Ваш ход, мистер убийца
Шрифт:
Дверной звонок прервал мои размышления именно в этот судьбоносный момент. Похоже, сегодня весь мир сговорился против меня. Я тяжело вздохнула и направилась к дверям. Хорошо бы, это был человек, которого я хочу видеть. Вот только есть ли такой на белом свете? Может, это Обри?
Но день, видно, твердо решил бороться за звание одного из самых кошмарных дней в моей жизни. Перед парадной дверью стояли Парнелл Ингл, кузен Джейн, и его супруга Ли. Обычно мои гости парадной дверью не пользуются — парковка расположена в десяти шагах от задней двери, а для
— Добрый день, мистер Ингл, миссис Ингл, — прочирикала я. — Входите, прошу вас.
Парнелл, не тратя времени на приветствия, незамедлительно открыл огонь.
— Потрудитесь объяснить нам, мисс Тигарден, чем мы не угодили Джейн? — завизжал он, как недорезанный поросенок. — Полагаю, вам она открыла, чем мы обидели ее так сильно, что она решила сделать своей наследницей вас, совершенно чужого человека?
Необходимо проявить твердость, сказала я себе. Иначе он закатит мне такой скандал, что мало не покажется.
— Полагаю, что объяснения подобного рода совершенно бессмысленны, мистер Ингл, — ледяным тоном отчеканила я. — Джейн поступила так, как считала нужным поступить. Она завещала вам машину, некоторую сумму денег и кошку Маделин. Полагаю, этого вполне достаточно, чтобы вспоминать ее с благодарностью и оставить меня в покое.
— Я ее ближайший родственник, в наших жилах течет одна кровь…
— Это еще не повод, чтобы донимать меня упреками, — мысленно удивляясь собственной наглости, процедила я.
Похоже, наследство Джейн радикальным образом изменило мой характер. А может, дело всего лишь в том, что обиженные родственники застали меня в такой момент, когда у меня не было ни сил, ни желания соблюдать правила этикета.
— Понятия не имею, почему Джейн решила сделать своей наследницей именно меня, — добавила я более мягким тоном. — Одно могу сказать: не думайте, что я на седьмом небе от счастья.
Поняв, что меня на испуг не возьмешь, Парнелл несколько сбавил обороты и сменил тактику.
— Нам известно, что Джейн выразила свою волю в завещании, составленном с соблюдением всех юридических формальностей, — изрек он тоном короля в изгнании, разительно отличавшимся от прежнего поросячьего визга. — Нам известно также, что она до последнего вздоха находилась в здравом уме и твердой памяти. Мы не собираемся оспаривать завещание. Но нам хотелось бы понять, какими соображениями руководствовалась Джейн.
— Поверьте, мистер Ингл, я не имею об этом даже отдаленного понятия, — произнесла я, стараясь, подобно Парнеллу, говорить с королевским достоинством.
Если бы эта парочка обнаружила череп, они бы мигом помчались в полицию, пронеслось у меня в голове. Джейн это понимала. И возможно, именно поэтому оставила их с носом. Точнее, с кошкой.
Хорошо еще, что у Парнелла и Ли хватает ума отказаться от попыток оспорить завещание. Лишняя головная боль мне сейчас совершенно ни к чему. Я и так в самом скором времени
Казалось бы, я недвусмысленно дала понять Парнеллу и его жене, так и не проронившей ни единого слова, что обсуждать нам нечего. Однако незваные гости не торопились уходить.
Что, если Джейн просто: напросто решила заключить со мной сделку, не спросив моего согласия, подумала я, глядя на пожилых супругов, которые в своих унылых одеяниях напоминали две статуи скорби. Не исключено, она даже оговорила условия этой сделки с Буббой Сивеллом, но адвокат не спешит поставить меня в известность. Джейн хорошо изучила мой характер. И не сомневалась, что я сочту дом и деньги достаточной платой за определенные неудобства, связанные с черепом. Джейн верила, что я сохраню ее тайну.
— Всего наилучшего, — сказала я и закрыла дверь — как можно мягче, чтобы не дать незваным гостям лишний повод упрекнуть меня в грубости.
Заперев замок на два оборота, я направилась к телефону, нашла в книжке номер Буббы Сивелла и набрала его. К моему удивлению, секретарша сразу соединила меня со своим боссом.
— Как ваши дела, мисс Тигарден? — жизнерадостно осведомился Бубба.
— Не самым лучшим образом, мистер Сивелл.
— Какая жалость! Надеюсь, я могу вам чем-нибудь помочь?
— Скажите, Джейн не оставила мне никакого письма?
— Что?
— У вас нет для меня письма, мистер Сивелл? Мне тут пришло в голову, что Джейн могла оставить мне послание. И предупредить вас, чтобы вы вручили его мне… Скажем, через месяц после ее смерти или что-нибудь в этом роде.
— Нет, мисс Тигарден, никакого письма она не оставляла.
— Может быть, кассету? Аудио или видео?
— Нет.
— А может, вы видели что-нибудь в этом роде в банковской ячейке Джейн?
— Нет, уверяю вас. Должен сказать, ячейку я снял только после того, как Джейн заболела. У нее имелись кое-какие ценные украшения, и мы сочли, что в пустующем доме их лучше не держать.
— А что еще она держит у себя дома, Джейн вам не говорила? — осведомилась я.
Фраза получилась довольно корявая, но, думаю, Бубба прекрасно меня понял.
— Мисс Тигарден, я не имею даже отдаленного понятия о том, что мисс Ингл держала у себя дома, — отчеканил он непререкаемым тоном. Совершенно непререкаемым.
Я осеклась, осознав, что дальнейшие расспросы бесполезны. Бубба Сивелл не желал знать о моей находке. Расскажи я ему о черепе, ему пришлось бы что-то предпринять, а лишние хлопоты были ему совершенно ни к чему.