Вдова
Шрифт:
— Ронан, мне так жаль что все это произошло из-за мстительности влюбленной женщины. — Фролад незнал как оправдаться перед боевым товарищем.
— Это все уже не важно. — Мрачно произнес Ронан. — Где моя жена? Спросил он, ожидая увидеть ту, без которой больше не смыслил жизни.
— Ей стало дурно и раджа повел ее на воздух.
То как в один миг Ронан поменялся в лице испугало короля.
— И ты отпустил ее одну? С этим магическим фанатиком? — Зло процедил Ронан и бегом бросился на поиски своей жены. Оставив позади себя озадаченного короля.
Лекий
— Можно уже открывать. — Мягко произнес таинственный маг и тронул Элен за плечо.
Элен медленно открывала глаза, свет уже не бил в глаза, а мягко скользил по богато украшенному помещеню, тут и там весели цветочные гирлянды и стояли статуии бога Ара-Шины* в белом и синем цвете, означающие свет и тень, как богини Маронского корлевства Темнейшая и Светлейшая. Только двуликий бог Алдавии — Ара-Шина был мужчиной.
Между статуй стоял небольшой, но высокий и кругдый постамент, на котором лежал яйцеобразный белый камень. Он излучал мягкий свет, который преломляясь давал все возможные цвета.
— Где мы? — Удивленно рассматривая помощение напряженно спросила Элен.
— Это один из магических источников Алдавии. — С ноткой гордости произнес алдавец.
— Здесь красиво… — Протянула Элен, все еще не понимая зачем она здесь.
— Вам нужно подойти к источнику и восстановить свою магию. Источник сам все сделат, главное не противится. Элен сделала первый неуверенный шаг, потом второй и оглянулась на улыбающегося мужчину. Ох богини, как он ее раздражал недоговоренностью и таинственностью, ведь Элен совершенно не верела в его безвозмездное желание помочь страдающему магу-недоучке. Ведь таких, как она в королевстве великое множество.
****
Свет исходивший от камня, при каждом приближении Элен становился ярче, и когда она уже в плотную подошла к камню поток света стал мягко обволокивать все тело Элен.
Элен была словно в коконе из тепла и мягкости. Она неуверенно коснулась светлой стены и по ее пальчикам пошла дрожь, прокатившаяся по всему телу, заполняя все ее существо.
Ей казалось, что ее тело столо невесомым, а тяжесть давившая на спину улетучилась. Там теперь появилась легкость, даже дышать в разы стало свободнее. " — Так вот что значит " чувствовать свою магию" " — Пронеслось в голове герцогини, когда свет стал заполнять ее из нутри напитывая приятной тяжестью в пальцах.
Свет отступил и Элен сделал глубокий вдох. Больше не было той боли котороя пришла недавно и часто беспокоила ее, больше не было чувства вины перед мужем, за то что смолчала об этом. А стоило ли говорить? Даже если она сама не знала природы своей болезни. Вот что значит незнание азов магии. Ведь многие маги вот так вот запросто умирали из-за невозможности окунуться в силу источника? Элен не хотелось больше думать об этом.
— Я надеюсь на этом ваша "добрая воля" закончена и я могу вернуться к мужу? — С нажимом спросила Элен сверля тяжелым алдавца.
— Не совсем… — Мягко улыбаясь ответил он и плавно стал обходить ее по кругу, будто бы зверь, готовый вот вот напасть…
Калидас обошел напряженную герцогиню по кругу, отмечая для себя такие детали, как сжатые кулаки и губы, свирепый взгляд следящих за каждым его движением глаз, поразительную
— Не стоит меня бояться госпожа герцогиня. — В который раз повторил Калидас.
— Тогда чего же мне ожидать от вас? — Напряженно спросила Элен продолжая сверлить алдавца взглядом полным презрения.
— Я хотел бы попросить вашей помощи леди Элен. — Как то устало произнес Калидас. Он уже устал игрть тигра на охоте, да и с этой удивительной женщиной этот номер не прошел.
— О помощи? — Удивилась Элен и незаметно для себя немного расслабила напряженную спину.
— Именно, вы наверное еще не в курсе, но ваш король сделал выбор и скоро сюда приедет одна из моих махарани. Она очень наивна и впечатлительна, при этом имеет огромный магический потенциал. Мне придется оставить ее здесь одну. Есть еще несколько дел требующих моего непосредственного вмешательства. А вы прекрасно знаете законы законы вашего королевства касательно магии. — И алдавец грустно покачал головой. — Хоть ваш король и подписал уже некоторые указы возвращающие частично магию в Маронское королевство, но этого не достаточно чтобы защитить махарани Ануджу. В вашем совете не все так просто, но понять откуда у головы растут ноги, пока нет возможности. И я прошу вас помочь Ануджу.
Элен в конец растерялась. Чем она могла помочь алдавской принцессе незная собственной магии?
— Но что от меня может потребоваться? Я не умею использовать свой дар на полную. — Растерянно произнесла Элен.
— В вашем характере чувствуется стержень, так необходимый королеве. Научите Ануджу чувствовать свой стржень.
Элен кисло улыбнулась. Знал бы этот алдавец чего ей стоило взрастить сей стержень в своей душе.
— Это врядли, — С тяжелым вздохом произнесла Элен. — Для такого стрежня как мой, вашей принцессе придется все потерять и попытаться обрести заново. Она готова на такую жертву? — С вызовом спросила Элен.
Калидас покачал головой. Он знал что жизнь новоиспеченой герцогини далеко не мед, но даже понятия не имел насколько там все плохо.
— Но я постараюсь защитить будущую королеву от нападок со стороны жен и дочерей совета. Об остальном не просите.
— Махараджи и я благодарим и за это. — И алдавец низко поклонился Элен сложив ладони паралельно груди. Этот жест в алдавии ознчал глубочайшее подчтение. — Позвольте вернуть вас к супругу? Элен лишь кивнула в ответ.
Ронан разъяренным зверем метался по кабинету в королевских покоях в душе попеременно вспыхивали обида и боль, а затем и яростное желание что-нибудь порубить. Или кого-то выпороть.
Хотя нет… хвала святым богиням, до такого он никогда не опускался и не опустится. Король уверял его, что все в полном порядке, но Ронан не мог сейчас на него смотреть, потому что видел предателя, а не своего сюзерена.
— Флорад, — Герцог впервые назвал короля по имени и настолько доверительно, что король Маронии прочувствовал боль, теперь уже точно, друга. Первого на его памяти. — Если он ее хоть пальце тронет, я тебя убью. — Тихим, но уверенным голосом произнес Ронан.
И Флорад поверил. Король вилел, как дорожит своей супругой Ронан и в тайне завидовал их чувствам, ведь его чувства ни для кого уже давно не имеют значения.