Варвар. Одержимость

Ангелос Валерия

А с другой стороны — целых шесть месяцев далеко от семьи.

Грусть накатывает от одного лишь осознания.

Стоп. О чем я вообще думаю?

Невольно смеюсь над собой

Меня еще никто не выбрал. Места для второго варианта программы ограничены.

Понятно, почему.

Какой шанс, что именно меня выберут и дадут финансирование?

Почти нулевой.

Я участвую ради опыта. Ну и еще это отвлекает от тревожных мыслей насчет Марка, от предстоящего разговора с

его девушкой, где я надеюсь хоть что-то немного прояснится.

Все время перед намеченной встречей занимаюсь планом проекта. Заодно набрасываю черновую версию мотивационного письма.

Срок подачи ограничен. Две недели. Так что стоит поторопиться, чтобы не заканчивать все в последний день, когда время поджимает.

Настолько увлекаюсь, что даже немного опаздываю. Задерживаюсь минут на десять. Когда захожу в кафе, девушку Марка не вижу.

Почти все столики пустуют. Присаживаюсь за первый подвернувшийся мне по пути.

Мигом подходит официант. Заказываю кофе.

Поглядываю по сторонам. Снова смотрю на часы. Наверное, она тоже задерживается.

Еще раз проверяю телефон. Ни пропущенных звонков, ни каких-то сообщений от нее ет.

А вдруг она пришла вовремя и не дождалась меня? Нет, вряд ли. Тогда бы набрала

MHC.

Да и опоздала я на минут десять, не больше.

Решаю набрать сама. Звоню — телефон отключен. Набираю несколько раз, но ничего не меняется.

Тут уже становится не по себе.

До Марка я тоже сперва не могла дозвониться.

А дальше... стало слишком поздно.

Прячу телефон в сумку.

Может у нее мобильный разрядился?

В любом случае подожду еще. Хотя бы полчаса.

Настолько глубоко ныряю в свои мысли, что даже не сразу замечаю заказ, который официант мне уже принес.

Кофе успевает остыть.

Поворачиваюсь в сторону каждый раз, когда открывается дверь кафе, но девушка, которую жду так и не появляется.

Десять минут. Двадцать.

Мои брови взлетают вверх, когда на пороге появляется Варвар.

А он что здесь делает?

Байматов замечает меня в тот же момент, что и я его. Сразу друг друга выхватываем глазами. После он шагает к столу, присаживается напротив. Смотрит на мою грудь. Невольно опускаю взгляд ниже.

Да, точно. Его подарок.

Я надела кулон.

Спасибо, — улыбаюсь, накрывая драгоценность пальцами, рефлекторно

прохожусь по граням украшения. — Это очень красиво.

— Я рад, что понравилось.

Мой взгляд снова падает на телефон.

Полчаса уже пролетели.

Конечно, девушка может появиться и позже. Но почти в это не верю. Как-то странно все складывается.

Я должна была встретиться с девушкой Марка, — говорю.

Я помню, — слегка кивает Байматов. Похоже, она не придет. Не придет, — мрачно соглашается он. Стой, ты...
– начинаю и запинаюсь. — Это ты помешал? Ты говорил с ней? У нее телефон отключен, и я... не знаю, что думать. Ее машина сбила, — заявляет Варвар. Что? — выдаю пораженно. Час назад. Видимо, по пути к тебе. Нет, я, — нервно качаю головой.

Слова на исходе.

— Как она? — роняю глухо.

Страшно спросить то, о чем думаю на самом деле.

Она….. жива?

Забрали в больницу, — отвечает Байматов. — В тяжелом состоянии. Она без

сознания. В ближайшее время не сможет дать никаких показаний.

— А тот водитель, — выдаю тихо.

Скрылся с места преступления, зафиксировали. Временный сбой.

замечает.

Камеры ничего не

Надо же как все «удачно». Именно в этот момент. Таких совпадений не бывает.

Какой кошмар творится. Бедная девушка.

Понимаешь, стоило мне предположить, что Марка шантажировали, как-то заставили пойти на ограбление, как она предложила встречу. Я почти уверена, она что-то знала.

Поехали отсюда, — говорит Варвар.

Оставляет деньги на столе и поднимается.

• Продолжим разговор у меня.

Рассеянно киваю. Иду за ним. Когда выходим на улицу, он придерживает меня за талию, ведет за собой. До машины. Там помогает занять переднее сиденье.

Настя, тебе в это лезть не нужно, — говорит Байматов, заводя двигатель. Да, но. Настя.

Он переводит взгляд на меня. Смотрит очень внушительно.

Я в курсе, что эта девушка хотела тебе сказать. Я сам со всей этой информацией разберусь. А ты — даже не думай вмешиваться.

На языке столько всего вертится, но я заставляю себя промолчать. Эмоции обуздать тяжело, однако умом понимаю, что Байматов прав.

Слишком опасно лезть в такие дела.

В голове вспыхивает еще одна тревожная мысль.

А Надя? — спрашиваю. — С ней удалось связаться? Да.

Он как будто мрачнеет сильнее.

Руль сжимает иначе. Крепче. И челюсти.

Что-то не то. Прямо чувствую.

Дамир? — не выдерживаю. — Что с Надей? Она в порядке, — чеканит. — Но ее пришлось забрать из того лагеря. Забрать? — не понимаю. — Куда? Она у моего друга.

Что-то это совсем не успокаивает, а наоборот.

У какого друга? У Лютого.

Он все же смотрит на меня, а мое сердце мигом ухает вниз от настолько обескураживающего ответа.

— Как у Лютого?
–

• бормочу, окончательно запутываюсь. — Где? Мы... отвези меня, пожалуйста, к нему. Почему ты сказал ему забрать мою сестру?