Вчера (рассказ)
Шрифт:
В ванной так же грустно, как и в комнате. Ржавые потёки, грязные тряпки на полу, похожие на некогда новые и чистые полотенца, железная миска под раковиной, куда медленно капает вода из перебинтованного синей изолентой шланга.
Зеркало разбито. Основательно и очень тщательно. Странно. Значит, я однажды уже разочаровался в своём отражении. Наверное, со злости ударил своим кулаком, упал на грязную плитку, расплакался как маленькая девчонка, и долго рыдал, сокрушаясь над тем, в какую жопу загнало меня, да и себя, всё человечество.
И это
Странно. Почему я сейчас, сегодня, не в отчаянии? Ведь и сегодня я должен испытывать то же, что и в тот день. Или нет? Как работает этот долбаный вирус? Непонятно. Да и не моё это дело. Пусть этим занимаются умники из Заслона. Им за это деньги платят.
Свет в ванной предательски мигнул ещё пару раз, но продолжил освещать грязную серую комнату. Лучше бы он погас!
Я открыл кран. Он несколько раз фыркнул и начал выдавать порцию воды, чередуя её с порцией воздуха. Фыркал, плевался и наконец, успокоившись, пустил тугую ржавую струю. В воздухе ощутимо запахло железом. Я вышел из ванной и оставил воду включённой – пусть сбегает.
Моя комната не поражала размерами, хотя уж размер комнаты точно не изменился. Интересно, куда подевались ещё два стула? А ещё в комнате явно чего-то не хватало… И через минуту я понял.
– А где окно?
Наверняка, в первое время он плакал. Часто. Он – не я! В эту грязную подушку, в этой унылой комнате, смотрел на свое повзрослевшее лицо в зеркале и не мог смириться. Хоть и готовился к этому всю свою разумную жизнь. Все свои 16 лет.
В один из таких дней он не выдержал и разбил это ненавистное зеркало, в порыве злости, отчаяния и ненависти. Скорее все, это было ещё в самом начале, когда ему только стукнуло 16-17 лет. Когда гормоны били ключом, и юное тело не справлялось с переполнявшими его эмоциями.
Но сейчас я был спокоен. Спокоен как взрослый уравновешенный мужчина, с памятью шестнадцатилетнего пацана. Придет время, и этого пацана перестанут интересовать девушки, а образ в зеркале сменится на образ дряхлого старика. И я стану ещё спокойнее и равнодушнее.
Так не хочется этого! Не хочется становиться равнодушным овощем. Это пугает больше всего на свете. Вчера я уснул молодым и здоровым, а завтра проснусь старым и чахлым.
Долбаный вирус! Долбаный мир! Долбаные предки, не сумевшие сберечь то, что дала им природа и просравшие всё что можно! Как вообще можно было всё просрать? Как можно было превратить уникальный цветущий зелёный шар, летящий в бесконечном космосе, в серый комок земли, у которого нет будущего?
Наверное, я задаю себе этот вопрос каждое утро. И каждое утро не нахожу ответа. Наверное. Я не помню.
Хотя, понятно как. Вместо того чтобы мирно сосуществовать, развиваться, покорять космос, люди занимались чем
Всё к этому и шло, всё этим и должно было закончиться. Может даже это и к лучшему. В ином случае, Мир ожидала Ядерная война и уничтожение всего живого. Может так даже лучше. По крайней мере, люди живы. И они не смогут больше создавать оружие массового поражения. Просто не смогут. С памятью как у золотой рыбки сложно что-то сделать.
Да, были и разумные люди, те, кто пытался спасти планету, спасти людей друг от друга. Но даже их усилий оказалось недостаточно. Даже их вирус, который должен был спасти Мир, извратили и сделали оружием. Долбаный спасительный вирус!
02
Холодильник оказался самым чистым местом в квартире. Но таким же пустым. Два яйца и полупустая пачка молока – это всё что нашлось в нём. Ну хоть что-то. Лёгкий аристократический английский завтрак, хоть я сомневаюсь, что это точно он, через 15 минут перекочевал в мой желудок, и я вернулся в ванную.
Принял холодный душ, поискал в шкафу чистую одежду, и с удовлетворением отметил, что хоть с этим у меня полный порядок. Несколько рубашек, футболок и джинс аккуратно были сложены на полках. Переоделся и принялся рассматривать добро, аккуратно разложенное на пыльном столе. Самое интересное оставил на потом.
Старые простые механические часы, с поломанным браслетом, показывали 8:15. Если не ошибаюсь, на работу мне к девяти. Время ещё есть. Но дома делать нечего, лучше прогуляюсь не спеша, посмотрю, что изменилось на нашей улице за это время. Наверное, я буду не один такой любопытный.
Что ещё? Блокнот. Самый обычный блокнот, исписанный примерно наполовину. Блокнот памяти – как было принято называть его среди наших. Сунул его в карман, не раздумывая, почитаю потом, сейчас нет настроения.
Кошелёк со ста двадцатью баксами… Много это сейчас, или мало? Непонятно. Надеюсь, на молоко и яйца хватит, нужно вернуть долг мне завтрашнему.
Пропуск на завод – обычная пластиковая карточка с моим чёрно-белым фото. Ключ от квартиры, с затертыми цифрами «513». Не густо. Всё отправилось в карман джинсов, и я направился к двери.
Хотел открыть окно перед уходом, чтобы проветрить немного комнату, но опомнился. Окна как не было, так и нет. Ну, тогда всё. В путь! На завод с громким именем «Заслон-41». Надеюсь, за это время ничего там не изменилось. Всё как и во время моей практики на нём, когда я три месяца провёл там как раз перед тем, как отметить свой «День Памяти».
Стандартная схема для подростков, которые потеряли память, вернее, должны будут потерять. В свой последний год мы делаем то, что будем делать всю оставшуюся жизнь. Я, например, ходил на завод. Ничего сложного, самый обычный сталелитейный цех, на самом обычном заводе Заслона.