Варвары
Шрифт:
Ивакин. Пожалуйте брагу кушать...
Доктор. Ну, кругом я не пойду... (Шагаечерез плетень.)
Монахов. А Лидия Павловна к нашей компании интереса не чувствует...
Дробязгин. Дама светская... гордого образа жизни...
Притыкин. Хорошо она на лошади скачет...
Монахов. Н-да-а! Это, батя, она умеет... Притыкин. Вот, о приятном говоря, женский пол забыли мы, а что может быть приятнее? Я, конечно, не про супругу мою говорю...
Монахов (смеясь). Идемте, Фомич, брагу пить...
(Идут
Притыкин. Однако времени немало, пора бы уж почте быть... Посмотрим, каковы они, строители-то...
Монахов. Н-да, интересно... Картежники, наверно...
Притыкин. И выпить любят, я полагаю... а?
(Уходят. Дунькин муж является.)
Матвей. Это они инженеров встречать собрались?
Дунькин муж. На ярмарку ходили в село... для прогулки. Но, конечно, которые люди с деньгами, они всякому нужны...
(С правой стороны является Лидия Павловна в амазонке, с хлыстом.)
Лидия Павловна. Послушайте, - будьте добры подержать мою лошадь, я вам заплачу...
Матвей. Ладно... я могу...
Лидия Павловна. Пожалуйста... (Уходит направо.)
Матвей. Эх ты... какая!
Дунькин муж (завистливо и беспокойно). Вот... кабы тебя не было, пришлось бы за лошадью мне смотреть... эх! Ежели она много даст, дай ты мне хоть пятак, а?
Матвей. А может, она всего пятак даст.
(Уходят оба направо. В саду разговаривают доктор и Веселкина.)
Доктор (угрюмо). Сочиняют - в молодости...
Павлин (вставая). Осмелюсь заявить - святые отцы и в преклонном возрасте сочиняли...
Доктор. Ну-с?
Павлин. Больше ничего-с...
(Идут Притыкина и Надежда - женщина очень красивая, большая, с огромными неподвижными глазами. Сзади Богаевская.)
Надежда. Тогда он говорит ей: "Алиса! Моя любовь не умрет раньше меня, а пока я жив - я твой!"
Притыкина. Вон как! Наши мужчины и слов таких не знают...
Надежда (садится на бревно). Француз неверен, но любит страстно и благородно... Испанец в любви доходит даже до свирепости, а влюбленный итальянец обязательно ночью на гитаре играет под окном женщины, в которую влюблен.
Богаевская. Напрасно тебя, Надежда, грамоте выучили!
Надежда. Вы, Татьяна Николаевна, в таком возрасте, когда все это уже совсем неинтересно, а я...
Богаевская. А ты - только язык чешешь...
Надежда (серьезно). Подождите...
Притыкина. А я вам завидую, милая вы моя... Сколько вы любовных историй знаете, и какие всё хорошие истории! Как сны девичьи... Где же мой Архип?
Богаевская. Лидочкина лошадь стоит...
Надежда. Познакомьте меня с ней...
Богаевская. С лошадью?
Надежда (серьезно). Нет, с Лидией Павловной...
Богаевская. Вот ты, душа моя, тысячи романов прочитала, а правильно спросить не
Надежда (спокойно). Ничего... Всяк по-своему умен.
Богаевская (кричит и идет направо). Лидуша!
Притыкина (негромко). Как она грубо с вами... ай-ай!
Надежда (спокойно). Дворяне с простыми людьми всегда так говорят, и даже в романах, где все описывается лучше правды, дворяне - дерзкие... Смотрите, какая она красавица!
(Богаевская, за ней Лидия.)
Богаевская. Вот, Лидуша, Надежда Поликарповна просит познакомить ее с тобой... (Надежда приседает.) Видишь, даже приседать умеет...
(Доктор подходит.)
Надежда. Я вас знаю... вы каждый день мимо нашего дома на лошади скачете... А я смотрю и любуюсь - точно вы графиня или маркиза... Очень красиво это.
Лидия. Я часто вижу ваше лицо в окне и тоже любуюсь им...
Надежда. Благодарю вас! Похвалу красоте своей и от женщины слышать приятно...
Богаевская. Ишь ты!
Доктор (сумрачно). От женщины приятнее или от мужчины?
Надежда. Как следует оценит красоту, конечно, только мужчина...
Лидия. Как вы... уверенно сказали это...
Притыкин (кричит). Господа! Едут! Чу!
(Все прислушиваются, - звон бубенцов.)
Надежда (Лидии). Вам интересно знать, какие они?
Лидия. Кто? Тетя, нам пора идти.
Надежда. Инженеры...
Притыкин (выбегает). Сейчас приедут!
Лидия (Надежде). Нет...
Богаевская. Устала я, Лидуша... подожди!
Надежда. А я жду их, как праздника...
Притыкина. И вдруг - они старые!
Лидия (тетке, негромко). Это похоже на торжественную встречу и смешно.
Богаевская. Идем в сад... я только выпью чего-нибудь... Идемте в сад!
(Все идут за нею.)
Притыкин. Приехали... а, доктор? Интересно!
Доктор (угрюмо). Почему? Вот если бы они пешком пришли... ну, это туда-сюда!
Надежда. Какие глупости!
Богаевская. Она хотела бы видеть их верхами, в латах, в плащах...
(Уходят все направо, их медленный говор заглушает звон бубенцов. Справа медленно идет, заложив руки за спину, Редозубов - седой, суровый старик с черными лохматыми бровями. Останавливается, слушая шум на станции. Является Павлин, издали снимая картуз.)
Редозубов. Здорово... ну?
Павлин. О вашем драгоценном здравии что услышу приятного?
Редозубов. У доктора спроси. Приехали? Они?
Павлин. Именно - всеми ожидаемые инженеры; один пожилой, бритый, с усами и как бы уже несколько хмелен... другой - помоложе и весьма рыжеват. При них дама - молодая, красивая, и прислуга с нею - девица франтовитая. В двух экипажах ехали, а третий с вещами и со студентом, племянником Ивакина.