Васильки для Василисы

Полина Вовк

Эх, если бы я знал заранее, что ожидало меня в ближайшее время… И почему я не взглянул на фото своей будущей аспирантки прежде, чем поставил свою подпись на всех её документах? Но! Дело сделано! И теперь аспирантка Огнева стала не только моей подчиненной, но и личной головной болью, а также той, от которой хотелось сбежать на край света, только бы не видеть эти пухлые розовые губы… эти огромные, точно у испуганной лани зелёные глаза… эту упругую, обтянутую плотной тканью, манящую прикоснуться к себе…

Та-а-к, нужно срочно абстрагироваться!

Не могло же меня так “развести” от лицезрения филейной части какой-то девчонки. Не могло! Пока она не развернулась ко мне лицом…

Ожидая лифт на третьем этаже, я не мог даже предположить, что именно здесь, в этой самой кабинке “два на два” меня ждал самый настоящий “пожар”… в мыслях, в душе, не говоря уже о пожаре в моих узких штанах. Стоило только разглядеть получше рыжеволосую нимфу, как моё воображение тут же, во всех красках нарисовало картину сплетающихся обнаженных тел на фоне разгорающегося камина…

Сбежав из лифта, пусть и не на своем этаже, я старался прогнать эти мысли прочь. И ведь стоило мне только успокоиться, взять себя в руки, как судьба снова столкнула меня с этой девушкой. Сперва в моем собственном кабинете, а затем, словно смеясь надо мною, вновь “запихала” нас двоих в один крошечный лифт.

Каких только трудов мне стоило, чтобы не наброситься на неё в этой крошечной наглухо запертой кабинке. Особенно после того, как я смог прикоснуться к её телу, пусть и таким странным образом, как постукивание между острых девичьих лопаток. Взяв себя в очередной раз в руки, я вновь сбежал от Огневой, как от огня…

После бессонной ночи, я подъехал к зданию университета, прямо скажем, в ужаснейшем настроении. Мало того, что вчера выяснилось, что один из моих лучших студентов чего-то накосячил с документами и чуть не лишился возможности представлять наш ВУЗ перед нашими зарубежными партнёрами. А ведь именно на него я возлагал свои самые большие надежды. Это хорошо, что “ошибку” вовремя обнаружили и у парня появился шанс исправиться сложившуюся ситуацию. О чём я и сообщил ему при личной встрече. А также отчитал парочку “раздолбаев”, которые по своей собственной глупости попали ко мне “на карандаш”.

– И запомните, ещё одно нарекание в ваш адрес, и вы вылетите из университета, как пробки из шампанского! – продолжал я грозно распекать провинившихся. – И никто, слышите, никто не сможет восстановить вас обратно. Ни деньги, ни связи, ни ваши папочки и мамочки…

– Урод… – долетел до моего слуха чей-то разъяренный шепот. Впрочем, я прекрасно знал, кому он мог принадлежать.

– Не спорю, – глядя прямо в глаза Василевсу, выдохнул я. – И поверь мне, я стану жутким монстром, если пойму, что три года вашей учебы полетели коту под хвост из-за вашей расхлябанности и инфантильности! А теперь живо на пару. Узнаю, что опять прогуливаете, лично буду сопровождать вас после каждой перемены.

Проводив взглядом троих “отличившихся” четверокурсников, я вновь вернулся за свой рабочий стол. Где-то здесь, должен был стоять мой

недопитый кофе, который скорее всего давно остыл и превратился в самую настоящую бурду. Поднимая очередной лист со скан-копиями, я не сразу заметил, как зацепил пластиковый стаканчик. Не успев подхватить пошатнувшийся стакан, я стал свидетелем того, как темно-коричневая жидкость заливала поверхность столешницы со всем её содержимым. Радовало одно, что это были всего лишь копии документов, оригиналы которых хранились в сейфе под двумя замками. Подхватив обильно залитые листы бумаги, я тут же смял их и бросил в корзину.

Вернувшись за свой комп, вновь погрузился в “магию” цифр, графиков и таблиц. Работа поглотила настолько сильно, что я чуть не забыл о предстоящей встрече с Лондонской делегацией, что должна была прибыть в университет буквально с минуты на минуту. Если бы не телефонный звонок от Риты, отвлёкший меня от компьютерного монитора, “на карандаше” у ректора была бы уже моя персона.

– Слушаю! – схватив телефон со стола, я тут же ответил на входящий.

– Ба! Филатов, ты ли это? – в трубке раздался удивлённый голос моей бывшей супруги. – Надо же, ответил после первого гудка. Хочешь испортить погоду?

– Ты звонишь мне для того, чтобы узнать погоду? – еле сдерживая свое растущее раздражение, поинтересовался я. – Если так, открой “гугл” и спроси у него. Если нет, то говори быстрее.

– Вот! Теперь я тебя узнаю, – хмыкнула она в трубку. – У тебя никогда на разговоры со мной времени не хватало. Одна работа на уме…

– Послушай, Рита, мы, если я не ошибаюсь в разводе, – процедил я сквозь зубы. – Поэтому не нужно звонить мне каждый раз, когда у тебя ПМС и выносить мне мозг своими истериками. У тебя, кажется, для этого уже имеется пара свободных ушей.

– Послушай, Вася… – услышал я в трубке злобное шипение бывшей жены. – Если бы не наша дочь, твой номер давно был бы в чёрном списке моих абонентов.

– Ой, ли? Что-то не припомню, когда это я лично звонил тебе. Хмм… Когда же это было? Ах, да! Вспомнил! Когда ты не соизволила явиться в суд на последнее заседание! Да, Ритуль?

– Ещё раз назовёшь меня так, и я самолично явлюсь к тебе в офис и выдерну твои…

– Чтобы явиться ко мне в офис, дорогая, тебе как минимум нужно оторвать свою задницу от… эм… дивана, или массажного кресла, ну или, не знаю… в общем, оттуда, где сейчас находиться твоя жо…

– Филатов! – скрип её зубов был отчетливо слышен в динамике мобильного телефона.

– Сорок лет, как Филатов. Ближе к делу.

– Я, надеюсь, ты не забыл, что в эту субботу нашей дочери исполнится восемнадцать лет?

– Ты считаешь меня идиотом? – вопросом на вопрос переспросил я. – Надеюсь, ты не забыла, что организация праздника полностью легла на мои плечи, и я сам, лично предложил свой дом в качестве площадки для проведения вечера.

– Именно это я и хотела от тебя услышать, – весело прощебетала Маргарита. – До субботы, Василёк.