Варяжко

Срибный Игорь Леонидович

Все дальше и дальше в прошлое отодвигались льды Варяжского моря, покрываясь туманной дымкой забвения. И порой Варяжко казалось, что не было ни шхер, ни штормовой Соловецкой пучины, бьющей в подножия скал, не было белого снежного покрывала на высоких соснах и елях… Не плавал он ни на лодье, ни на драккаре, не сидел у родительского очага, вдыхая горький, привычный с детства берёзовый дым. Иногда ему казалось, что всю свою жизнь он провёл здесь, в этой жаркой и душной стране, где все склоняются перед волей беспощадных богов.

Вот уже пятый год длился поход Кецалькоатля. Ицтак Куаутли всегда был там, где требовалось сломить сопротивление врага.

Никто из военачальников мешика и тольтеков не мог сравниться с ним в искусстве боя. Белый Орёл наносил удар в нужный момент по самому слабому месту - и тогда рушились белокаменные дворцы и храмы, крушились человеческие черепа, гарью и чёрным дымом заволакивало селения.

Варяжко, оперевшись на рукоять меча, стоял на высоком холме, у подножия которого бесконечной колонной шли в сторону города Накбе воины мешика и тольтеков. Нещадно палило солнце, над дорогой висели плотные клубы пыли. Склонив украшенную богатым убором из перьев голову, Варяжко погрузился в тяжкие думы. Когда закончится все это?... Позади остались тысячи и тысячи полетов стрелы – дремучие джунгли и сельва, высокие горы и знойные пустыни. Он, Белый Орёл, завоевал для Кецалькоатля множество городов, взял неисчислимые толпы пленных. Он привёл под жёсткую руку Теночтитлана огромные страны Тескоко и Тлакопан, которые до него никто не мог покорить… Но Топильцин Кецалькоатль ненасытен - ему все мало. Может, он и вправду надеется покорить весь мир? Но где они — границы здешнего мира? От дальних лазутчиков Белый Орёл знал: земля, омываемая на востоке и западе Океаном, беспредельна к северу и югу. По их рассказам, на юге лежали неприступные горные хребты, а за ними уходит к краю земли непроходимая сельва, наполненная страшными племенами и невиданными зверями. Не хватит двух жизней, чтобы завоевать все эти земли, племена в царства! Но попробуй, скажи об этом великому вождю Мешика!

В тяжёлом, кровопролитном сражении пал белокаменный город-красавец Накбе. Покрытый с ног до головы пылью, потом и кровью Ицтак Куаутли, еще разгоряченный недавним боем, медленно шел навстречу торжественной процессии - в покоренный город вступал сам Кецалькоатль. Глухо били тум-тумы, ревели раковины. Топильцин двигался меж двух рядов побежденных майя. Стоя на коленях, они положили свои головы в пыль, приветствуя победителя.

Топильцин с каменным лицом сидел в паланкине, который несли шестеро рабов.

– Отбери искусных мастеров, резчиков по камню и дереву, строителей, - сказал он склонившемуся в приветствии Белому Орлу. — Остальных приготовить к жертвоприношению! Вечером я жду тебя в паровых ваннах во дворце верховного вождя Накбе!

Кроваво-красный диск солнца скрылся за далёкими горами, и сразу на город рухнула ночная темнота. На небе вспыхнули серебристо-синие звезды. По внутреннему двору Белый Орёл прошел к стене дворца, нависающего над горной пропастью, к тому крылу, где были паровые ванны. В колеблющемся свете факела, который нес перед ним воин охраны, лицо юноши-жреца, вышедшего встретить непобедимого тлакатеккатля, внезапно дёрнулось гримасой... Белому Орлу почудилось, будто он хочет о чем-то предупредить его. Не отрываясь, Белый Орёл смотрел на жреца. Но тот виновато опустил голову и, развернувшись, повёл его в покои Тлатоани. Что ж? Пусть будет то, что будет…

Жрецы помогли ему снять мокасины и тильматли. Приняли его знаменитый меч. Затем поднесли напиток из бобов какао и вышли

в темный коридор. Он долго ждал, маленькими глотками отпивая бодрящий напиток. Потом четыре воина личной охраны вождя вели его вверх по крутым ступенькам. У занавешенного ковром из перьев входа Белого Орла встретил один из помощников старшего жреца. Он кивком отослал воинов охраны и повел его к Топильцину.

Кецалькоатль восседал на троне, вырезанном из красного дерева в виде распластавшегося в прыжке ягуара. Рядом с троном стоял старший жрец и с нескрываемой ненавистью смотрел на вошедшего. Варяжко давно знал, что старший жрец жаждет его смерти… И ответил ему таким же взглядом.

Тлатоани перехватил взгляд Белого Орла…

– Расскажи мне все о большой пироге! – неожиданно произнёс Кецалькоатль.

Это было столь внезапно, что Белый Орёл опустил голову…

– Что ты хочешь знать о ней, великий вождь...
– медленно, собираясь с мыслями, начал Варяжко.

Топильцин стремительно вскочил с трона и схватил его за плечо.

– Я хочу знать, мой тлакатеккатль, для чего тебе нужна большая пирога, не виданная в здешних краях?!

Немного помолчав, Варяжко произнес решительно и твердо:

– Много лет я верой и правдой служу великому вождю. Я завоевал для тебя множество городов! Я привел под твою руку страны Тескоко и Тлакопан! Да, я велел построить резчикам майя большую пирогу, чтобы через Море Мрака уплыть на родину. Прошу, отпусти меня!

– Безумец! – вскричал Кецалкоатль.
– О какой родине говоришь ты?

– Ты, верно, забыл, великий вождь, что пленили меня у полосы прибоя. И приплыл я туда на большой пироге из Моря Мрака! Я родился на берегу Ладоги... И не забыл свою родину!

– Он больше не может оставаться тлакатеккатлем ! — прорычал старший жрец Чикчан. Его сухое, изрытое морщинами лицо дергалось от злобы. — Я тебя предупреждал, великий вождь! Нельзя верить чужаку!

– Переплыв Океан, я прославлю твое имя в северных землях!
– сказал Варяжко, уже понимая, что его участь решена бесповоротно...

– Нет!
– оборвал его Топильцин. – Ты предал меня, и потому, ты больше не тлакатеккатль! Завтра же ты ляжешь на жертвенный камень!

Холодная ярость поднялась в душе Варяжко. Что ж, Кецалькоатль сам выбрал свой путь... Он выхватил из кожаных ножен обсидиановый нож и точным ударом пробил сердце тлатоани…

Мгновение Топильцин стоял неподвижно, сверля Варяжко тускнеющим взглядом. Потом его мощная фигура качнулась, и он упал ничком. Наклонившись над телом, Варяжко сорвал с его шеи нефритовую пластинку, на которой был искусно вырезан Пернатый Змей…

Облачный Змей - Чикчан беззвучно открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная на берег. Он даже не пытался сопротивляться, когда Варяжко ласково обнял его, приставив нож к горлу.

– Ты выведешь меня из дворца, - тихо сказал Варяжко.
– А сейчас позови жреца.

Старший жрец так резко и поспешно кивнул головой, что с его головы едва не слетел частокол из перьев. Напряженным голосом он окликнул помощника. Тот вбежал, ничего не подозревая. Притаившийся у входа рус, одной рукой зажал ему рот, другой – нанёс тяжёлый удар ножом в грудь, мягко опустив тело на плиты пола...

Чикчан начал часто икать от страха. Варяжко выразительно потряс ножом, и старик замер.