Варяги
Шрифт:
«Господи, только не картечь! Господи, только не картечь!». Бутылка со звонким щелчком задела донышком дуло пистолета. Перенеся вес на правую ногу и зажмурившись, Макс выбросил вперед правый кулак, надеясь хоть раз удачно провести сверхдальний хук справа. Краем глаза он заметил сорвавшихся с места Алексея и Киру, девушка заметно опережала Леху. «Кира, нет!» - захотел крикнуть Климов, и ровно в тот момент, когда его кулак коснулся лица незнакомца, раздался выстрел. Правую руку пронзила адская боль, левую что-то обожгло. Запнувшись за лежащее
– Хороший удар, Максыч! Кто ставил, на флоте?
– Это Леха. Значит, еще жив.
– Открываешься сильно на выходе, на ответку налетишь когда-нибудь.
Максим лежал на спине и смотрел ввысь. Как же хорошо, когда есть небо, солнце, звезды, друзья, Кира... Как же хочется жить... Как не хочется умирать...
– Макс, хватит лежать. Дай, осмотрю...
– Это Кира. Она берет за руку, и сердце понемногу успокаивается, перестает бешено гнать кровь по горячему телу...
– Чего разлегся, боксер? Вставай, мизинец выбит у тебя. Ты хоть знаешь, кого нокаутировал?
Правую руку пронзил удар молнии - Кира безжалостно вправила умирающему самураю вывихнутый палец. Больно, со знанием дела вправила. Макс уселся прямо на стартовое поле. В голове все еще полыхал туман войны.
– Он выстрелил? Не попал?
– Попал. Бутылку он твою убил. Повезло, что вольфрамом стрелял, не картечью. Левую дай посмотрю... ага, кровь, посекло осколками. Лика, неси аптечку. И клейкую ленту, Вульфа связать, он пыхтит уже. И сообщи патрулю про фрегаты.
– Кира... Леха... Лика... Как же я рад снова вас всех видеть!
– Кира, он че, правда, бухой?
– Алексей недоверчиво присел на корточки рядом с Климовым и принюхался.
– Климов, ты опять без меня что-ли нарезался?
– Отвали, Леха. Выпил я грамм сто для храбрости. Нам с тобой бутылку нес. Помоги встать... Кто это?
– Вульф Райнер.
– Ответила за Алексея Кира.
– Его же замочили у Гуантахо. Военные. Я сводку читал...
– Не домочили, как видишь...
– Максим, как же я рада тебя видеть!!!
– Анжелика кинулась Максу на шею и разрыдалась. Кира стояла рядом и смотрела на них... каким-то другим, особенным взглядом.
– Какой вы идиот! Вы все идиот! Минут с минут будет мой фрегат! Вам не лететь с Нокалиф! Вы думать, сдать меня полицай? Закон, идиот! Нельзя судить человек, когда он мертвый - это закон Нокалиф!
Бабич присел рядом и слегка двинул Райнеру в поддых. Тот поперхнулся и стал жадно хватать ртом воздух. Бабич привычными движениями перевязал ему руки и ноги клейкой лентой:
– Слышь, Максыч, я когда тебя галсирующим увидел, сразу знаешь че подумал? Что ты опять набрался в порту. Думаю, точно, с горя дерябнул лишка, вы же с Киркой никак разобраться не можете. Ну, думаю, опять за пивом ушел... А да, ты же за пивом пошел. Пива-то принес?
– Леха закончил пеленать Вульфа и оглянулся.
Кира с Максимом стояли крепко обнявшись и слившись
Глава 31
Как только «Спартанец» вышел на лунную орбиту Техаса, навком выдал предупреждение «опасность столкновения». Климов подкорректировал маршрут, но «Андромеда» снова выбросила «внимание, возможен перехват» и обиженно замигала индикатором тревоги.
– Алексей, держи курс. Анжелика, что за отметка шесть-один-четыре?
– Не знаю, амиго. Транспорт какой-то.
– Он на перехват идет.
– Климов, это луны Техаса!
– Нравоучительно протянула Наполи.
– Тут знаешь как тут тесно в космосе! Давай, маневр уклонения и курс на Вила-Коста.
– А почему Вила-Коста? Может лучше флоту Райнера сдать?
– Неуверенно предложил Максим.
– В каждой системе есть ограниченный контингент...
– Ты же слышал, что он сказал. Про законы Нокалиф. Боюсь, с юридической точки зрения...
– Это тот самый! Это Вульфа Райнера корабль!
– Вдруг воскликнула Кортес.
– Макс, посмотри на его транспондер!
– Лика, ты хочешь, чтоб я прямо сходу расшифровал... Принял! Классификация цели?
– Отметка шестьсот-четырнадцать, класс транспорт, тип «фаэтон»... Это абордажник! Это такой же, какой Кира сначала хотела, скоростной! Нам не уйти!
Мозг военлета молниеносно перебирал варианты. Даже если связаться с патрулем прямо сейчас, перехват произойдет гораздо раньше. О соревновании наперегонки на половине хода со скоростным абордажным транспортом не может быть и речи...
– Так... Он нас видит, значит у него хороший навком. Но он не знает, что мы его видим, так-как думает, что у нас «Вега». Но мы-то знаем, что он нас видит и не знает, а мы ему не покажем...
– Максыч?
– Алексей настороженно посмотрел на первого пилота.
– А ты точно не пьяный? Ты когда упал - головой не ушибся?
– Так, Леха! Курс, скорость не меняем. Когда будем на расстоянии обнаружения «Веги» - делаем маневр ухода и начинаем разгон. Они тоже станут разгоняться...
– ...И быстро нагонят! Максим, мы не уйдем от них на двух маршевых! И на четырех не ушли бы...
– Кира тоже перебирала пальцами по экрану.
– Я отправлю сообщение патрулю, они близко... Но все равно далеко... Нужно время, Макс!
– Выиграем! Ты хотела «фаэтон»? Сейчас я тебе его покажу...
– Климов вдруг вспомнил очень важную деталь - не все на борту имеют опыт тяжелых перегрузок. Кроме него вообще, наверное, никто... Пилотские и капитанское кресла имеют противоперегрузочную систему. Штурманское - нет, это изначально место работы рудокопа-оператора.
– Анжела! В каюту! Под страховочную скобу и в режим перегрузки!
– Угу... Уно моменто, сеньор Максим! Чтоб я опять все пропустила?
– Лика! Живо!
– Резко, голосом мамы непослушной девочки, скомандовала Кира.