Варвар
Шрифт:
– Крим, ты еще здесь? – дрожащим голосом спросил красавчик. Наверное, впервые за время их знакомства он назвал Шторра по имени.
– Здесь, здесь.
– Открой, пожалуйста, а? Ну что тебе стоит? Я тебе десять кредитов дам – нам на дорогу выдали! И часы свои подарю. Хорошие, вегские, позолоченные, ты знаешь… Открой, а?
– Нет, Чибб. Если и открою, то не раньше, чем твой лайнер улетит на Кеш-Шлим.
– Но ведь это же глупо! Чего ты добиваешься? Тебя выгонят из Интерната. Гильдии будут для тебя закрыты. Только подумай:
– Мне нечего терять, спокойно проговорил Шторр. – Похоже, Гильдии и так закрыты для меня. Но теперь и для тебя! Прощай.
И с этими словами Крим вышел в коридор, плотно прикрыв за собой дверь. Призывы и проклятия Чибба были здесь едва слышны.
В последний раз оглянувшись, Шторр медленно побрел к выходу. В одном Чибб прав: из Интерната его наверняка выгонят. Все-таки зря он заговорил с красавчиком – теперь уже не отвертишься… Ну и пусть! Зато и тому пришлось несладко!.. Жаль, так и не попрощался с Силли.
Времени до старта лайнера оставалось совсем немного. Эскалатором Крим поднялся в зал вылета: там было большое окно, выходившее на летное поле. Никто его не остановил, да у него и было наготове объяснение: воспитанник Интерната провожает своих товарищей. Чем не правда? Так, вот и окно. Отсюда все будет отлично видно…
Внезапно Крим замер, словно наткнувшись на невидимую стену. Наставник Джифф! Старик стоял у входа в стеклянный коридор, ведущий к кораблям, рядом с двумя служителями космопорта. Ждет Чибба. Только бы не пошел его искать!
Юркнув за киоск справочного автомата, Крим впился взглядом в наставника. Сколько у того времени? Минут пять. Еще успел бы. Только не это!
Время шло. Чем больше нервничал Джифф, тем спокойнее становилось на душе у Крима. Несколько раз наставник словно порывался сделать шаг в сторону от выхода, но неизменно оставался на месте. Джифф слишком боялся сам опоздать на лайнер! Для него это тоже был в своем роде редкий шанс, и рисковать он не хотел. Кеш-Шлим, столица.
Время поджимало. И вот наконец, махнув рукой, Джифф сказал что-то служителю и заковылял по коридору к лайнеру. Все.
Все?
И тут мозг Крима словно прострелило. Места забронированы на сорок воспитанников. Столько же должно быть и билетов. А летит тридцать девять. Последний опаздывает. Ну, опаздывает, так опаздывает, это, в конце концов, его проблема. Но ведь может же и успеть? В последний момент?
Нет, это уже слишком. Нечего об этом и думать. Всякой наглости есть предел. Нельзя требовать от судьбы большего, чем та может дать.
А почему нельзя? Чем он рискует? Из Интерната теперь все равно выгонят. Ведь это шанс. Да еще какой!
Нет, но…
Какие могут быть «но»?! Вперед!
Выскочив из-за своего укрытия, Крим со всех ног бросился к служителям.
– Господа, помогите, пожалуйста! Я из Реданского Имперского подготовительного
– Ну ты даешь, парень, – усмехнулся один из служителей. – Борт на Кеш-Шлим вот-вот стартует. Где твой билет?
– В том то и дело! Билет у господина наставника! Нас сорок воспитанников летит и наставник. Господин наставник Джифф! Они все уже сели давно, а я… – несчастное выражение лица Криму искусственно делать не пришлось, голос его действительно дрожал от волнения. – Помогите!
– Как же я тебя без билета-то пущу… – возразил служитель. – А сопровождающего твоего уже, пожалуй, не выпустят обратно…
Но тут вмешался его товарищ.
– Вот, в списке действительно сорок воспитанников Интерната. А загрузилось тридцать девять. Слушай, а это, часом, не о тебе сейчас говорил пожилой господин? Седой такой, тут стоял.
– Это, наверное, господин наставник Джифф! – крикнул Крим. – Так пропустите меня, а? Не могу же я остаться, когда все улетят!
Служители переглянулись.
– Согласно инструкции… – начал было первый.
– Да ладно тебе, Сарр, не будь формалистом, – перебил его напарник. – Видишь же, мальчишка правду говорит. Ты беги, – обратился он к Криму. – Прямо по коридору, потом налево. Мы передадим, чтобы они не закрывали люк.
– Спасибо!
По стеклянному коридору Крим стремглав бросился к лайнеру. Навстречу своей судьбе.
4
В амортизационном кресле перегрузки почти не чувствовались. Пассажиры верхних палуб не ощущали их вообще, но подниматься туда Крим не рискнул, да и времени не было. Хотя формально имел право: воспитанники летели вторым классом. Где-то там, наверху, в двухместной каюте, пустует и его койка. Точнее, не его. Чибба. Варвара Крима Шторра там не ждут.
Впрочем, его вполне устраивал и салон третьего класса. Огромный, больше, чем зал главного корпуса в Интернате, весь заставленный пассажирскими креслами, которые, стоило нажать на маленькую кнопочку на подлокотнике, легко трансформировались в кровати, он как нельзя лучше соответствовал планам Крима – добраться до Кеш-Шлим, по возможности, не привлекая ничьего внимания. Кроме того – и это главное – кресла не имели номеров и не закреплялись за кем-то конкретно – не то, что каюты высших классов.
Между тем, лайнер покинул пределы звездной системы и начал разгон для прыжка через пространство. Перегрузки прекратились. Громадное табло под потолком на трех языках, из которых Крим знал только шлим – официальный язык Империи – сообщило, что пассажиры могут покинуть свои места. Здесь же была информация о скорости корабля, расстоянии до цели, времени пути: пять суток на разгон и пять на торможение, прыжок не в счет, он реального времени не займет. Полтора часа из этих десяти суток уже остались позади.