Вась
Шрифт:
Ах, мы не обращаем внимания! Корн попадает в подставившийся патрульный перехватчик липучкой и тот сразу теряет ход. Не дожидаясь добивающего удара, который не заставляет себя долго ждать, пилот Варана 2 катапультируется, а напарник, совершив головокружительный манёвр, захватывает его гравизахватами, вновь встав на траекторию отступления. Правильно - нефиг ему тут делать, со спасательной капсулой под боком.
Вот и пробил ваш смертный час, изделия с невнятным названием. Оба дрона стартуют к удаляющемуся кораблю и сразу переходят под его контроль,
Противник уже в радиусе действия волновых индукторов, но по-прежнему увлечён погоней, не обращая на ещё один малый корабль никакого внимания. Есть у корн такая черта, как азарт в бою, очень им это дорого встаёт периодически.
Задаю последовательность работы индукторов на серию из трёх импульсов с интервалом две миллисекунды и сменой частоты в переделах одного процента. Усиливаю темп до двадцати, одновременно проводя разворот, сейчас мне понадобится вся возможная точность. Корабль летит боком к цели, но для современных машин всё равно, как ускоряться, хоть кормой вперёд.
Залп их трёхсот микроимпульсов, угодивший в одну точку защитного экрана явно не пришёлся по вкусу корн. Часть разрядов вступает в резонанс с защитой и компьютер, мгновенно уловивший энергетический всплеск, даёт сигнал. Попался! Тень просчитала частоту щита противника и автоматически ведёт огонь, не теряя резко ускорившуюся кривую смены режима работы повреждённых силовых экранов. То, что в реальности заняло бы всего одну секунду, для меня ощущалось, как двадцать секунд субъективного течения времени, которые тянутся, как улитка.
Запускаю первый 'гром'. Надо же, пилот рейдера, сообразил, что вмешавшийся в противостояние корабль куда опаснее первых, и начал маневрировать, пытаясь раскрутить неповоротливую тушу рейдера и закрыться неповреждёнными секторами полевой структуры. Поздно каяться, дружок.
Полный импульс двигателей, и я лечу вокруг вражеского корабля, не отклоняясь от нащупанной резонансным сканером бреши в энергополе. Две установки 'держат' частоту, а четыре, наносят по врагу десять ударов максимальной мощности в секунду. Вот первый, второй импульс прорывают щит, и наружу вырывается облако плазмы, рассеивающееся в пустоте. Пока что индукторы рейдеру что слону дробина, но это не важно, главное нащупана слабая точка.
'Гром' к этому времени достиг рубежа атаки. Повинуясь программе, эллипс ракеты распадается, и пять нестабильных энергокристаллов выстраиваются атакующей цепью, реализуя принцип каскадного подрыва. Вот первый кристалл бьёт в поле корабля противника, направляя всю высвобожденную энергию внутрь, сминая скрученный спиралью объём плазмы и силовых полей. Сквозь брешь пролетают оставшиеся боевые части, прочерчивая взрывами внутреннюю зону, обеспечивая коридор для следующих за ними боеголовок. Да, я теряю так три из пяти боевых зарядов, зато два последних кристалла не сгорают в плазменном поле, а точно попадают в борт вражескоё машины. Есть!
Подчиняясь обострившейся
Попадание 'грома' серьёзно повредило рейдер. Напряжённость внешнего поля быстро падает, частоты уже не меняются с немыслимой скоростью, и я спокойно расстреливаю его из индукторов, нащупывая ослабленные зоны и маневрируя, кружась по орбите искусственного плазменного шара, как сошедший с ума спутник.
Не тратя больше ракет, втыкаю в брешь сдвоенный заряд главного орудия, уворачиваюсь от замедлялки, делаю ещё один круг, наблюдая неуклюжие попытки рейдера сместиться, и достигнув пробитой дыры на четверти мощности накопителя пронзаю копьём плазмы борт уже повреждённого рейдера.
Серия внутренних взрывов сотрясает обшивку, внешнее поле гаснет, истекая разлетающимся по спирали плазменным хвостом. Передо мной открывается чёрно-алый борт с огромной рваной дырой посередине, но это зрелище доступно всего миг единый, уже в следующее мгновение весь корабль вспухает изнутри, пламя и внутреннее оборудование выплёскиваются через нанесённую мною рану, а разорванное пополам тело противника уже в виде остывающих обломков медленно распадается.
В режиме ускорения это зрелище просто сюрреалистическое, но для экономии ресурса, я сбрасываю интенсивность информационного обмена. Сразу же следует внешний вызов.
– Варан-1 Альтаиру, приём.
– Слышу хорошо, как вы, живые?
– Да, спасибо за помощь. Альтаир, а чем ты его так приголубил?
– 'Громом'.
– Да мы в него воткнули четыре штуки до этого, ноль эффекта, как так?
– Потом объясню, тут ещё два на подходе.
В голосе пилота слышится беспокойство
– Может ты это, вместе с оперативным крылом, они уже скоро будут? Чего зря рисковать.
– А я жадный. Не волнуйтесь вы, прибью, и мама сказать не успеют, сами увидите.
– Лады, залетай тогда на базу после боя, за нами должок.
Обстановка вокруг напряжённая. Похоже, с поверхности стартовали все аэрокосмические силы Сангории, учения они собрались проводить, что ли? Смысла в подобном количестве кораблей я не находил - тут четырёх штурмовиков за глаза хватило бы, если б все штатные звенья грамотно прикрывали планетарное пространство и были правильно распределены по секторам. А вот командиру авиаотряда, отправившему два лёгких истребителя в бой против среднего рейдера, я б самолично высказал пару очень приятных комплиментов.