Василек

Рингрент Мелисса

– Он привык всех равнять по одной гребенке, а ты ему уж все зубья на ней обломала. Вот он и злится. Сам на себя, но по делом ему. Пущай, ему полезно гордость усмирить.

Я никогда не спрашивала дедушку, в чем причина такого отношения к магам. Но однажды я краем уха услышала окончание странного разговора. Знаю, подслушивать не хорошо, но что-то не дало мне уйти. Словно застыла. Дедушка стоял рядом с драконом и что-то втолковывал ему. Дракону это не нравилось, и он угрожающе рычал.

Дедушка говорил ему:

– ...тебе давно пора обратиться. Да она маг, но ты же видел ее магию. Она не может нанести тебе вред. Она дарит жизнь. Росткам, зверятам. И даже кикимор не обходит стороной. Опасностью от нее пахнет лишь, когда она злится. А эти мгновения так редки, ты сам видел!

А дракон мотал головой и злобно рычал. Хотел уйти, но магия была сильна. И тогда дедушка сказал:

– Как хочешь, но дело твое. Все равно когда-нибудь вы снова встретитесь. Тогда ты поймешь, насколько ты был не прав.

Дракон очень злился, у меня уже даже появилось ощущение, что он вот-вот сорвется с магической сети дедушки.

И тогда дедушка уже в спину сказал ему:

– Пока ты носом воротишь, время пройдет. А время не щадит даже драконов. Поздно будет, поздно...

***

Зима была долгой. Самой долгой в моей жизни. Я думала, что она никогда не кончится. Но вот наконец-то солнце стало пригревать по-настоящему. Появились сосульки на крышах домов. Нет.

Не тех. Не деревенских, а звериных. Норы стало подтапливать.

И нам пришлось еще раз пойти по кругу, снимать чары от холода. И ставить чары от воды.

Долго и нудно это было, если честно.

Но все же, это стоило того времени, что мы потратили.

Во многих норах стали появляться детеныши. Красивые, маленькие, такие хорошенькие.

Каждый день мы ходили с дедушкой и подсчитывали и рассматривали прибавление.

Лес начал оживать.

Незаметно снег начал сходить. Сугробы стремительно уменьшались. Все чаще в лесу стали слышны крики охотников.

Мне кажется, я тоже начала ненавидеть магов. Они так жестоки.

Даже наши люди, на Земле, более гуманны, чем эти маги.

Вот и у русалок появился приплод. Один малыш на всю огромную стаю.

Все русалки заботятся о нем. Самом главном их богатстве.

***

Весна. Такая красива и теплая. Долгожданная.

Вот уже и почки начали набухать на деревьях. Зверьки начали линять.

То и дело повсюду слышались крики, гомон, ругань.

По весне начинается брачный сезон.

Наконец-то распустились почки, появились первые листочки. Стало хорошо и, кажется, беззаботно.

Но нет. Все же работы очень много и по весне.

Мы ходили по лесу, и уже по которому разу зачаровывали деревья, кусты и

многие травы от насекомых.

Проверяли зверят, птиц и других существ. Искали насекомых в шерсти, между чешуйками и под панцирями.

Время шло так быстро, что я не заметила, как трава набрала цвет. Позеленела. Как почки полностью распустились. Как вода стала более теплая и не скованна более льдом.

И даже не заметила, что дедушка стал собирать мою котомку. Нет. Не для того, чтобы уйти в долгий поход спасать кого-то. Он стал готовить меня к тому, что наступает пора мне уходить.

Шиша уже перестала цвести. На ней появились маленькие желуди. Эти желуди говорили об одном.

Скоро у Шиши и Шаиша появится малыш. К концу лета. Но это такое время, когда у всех лесных обитателей праздник. Ведь у них появится еще один Хранитель.

А мне придется уйти, возможно, даже навсегда.

***

Время шло. Вот уже пора и уходить.

Когда дедушка подошел ко мне и протянул мешок, внутри все замерло.

– Ну все, Василек. Настала пора прощаться.

А потом все оборвалось.

Я к такому оказалась не готова. Дрожащей рукой я взяла мешок. Посмотрела на дедушку.

Попрощаться с Шишей?

Это слишком.

Ей будет больно.

Не хочу, чтобы она страдала.

Снова посмотрела на дедушку.

– Я тогда пошла.

Дедушка кивнул.

– Иди. Прямой тебе дороги.

Я кивнула в ответ и развернулась.

А дедушка в спину сказал:

– Все живое, что ты встретишь, будет помогать. А все, что неживое встретишь, вредить не станет.

Я тихо пошла вперед.

Недалеко я ушла, когда тоска и отчаяние навалились неподъемной скалой. Слезы скатывались по щекам одна за другой.

Одиноко, и даже пусто в душе.

Магическая Академия...

Да кому она нужна?

Я бы лучше всю жизнь прожила в лесу.

Не хочу становиться такой, как маги. Не хочу убивать живых существ, рвать их тела, ломать их души.

Но делать нечего. Я должна идти.

Дедушка прав. Моя магия выходит за пределы.

Сила уже настолько велика, что я не могу ее сдерживать.

Вот по весне я помню, случилась беда. Единорог попал в болото и никак не мог выбраться. Он сломал ногу. Кость была видна. Крови столько, что даже тошнить начало.

Тогда мне стало так плохо. В голове сотни мыслей заметались. Я не могла понять, что же мне делать.

Вот тогда ЭТО случилось в первый раз.

Как будто внутри гранату разорвало. Такая вспышка была. Дедушка даже посмотрел на меня по-другому. Словно впервые увидел. А потом пришла грусть. Он тогда сказал:

– Ну вот и случилось это.