Варяги и ворюги
Шрифт:
— Колись, Семка, — приказал Петро, ухватив проводника рыжей лапой, с которой свисала нагайка. — Кого в вагон сажал?
— Петро! — Проводник умоляюще обхватил рыжую конечность обеими руками. — Христом Богом! Ни одного чужого.
Свободной рукой Петро залез проводнику за пазуху и извлек оттуда висящий на шнурке темный нательный крест.
— Целуй мне крест на этом слове. Га?
— Девятое купе, — пробормотал проводник, застыдившись. — Верхняя полка слева.
Петро отпустил проводника и посмотрел на него укоризненно:
— А
Но вселившаяся было в сердце Адриана надежда тут же и угасла. Перспективный злоумышленник из девятого купе оказался дряхлой-предряхлой бабушкой с клюкой. Сперва ее долго не могли разбудить, потом долго объясняли, в чем дело. Наконец она сообразила, что ее подозревают в краже, как-то очень ловко извернулась и, пронзительно заголосив, попыталась вытянуть Адриана палкой. Адриан увернулся, и удар пришелся по проводнику.
В вагоне сразу стало шумно и многолюдно. Пассажиры высыпали в коридор. Оттуда сквозь дверь, за которой укрылись Адриан, проводник и казаки, просачивались голоса:
— Что? Что? Заложника взяли?
— Кто повесился? Где?
— Да нет. Казаки еврея поймали.
— Ой! Долго ловили? То-то я смотрю — всю ночь носятся, совсем спать не дали.
— А вы не знаете, так молчите. Бабулю вот ограбить хотели.
— Отойди, бабка, что ты своей клюкой трясешь? Осторожнее, осторожнее, я говорю…
— Ладно, — сказал нахмурившийся Петро. — Значит так. Чего делать будем?
— Я пойду в полицию, — пробормотал Адриан, сжав руками гудящую голову. — Я буду писать… официально… это невероятно… я не понимаю… как у Гастона Леру… или у Картера Диксона. В совершенно запертом купе… Все деньги, вещи. Ужасно. Ни одного цента не осталось.
— Да что там в милицию, — вмешался казак Мишка. — Ну что ты несешь, прости Господи! Два часа протокол писать будут. Потом еще два часа душу из тебя мотать. Думаешь, найдут, что ли? Хрен! Морока только одна.
— Погоди! — перебил его Петро. — Что ты человеку душу травишь? Не видишь, не в себе он. Сейчас я.
Петро вышел в коридор, закрыв за собой дверь. Там сразу замолчали, а потом донесся его голос:
— Станишники! Братья и сестры! Тут горе у человека. Пока спал, все до нитки вынесли, аспиды. Вещи, деньги. Все, короче. А он иностранец. Не дадим пропасть человеку. Хоть и не русский, а все же божья душа. Скинемся кто сколько сможет.
Дверь приоткрылась, всунулась лапа Петро, схватила кепку «Go Blue» и исчезла. Минут через десять Петро появился снова. В руках он тащил картонную коробку.
— Ладно, — сказал Петро. — Ты посиди пока. А мы, Семка, пойдем к тебе. Расскажешь, кто ночью по вагону шастал. Покумекаем.
Коробка была набита доверху. Вперемежку с металлической мелочью и бумажными купюрами там находились — почти полная пачка грузинского чая, завернутая в газету
Обтирая с кепки помидорный сок, он даже не заметил, что поезд уже остановился и рядом с ним возвышается Денис.
— Это что? — спросил Денис, взял двумя пальцами помидор, осмотрел и засунул в рот. — С собой привез?
Адриан поднял на него слезящиеся глаза и неожиданно всхлипнул.
— Денис, — пробормотал он тихо, боясь по-детски расплакаться. — Ты понимаешь… Я спал. Я все запер. И здесь. И там. А кто-то пришел ночью. У меня все украли. Мобильный телефон вместе с курткой. Вещи. Там документы были. Четыре тысячи долларов.
Денис перестал жевать и нахмурился.
— Дверь точно запер?
Адриан кивнул, беспомощно глядя на Дениса сверху вниз.
— Щеколду тоже?
— Эту? Да.
— А утром?
— Я проснулся. Ничего нет. Дверь заперта. И эта… щеколда… тоже. Денис, они, наверное, влезли через окно. Как ты думаешь, полиция найдет вещи?
— Ну прям…, — проворчал Денис, доставая из кармана свой мобильник. — Разбегутся они. Номер у тебя какой?
Выслушав ответ, он быстро нажал несколько кнопок, распахнул дверь и высунулся в коридор. Адриан услышал, как где-то справа зазвучала бессмертная мелодия Визе из оперы «Кармен». Денис бросил взгляд на Адриана, рванулся в коридор и тут же снова возник, таща за шиворот упирающегося проводника. В руке проводника продолжал взывать к тореадору телефонный аппарат Адриана.
Денис бросил проводника на полку напротив, сел рядом с ним и обнял за плечи.
— Остальное где, пидор беспредельный? — с интересом спросил он.
Когда Денис с «Самсонайтом» и Адриан с маленькой черной сумкой, распухшим бумажником в кармане, в куртке «Харлей-Дэвидсон» и кепке «Go Blue» уже вышли из вагона, Адриан вдруг остановился.
— Денис, — сказал Адриан, — я не понял.
— Чего ты не понял?
— Я не понял. Как они могли попасть в запертое купе?
— Я откуда знаю? Я не по этому делу.
— Как ты думаешь, Денис? Если я у них спрошу, они мне скажут?
Денис посмотрел на часы.
— Хочешь — спроси сам. Может, скажут. Только быстрее давай.
— А ты со мной не пойдешь?
Денис замотал головой.
— Тебе интересно, ты и иди. А я тут подожду. Да не бойся, не съедят. Мужики с понятием…
Казаки и проводник сидели в служебном купе и держали в руках стаканы с водкой. Закусывать, судя по всему, они собирались содержимым собранной для Адриана коробки. Увидев вошедшего, замерли.