сказал Винсент. – Именно поэтому я и не хотел, чтобы ты об этом узнал. Маура не стыдилась своего прошлого, но она не хотела, чтобы ты ассоциировал ее с рабством. Ей хотелось, чтобы люди видели в ней жену и мать – женщину, а не жертву. Ей не хотелось, чтобы это в какой бы то ни было степени контролировало ее жизнь. Уверен, девушке этого тоже не захочется.
Охвативший Кармин гнев стал ослабевать.
– Не захочется.
– Так я и подумал. Я позволил Мауре оставить прошлое позади, и, возможно, это было несправедливо по отношению к тебе, но это была ее жизнь. И ее решение. Я любил твою мать, и мы прошли через сущий ад, желая быть вместе. Для тебя я попытался максимально облегчить ситуацию, надеясь на то, что ты, возможно, сможешь научиться на моих ошибках, поскольку мне никто не помогал. Мне пришлось идти методом проб и ошибок, и это было нелегко. Я очень часто терял с ней терпение, поскольку попросту не понимал, что ей было нужно.
Закрыв лицо руками, Кармин попытался обуздать свои эмоции.
– Мне всегда казалось, что она была очень хорошо приспособлена к окружающему миру.
– Этого мы и добивались, – ответил Винсент. – Нам не хотелось искажать твое восприятие. Если бы ты знал правду, ты бы стал подвергать все сомнению.
Кармин смотрел на отца, сдерживая слезы.
– Пиздец какой-то.
– Я понимаю, что это нелегко осмыслить.
– По этой причине ей так сильно хотелось помочь Хейвен?
Винсент понимал, что обрушивал на своего сына слишком много информации, поэтому с осторожностью подбирал слова, позволяя сыну восстановить душевное равновесие.
– Маура родилась свободной, но она понимала, что ожидало девочку. Твоей матери хотелось спасти ее до того, как той пришлось бы встретиться с суровой реальностью. Чем старше они становятся, тем меньше шансов на то, что они смогут адаптироваться.
– Из-за этого мы не видимся с бабушкой?
Вопрос сына застал Винсента врасплох.
– Прости?
– Ты не разрешаешь нам общаться с бабушкой. В этом было все дело? Ты боялся, что она расскажет нам правду?
Винсенту потребовалась секунда, дабы осознать то, что раздавшийся в кабинете смех исходил от него.
– Моя мать… – он помолчал, качая головой и вновь смеясь. – У нее, скажем так, есть определенные предубеждения. Она не терпела рабов. А уж ирландских рабов и подавно.
– Так она была ирландкой? Это хотя бы правда?
– Да, она была дочерью иммигрантов. У ее отца возникли проблемы с ирландской мафией, он задолжал им кучу денег.
– Ее похитили? Неужели никто ее не искал?
– Разумеется, ее искали, но в этой стране каждый день пропадает более двух тысяч детей. Твою мать похитили в те времена, когда еще не существовало ни Интернета, ни специализированных организаций для поисков пропавших детей. И, определенно, в то время не существовало никаких «AMBER Alert» [37] . Информация передавалась из уст в уста, и, как только о ней перестали говорить, она фактически перестала существовать.
37
«AMBER Alert» – система оповещения о пропаже детей в нескольких странах, а также система распространения информационных бюллетеней, выданных на подозреваемых в похищении людей
– А как же ее родители?
– Их убили, поскольку они так и не смогли расплатиться, – сказал Винсент. – Мауру несколько раз перепродавали, и в итоге она оказалась у Эрики Моретти.
– Кто освободил маму? Кто поручился за нее?
– Я думал, будет понятно, что это сделал я. Твой дедушка сказал, что я должен был быть ответственным человеком и заслужить это право, если я хочу чего-то в своей жизни добиться. Поэтому я прошел посвящение, и по сей день за это расплачиваюсь, – сказал Винсент, делая паузу. – Я удовлетворил твое любопытство? А то я устал и у меня больше нет сил продолжать этот разговор.
Кармин кивнул, хотя Винсент видел по его лицу, что ему хотелось задать еще множество вопросом.
– Я поговорю с твоим братом, но станешь ли ты рассказывать об этом девушке или нет, зависит от тебя.
– Вряд ли, – ответил Кармин. – Ей достаточно и собственных мыслей.
– Скорее всего, – согласился Винсент, смотря на экран своего ноутбука и замечая, что она по-прежнему не сдвинулась с места. – Жизнь ее матери закончилась ровно в тот момент, когда началась ее собственная. Кстати… – открыв правый нижний ящик своего стола, он достал несколько бумаг и протянул их Кармину. – Это документы девушки. Потребуется некоторое время на то, чтобы разрешить вопрос с имуществом, но ее право на наследство оспариваться не будет.
– Все перейдет ей?
– Формально, все наследует Коррадо, но он перепишет все на нее, как только вопрос с наследством будет улажен. Она получит землю, дом и все денежные средства, которые у них остались. Согласно нашим правилам, она получает и всех рабов, но мы подумали, что это будет равносильно пощечине.
Кармин прищурился, услышав слова отца.
– Ты прав, такой же пощечиной было бы для мамы и то, что ты сделал с Хейвен!
Слова сына задели Винсента, однако он сумел сдержаться.
– Я знаю, что совершал ошибки, но я не могу их исправить, как бы сильно мне этого ни хотелось.
– Как я уже говорил, эти слова должны быть адресованы не мне, – сказал Кармин. – Извиняться ты должен перед Хейвен.
– Возможно, я извинюсь… после того, как ты расскажешь ей правду. Мои извинения будут малозначительны, если она не поймет, за что я извиняюсь.
– Одни оправдания, – ответил Кармин. – Как бы там ни было, завтра у Хейвен, судя по всему, День рождения, и я, наверное, куда-нибудь ее свожу. Я подумывал о том, чтобы отвезти ее вечером в город, если ты не против.