Василек
Шрифт:
Теперь демон лежит на ее груди и не понятно, живы они или же погибли.
Некромаг осторожно вынес девушку из больничного крыла.
– Ты сильная. Ты справишься.
– прошептал мужчина, прижимая хрупкое тело к груди.
***
Ив тихо повизгивая, лижет мне руки.
– Эй, вредина, дай поспать. Еще ночь.
Но малыш не согласился. Еще несколько минут поскуливания сменились пронзительным лаем. Пришлось открывать глаза.
– Эм.
– темные плотные шторы, занавешивающие
И комната чужая. Не моя. И запах чужой.
С трудом встав с постели, подошла к окну.
Приоткрыла штору.
– Вот черт!
Солнце в зените.
Мои занятия!
Я заметалась. Где мои вещи?
Так ничего и не найдя, я устремилась к двери, ведущей точно не в туалет и душевую, потому что за той дверью я уже была.
Хм.
В шкафу тоже не оказалось моей одежды, только черные брюки, рубашки и майки. Явно не женские. И покрой я вроде такой уже видела.
Пришлось позаимствовать одну рубашку. Не ходить же неизвестно перед кем в майке и плавочках.
– Проснулась.
Голос заставил вздрогнуть. Некромаг широко улыбаясь, двинулся мне навстречу.
– Как себя чувствуешь?
– Да вроде нормально.
– Ив проворно забрался ко мне на колени.
Подрос. Уже размером с кошку.
Ой. С кота.
– А...гм...- так, только не краснеть.
– А где мои вещи?
Мужчина грустно улыбнулся.
– Они распались. Ты использовала слишком много магии.
– пояснил он, увидев непонимание на мое лице.
– Слишком. Тебе не хватило своей магии и пришлось воспользоваться магией демона. А потом стала тянуть из окружающего мира...
Тихо охнув, я прижала Ива к себе. Как он? В порядке?
Только полностью просканировав его тело и сознание и не найдя отклонений от нормы я успокоилась. Демон в порядке и хорошо, а мир переживет потерю одной миллионной своей магии.
– А брат блондина жив?
Темный тихо засмеялся.
– Ты голодна. Подожди немного.
– вышел.
Через минут десять вернулся, а я за это время успела притащить огромный плед из комнаты и закуталась в него, с ногами забравшись в кресло.
Поднос плавно опустился на кофейный столик.
– Братья в полном порядке. Приходили минут двадцать назад.
– мужчина поморщился.
– Я сказал, что ты спишь.
Мне вот интересно, некромаг в самом деле ревнует или мне кажется.
И тут меня словно дьявол за язык потянул.
– Скажи, а у тебя кроме шрама на лице, есть еще шрамы?
Не знаю, о чем он подумал, но его лицо сразу изменилось.
– Я отвратителен тебе?
Я даже подавилась. Ив помог. Спасибо малыш. Ну и сил у него конечно стало.
– Я к тому, что, по-моему, я смогу убрать рубцы. Только мне
Мужчина неестественно выпрямился и прикрыл глаза.
– Тебе только так кажется, Василек.
Вспомнился сон, который был в палате после первого опыта, а что если это не сон?
Встала.
– Я хочу увидеть остальные шрамы.
Он резко распахнул глаза. Откуда столько боли???
Чего ты боишься?
Неужели...
Зря.
Я не так пуглива, как тебе кажется.
– Не стоит.
Мне показалось, что он готов бежать, но нет, остался сидеть на месте.
– А может, я сама решу, что мне стоит делать, а что нет.
Так и хотелось топнуть ногой, но это было бы совсем по-детски.
– ...покажи...пожалуйста...
А потом как во сне. Он поднялся. Нерешительно посмотрел мне в глаза. А вдруг передумаю?
Не передумала.
Фон Фрейн стал медленно расстегивать пуговицы на черной рубашке. Распахнул.
Боже! Что это?
Черный шелк скользнул по белой коже.
Некромаг повернулся ко мне спиной.
Я зажала рот руками. Увиденное потрясает.
Такое чувство, что на теле некромага одни сплошные швы. Горизонтальные, вертикальные, наклонные.
Один шаг на ватных ногах. Другой.
Прикасаюсь к коже. Бугристая. Вздутая. Готова поспорить, многие рубцы болят. Они не багровые, но все еще темные.
Не могу вдохнуть.
Его словно резали, секли, пронзали многочисленными лезвиями.
Тихий всхлип.
Я и не поняла, что это у меня зарождается истерика.
Тихо осела на пол.
Теперь понятно, почему он так вскинулся. Глупый.
– Василек!
Зачем вот ты обернулся.
Крупные слезы скатываются по щекам.
– Сейчас, Василек!
Тянется к рубашке.
Глупый.
– ...не...не надо...
Сама беру его за руку.
Замирает.
– Василек?
Осторожно поднимает с пола и несет обратно в комнату.
– Все хорошо, Василек. Ты больше не увидишь, я обещаю.
Какие глупости ты говоришь! Ты с ума сошел?
– Я уйду.
Куда? Совсем рехнулся?
– Я не хотел...
Чего ты не хотел?
Наверное, проще было плакать навзрыд, но крики умирают прямо в сердце.
Ив тихо скулит у моих ног.
А я не умею плакать громко.
Дыхание срывается.
– Ты больше меня не увидишь.
– обещает некромаг.
И слезы начинают скатываться быстрее.
Какой же ты глупый!
– Василек...
– и столько боли.
Но ведь ты сам себе ее причиняешь!
– ...я уйду. Только позову кого-нибудь.
Цепляюсь за его руку, что есть сил.
– Не уходи. .- хриплый, ломающийся голос.