Вечно 17
Шрифт:
– Нет, никаких проблем нет, – я кладу мобильник на журнальный столик, – а тебе уже пора идти.
Крис заулыбался во весь рот. Вместо того, чтобы встать с дивана, он наоборот уселся ещё поудобнее. Мои глаза чуть не выкатились из орбит.
– Само собой, красотка, само собой, – он откинул голову на спинку мебели, – но сначала напои меня чашкой кофе, ладно? Будь гостеприимной девочкой.
Как он меня достал, как же достал! Горю бешеным желанием ударить его по голове. Какой смысл напрашиваться в гости? Ненавижу.
– В следующей жизни, парень. Давай, тебе пора, – я указываю одной рукой на дверь, а другой хватаю его за кисть и тяну на себя. Он оказывается очень
– Я никуда не спешу, не переживай. Обещаю, выпью кофе и свалю.
Смотрю на него взглядом полной ненависти. Мне страшно… Я боюсь этого психа и боюсь, что мама застанет нас и не то подумает. Все валится друг на друга, как снежный ком. Пытаюсь здраво мыслить, но это нелегко. Я выдохнула и приказала Крису пройти со мной на кухню. Он довольно кивнул и вскочил с дивана. Прошло минуты три и кофе был готов. Крис сидит за столом и наблюдает над тем, как я наливаю напиток в белый сервиз. Кладу турку в умывальник, а затем беру в руки чашку с кофе и подхожу к господину «наглая задница». Он довольно мычит и нахваливает моё старание. Пусть скажет спасибо, что я не подсыпала яду, хоть и очень хотелось. Тип делает глоток напитка, а после демонстрирует кислую мину. Он начинает махать руками, будто что-то ищет и громко мычать. Боже, неужели я и вправду его отравила?
– Что? Что не так? Горячо? – он отмахивается и все ещё пытается за что-то ухватиться. – Да в чем дело то?
Вдруг, его истерика прекращается, и я вижу, как он сглатывает содержимое во рту и довольно смеётся. Моё лицо скривилось до неузнаваемости. А тип продолжает смеяться. Я ощутила такую злость, после которой люди оказываются в дурдоме.
– Жаль ты не видишь своё лицо! Очень жаль!
Раз… Два… Три…
– ТЫ ЧТО, СОВСЕМ УЖЕ СПЯТИЛ, ЧЕРТОВ КЛОУН-ПРИЖИВАЛКА?!
Я крикнула так громко, что голос показался мне незнакомым. Господи, это чудовище уничтожило все мои нервные клетки. Я хватаюсь за голову и начинаю массировать виски, убаюкиваю гнев. Ну это просто невыносимо. Крис все ещё хихикает и отпивает глотки кофе. Как же он мне надоел. Я стараюсь сохранять спокойствие, но, когда рядом такой чокнутый парень, это почти невозможно.
– Это была просто шутка. И как твои друзья тебя терпят? – он поднимает одну бровь.
Бесит меня. Бесит.
– Не твоё дело. Клоун. Тупая шутка.
Молчание. Рыжий смотрит на меня и с интересом, как художник на какой-то монумент, который ему нужно написать на холсте. Я стараюсь этого не замечать. Пусть допьёт своё кофе и свалит из моего дома к чертям собачьим. У меня столько дел: дописать сочините по литературе, прочитать две книги, перезвонить Нансену. А ещё на голову свалился этот ребёнок переросток. Надо просто иметь терпение, а лучше целый вагон терпения.
– Красивый кулон. Эрик Нансен подарил? – внезапно спрашивает Крис. Я смотрю на свою подвеску и вспоминаю наше первое официальное свидание. Это волшебное время… Тупая улыбка расплывается на лице, которую мне не удаётся контролировать. Но вспомнив о нежеланном госте, я спускаюсь на землю. Улыбка стирается с лица.
– Откуда ты знаешь, что…
–…Эрик? – перебил меня рыжий. – Я знаю все, ведь я слежу за тобой, не забывай.
Эти слова меня завораживают. Я сглотнула.
– А у вас типа все серьёзно? – Крис откидывается на спинку стула.
Я яростно посмотрела ему прямо в глаза. Эти глаза полны секретов. Бывает, смотришь в глаза человеку и понимаешь его душу, ход его мыслей, так вот это не про Криса.
– Ты же все знаешь, так чего спрашиваешь?
Он смеётся.
– Ну
Вот теперь смешно мне.
– Что ты несёшь? Это мне с тобой нужно быть осторожней, это ты скользкий тип, а не он!
– Верно. Но я этого не скрываю, – его реплика меня загоняет в угол. На что он намекает? – Кстати, как твоя ладонь?
Я оглядываюсь. Шрам от ожога все ещё немного ноет. Это пятно с какой-то корочкой, которая скоро сползёт – моё личное напоминание, что не всегда люди оказываются хорошими.
– Нормально. Слушай, ты выпил кофе, может, уже пойдёшь?
Крис схватился за чашку и снова сделал глоток, демонстрируя, что он ещё не готов куда-либо идти. Да, я полная дура; не надо было открывать дверь, вот в чем моя ошибка. И теперь я стою, облокотившись спиной об шкафчики на кухне и болтаю с человеком, который ни раз угрожал мне и делал больно. Я точно спятила.
– Как ты познакомилась с своими друзьями, с Эриком?
Чего это он допрашивает меня? Мне это надоело.
– Тебе то что? Какая разница?
– Мой отец всегда говорил: «Кристиан, только глупец не заметит в друзьях врагов; нет ничего ужасней, чем предательство со стороны тех, от которых ты ничего не ожидал». Смотри, я тебя предупредил.
Даже не знаю, что меня больше удивило: то, что его зовут Кристиан или то, что его отец, кажется, хорошим человеком. Яблоко от яблони далеко упало… наверное… Крис повернул голову к окну и начал что-то разглядывать, а я тем временем стою в ступоре. Он, конечно, хочет меня запутать; хочет сделать из себя героя, а из ребят плохишей. Однако поздно уже что-то менять. Этот ожог на ладони моё напоминание; я не забуду тот кровавый день ни-ко-гда.
– Твой отец не такой засранец, как ты, – сказала я и сразу пожалела. Получилось слишком резко. Боже, Рэйчел, ты никогда раньше так не разговаривала, тем более речь шла о взрослом человеке. Какой кошмар…
Но Кристиана это даже не задело. Он как сидел, так и продолжает сидеть и пить кофе. Я в ожидании, что рыжий набросится на меня, вырвет язык, ударит и начнёт крушить весь дом, однако, тип просто сидит. Я нахожусь в шоке от такого спокойствия.
– Он умер. – прокуренным голосом говорит Крис, и я чувствую, как теряюсь в пространстве. Кто тебя за язык тянул, Рэйчел?! – Мой отец погиб от пули своего лучшего друга Яна. Тот, кого мы считаем близким, может оказаться предателем.
– Соболезную, – проглотив ком в горле, виноватым голосом говорю я и опускаю взгляд.
Ненавижу себя. Я – ошибка человечества.
– Да ничего, он был тем ещё козлом. Кроме денег ни черта не видел. Мать избивал, поэтому она бросила нас и убежала к своему инструктору по йоге; нас с братом не замечал. Ему только были нужны деньги, деньги, деньги и дешёвые… курицы. Фред пошёл в отца – такой же жадный и черствый. Он зациклился на улице Бром. Семья придурков, так скажу.
Теперь я чувствую жалость. Оказалось, Кристиан самый нормальный парень из его семьи. У него было сложное детство, и оно его изуродовало, сделало из обычного мальчика робота. Если бы я могла, то обняла бы рыжего и постаралась его утешить, поддержать. За маской садиста скрывается искалеченный мальчик, который никогда не был любим. Он одинок. Я чувствую это одиночество на себе, и оно тянет меня под воду. Его отец монстр, мать предательница, которая бросила своих детей, как кукушка, брат бездушный урод. Он остался один. Я прикусила нижнюю губу, пытаясь заглушить боль и холод в груди. Мне очень обидно за Криса. Он неплохой человек, с ним просто плохо поступили.