Вдовы
Шрифт:
Скоро увидимся.
Бай!"
— Ух, эта женщина меня ужасно возбудила! — сказал Браун.
Покачав головой, он положил письмо в стопку, обвязанную резинкой. Он сидел рядом с Кареллой в одной из полицейских машин без опознавательных знаков. «Плимут»-седан трехлетней давности с кашляющим изношенным кондиционером. По дороге к квартире Шумахера оба полицейских буквально изнемогали от жары. Утром им потребовалось целых полтора часа, чтобы получить
Всего было семнадцать писем, на пять меньше, чем написал сам Шумахер. То, что читал по дороге Браун, датировано тремя днями позже, чем первое письмо Шумахера, и, но всей видимости, это был ответ на него. Так же как и его письма, эти тоже не были подписаны. Каждое — аккуратно отпечатано на машинке и начиналось одним и тем же приветствием и заканчивалось одинаково: «Бай!»
Словно жизнерадостная девица затеяла переписку с приятелем, которого встретила в летнем лагере. «Ничего себе девчушка», — подумал Браун.
— Ты думаешь, он охладевал? Терял интерес? — спросил Браун.
— Извини, не понял, — отозвался Карелла.
Мыслями он был далеко. Он никак не мог стряхнуть с себя воспоминания о матери там, в пекарне, как она копошилась, пытаясь прикоснуться к вещам его отца.
— Понимаешь, — стал развивать свою мысль Браун, — он встретился с ней на Новый год, но только в июне настаивает на том, чтобы она писала ему эти зажигательные письма. Похоже на то, что начал терять к ней интерес.
— Тогда почему он собирался взять ее в Европу?
— А может, письма сделали свое дело, — предположил Браун, помолчав. — То есть его опять возбудили. Ты когда-нибудь писал такие письма?
— Нет. А ты?
— Тоже нет. Да я бы, наверное, и не сумел.
Они подъезжали к квартире на Селби-Плэйс. Карелла поискал место для парковки, но оно нашлось только в запрещенном месте. Тем не менее он запарковался там и опустил затонированное оконное крылышко, где было написано: «Полиция». Казалось, снаружи было прохладнее, чем в машине. Легкий бриз овевал улицу, обсаженную деревьями. Представившись привратнику, они поднялись в лифте на шестой этаж.
Их изыскания сводились к следующему: Артур Шумахер и Сьюзен Брауэр вели интимную переписку и планировали совместную поездку в Италию в конце месяца. Но вот то, чего они не знали, — так в курсе ли всего этого Маргарет Шумахер. Поэтому они и приехали, чтобы дополнительно ее допросить. Потому что, если она знала...
— Входите, — сказана она. — Удалось вам что-нибудь найти?
Выглядела она весьма неважно: озабоченная, изможденная. Только вчера похоронила мужа. Поэтому детективам надо было вести
Карелла сказал ей, что теперь они исследовали возможность того, что смерть ее мужа могла быть связана с предшествующим первичным убийством, которое они расследовали ранее...
— О? Какое такое предшествующее убийство?
— ...И мы сейчас здесь, — продолжал Карелла, — потому что необходимо, так сказать, протянуть руку помощи полицейским, которые начинали изучать обстоятельства, связанные со смертью вашего мужа...
— «Руку помощи»? — переспросила она, озадаченная неуклюжими разъяснениями Кареллы.
— Да, мэм, — сказал он. — Для того, чтобы следствие продолжаюсь...
Он не разъяснил ей, что есть так называемое правило первой руки; оно заключается в том, что оба преступления, как-то связанные между собой, должны расследоваться теми полицейскими, которые начали расследовать первое. Это означаю, что официально дело ее мужа теперь стало их делом и что именно они...
— Какое первичное убийство? — переспросила она.
— Женщина, которую зовут Сьюзен Брауэр, — сказал Карелла, глядя ей в глаза.
Никакой реакции.
— Вы знаете кого-нибудь с таким именем? — спросил Браун, тоже глядя ей прямо в глаза.
— Нет, не знаю.
Снова никакой реакции. Ничего!
— Вы не читали о ее убийстве в газетах?
— Нет.
— Может, видели по телевизору?
— Нет.
— Потому что было много шума...
— Мне жаль, но — нет, — сказала она, смотря на них то ли с притворным, то ли с искренним удивлением. — Когда вы сказали, что убийство моего мужа может быть связано...
— Да, мэм...
— ...с этим, э-э... первичным убийством...
— Да, мэм, именно эту возможность мы сейчас и расследуем. Он врач, конечно. Какая там «возможность»! Это была уже настоящая достоверность. Ну, понятно, могло статься и так, что смерть Шумахера никоим образом не была связана со смертью Брауэр, но в мире не нашлось бы ни одного полицейского, который не поставил бы миллион к одному на такую лошадку в подобной ситуации.
— Связано каким образом? — повторила Шумахер.
Детективы посмотрели друг на Друга.
— Как связано? Я имею в виду, как связаны обе смерти?
— Миссис Шумахер, — сказал Карелла, — когда мы были здесь в субботу, когда нашли ключ от сейфа в столе вашего мужа, вы сказали, что единственный такой сейф находится в отделении банка «Фёст федерал траст» на Калвер-авеню. Говорили вы это?
— Да, говорила.
— Вы сказали также, что не знаете о существовании депозита в «Юнион Сэйвингс», а ведь как раз название этого банка значилось на конверте. Вы сказали...
— Я до сих пор ничего не знаю об этом.