Вась
Шрифт:
Глава 4
Внешнее покрытие 'беркута' успело запылиться, под бортом скопился песок и мусор, но никакого вреда это боевой машине причинить не могло.
Подойдя ближе, я как во сне дотронулся до прохладной поверхности, стирая слой грязи, под которой обнажилась антрацитовая броня. Пройдя вдоль корабля, от носа к корме, рассматривая знакомые по вирту обводы, я просто млел от нереальности происходящего.
Остановился
Я вернулся к входному люку, возле которого на стене виднелся овальный контур идентификатора. Остановился.
Чтобы получить неограниченный доступ ко всем системам любого космического корабля, нужно иметь соответствующий капитанский доступ. А стать капитаном возможно исключительно после привязки, официальной регистрации, осуществляемой через вирт-интерфейс и проходящей через реестр космического транспорта. До этого корабль использовать по назначению попросту невозможно - будут задействованы минимальные транспортные функции, жизнеобеспечение, аварийный контроль и только...
Для проверки мне оставалось всего ничего - приложить руку, но именно это действие вызывало дрожь в коленках. А вдруг не получится, вдруг корабль уже зарегистрирован и стоит в этой пустыне не просто так, а с какой-то неведомой мне целью? Ведь тогда вскрыть корпус смогут только на заводе, а я могу сколько угодно сидеть перед запертой дверью. Ладно, чего я жду.
Подношу ладонь к сенсорному блоку. Круг осветился бежевым, мигнул и переключился на зелёный. Есть! Раздалось шипение, сдувшее песчинки с окружающего люк покрытия, щелчок и часть корпуса разделившись на три части, растеклась в разные стороны, освобождая проход.
Мягко осветился внутренний коридор. Энергетическая стена отсекла часть пространства за люком, превратив его в аналог шлюзовой камеры. Процедура отлично знакомая и очень хорошо, что всё работает - значит компьютерная система, энергообеспечение и основные механизмы не пострадали за годы бездействия.
Я сделал шаг и очутился внутри. За спиной с шелестом схлопнулись лепестки, вновь превратив корпус в несокрушимый монолит. Свет сменился на сиреневый, началась процедура биологической обработки, которая не только уничтожала всю потенциально опасную бионику, но и очищала гостей от грязи, принесённой с поверхности. После завершения очистки поле исчезло, открыв моему взору подсвеченный дежурным освещением коридор.
– Компьютер, - произнес я, - свет.
Зажглись жёлтым полосы на полу и потолке, заливая пространство непривычным, режущим глаза светом. Видимо изначально настроенный на спектр солнца планеты, где произвели эту машину, компьютер не имел достаточно интеллекта для самостоятельной регулировки освещения под условия внешней среды.
– Цвет освещения белый, яркость половина текушего, - отдал я следующую команду.
Пока бортовой комп слушался отдаваемых ему команд и выполнение бытовых приказов,
Я находился на нижней палубе, всего их тут две, судя по высоте борта. Лихорадочно вспоминая всё, что знал о конструкции судна, пошёл вперёд, вертя головой по сторонам. В игре-то всё просто, очутился в кабине, сел в кресло и полетел, а сейчас придётся голову поломать где тут рубка.
В воздухе витал неуловимый запах, который, я предполагаю, свойственен исключительно новым, только привезённым с завода, машинам. Не знаю, сколько лет простоял 'Беркут' в одиночестве, но запах не выветрился и внутри него стоял аромат пластика, смазки и металла. Позже, в соответствии с предпочтениями экипажа коридоры наполнятся ароматами леса, травы, цветов и всем, на что горазда внутренняя климатическая система. Но никогда уже не возникнет такого ощущения первозданной новизны.
Походив по коридору в поисках поста управления, я мысленно хлопнул себя по лбу, вот дурак.
– Показать схему отсеков, - попросил я и тотчас на боковой стене развернулся голоэкран с полной картой корабля в разрезе.
Справа ангар, энергоотсек, технический блок, слева коридор спецотсеков, неясного пока назначения, но подробности можно узнать и позже. На второй палубе комнаты экипажа, кают-компания. В конце главного коридора небольшая лестница, которая и ведет в кабину. Вот оно.
Небольшое помещение трёхметровой высоты. Одно кресло впереди, ещё два справа и слева от главного - резервные посты управления. Ничего лишнего, никаких кнопок, приборов, вся информация подается в вирт, либо на голоэкраны с силовым интерфейсом. Стандартная, унифицированная пилотская рубка среднего корабля.
Сажусь в кресло, и тут меня ждёт первый сюрприз, нет шлема. Вот смешно будет, если корабль ими забыли укомплектовать.
– Компьютер, а где шлем?
– спрашиваю я.
– Управление кораблём осуществляется через полевой интерфейс, резервная система управления вмонтирована в ложемент пилота.
Силовой шлем. Тоже неплохой вариант. Пока они еще слишком дороги, но по качеству ничем не отличаются от физических. Но это в бытовых условиях роскошь, а на военных кораблях было логично использовать более надежный полевой интерфейс. Ладно, выясним для начало самое главное.
– Статус принадлежности корабля?
– задаю я главный вопрос.
– Корабль не зарегистрирован. Система не прошла привязку. Крайний срок активации просрочен на четыре тысяч триста восемьдесят два дня. Возврат в точку отправки невозможен по техническим причинам. Режим оповещения заблокирован.
– Запустить последовательность регистрации согласно законам Сангории.
– Предоставьте ваш идентификатор и активируйте систему внешней связи для обновления баз данных.
Я с облегчением снял с шеи красный кристалл и включил на браслете внешний доступ, передав канал кораблю. Тело в тот же момент притягивает к спинке кресла, цвет освещения сменился на красный.