Варркан
Шрифт:
Смерив меня взглядом, один из них, очевидно старший, подошел небрежной походкой и помахал руками у меня перед лицом.
Я уже перестал удивляться местным обычаям и, сочтя его движение за приветствие, попытался проделать то же самое. В следующее мгновение я уже лежал на полу, прижатый к каменным плитам четырьмя мощными торсами. Чьи-то ловкие руки отстегнули меч и тщательно обыскали меня.
– Если вам что-то надо – скажите, – прохрипел я, хватая воздух ртом. – Ребята, я серьезно, а это щекотно.
Меня подхватили под руки и поставили согласно закону о всемирном
Растирая кое-какие ушибы, я обнаружил, что из всех вещей пропала ручка с золотым пером, что говорило о том, что в этом мире тоже ценят этот металл. Я даже знал, кто прихватил ее. Ухмыляющаяся рожа одного из стражников – того, кто махал руками – ясно говорила об этом.
– Ну ты, поросенок, ты писать-то умеешь? Мне повезло, что в этот момент открылась дверь, иначе разъяренный (поросенок) сделал бы из меня отбивную. Поспешно перешагнув порог, я только оттуда помахал парню рукой.
Сначала я подумал, что это обман зрения. Зал, куда я попал, был не просто огромен, а очень огромен. Стены, расположенные где-то далеко, поднимались плавными сводами к высокому потолку, исчезающему в вышине. Посредине этого стадиона находился трон. К нему вела дорога, устланная широким красным ковром. По ее сторонам стояли закованные в броню воины, то ли живые, то ли нет. Их лица прикрывали забрала, и никакого движения. Каменные воины, ну чем не охрана? Второй паж Великого тронул за рукав: – Великий Магистр ждет тебя! Мне оставалось только закрыть рот и двинуться по дорожке к виднеющемуся вдалеке трону. Сооружение представляло собой поднимающуюся вверх лестницу с широкими ступенями, на которых стояло десятка два кресел. Сейчас на них сидело всего несколько дряхлых стариков, внимательно разглядывавших меня. На самом верху, на сияющем золотом троне, сидел человек столь старый, что было удивительно, как его еще носит земля.
И Великий Магистр, и его приближенные не баловали себя нарядами. Довольно-таки простенькая, но удобная одежда: белые ниспадающие балахоны и сандалии на босу ногу. – Подойди ближе, Файон! Это мне. Приятно, когда большие люди называют маленького человека по имени. Начало неплохое, поэтому не стоит волноваться. А может, и наоборот, стоит. – Как отдохнул, Файон?
Как жаль, что не обучен я великосветским манерам, но тем не менее, вспомнив пару фраз из популярных романов, выдавил:
– Благодарю тебя, господин мой. Постель была мягка, а твои люди добры ко мне. – А ты льстец, Файон. Я промолчал, лишь склонил голову.
– Ведомо ли тебе, почему ты здесь?
– Думаю, для этого ты и позвал меня.
– Ты прав. Не для пустых бесед и не для веселья собрал я своих людей. Скажи, что ты знаешь о Варрканах?
Совсем немного, – я старательно пересказал все, что узнал о Варрканах за время моего пребывания в этом мире.
– Что же ты думаешь о них? – последовал следующий вопрос.
– Я не так хорошо знаю Варрканов, чтобы судить о них, – осторожно начал я. – Возможно, они достойные люди, так как делают стоящее дело. Но цена…
– Да, да. Я знаю, – прервал Магистр
– Пополнение рядов Варрканов. Но слезы матерей, и дети, не знающие родителей, – это жестоко.
Кажется, я сказал что-то лишнее, потому что сидящие ниже Магистра старцы негодующе зашушукались. Великий Магистр прервал ропот одним движением.
– Ты – чужеземец и не можешь судить о том, что в нашем мире жестко, а что нет. Но тем не менее мне нравится твоя откровенность. А теперь перейдем к делу. Чужеземец Файон! Мы знаем о причинах, приведших тебя в наш мир и в конечном счете в замок Корч. Об этом нам поведала книга Судеб и Пророчеств. Вижу, что ты заинтересовался.
Еще бы мне не заинтересоваться. Оказывается, мое появление здесь известно какой-то книге.
– Что это за книга? – позволил я задать вопрос. – Книге Судеб и Пророчеств известна судьба многих. Не всех, конечно, но думаю, что ты случай особый и представляешь несомненный интерес, и не только для нас.
Последние слова Магистра мне не понравились. В них чувствовалась недоговоренность, а это признак того, что есть какая-то тайна. И что значит – представляю интерес?
Пока я размышлял над словами Великого Магистра, последний хлопнул в ладони, встал и спустился вниз.
– Файон, пока не принесли книгу, скажи, цеховой знак у тебя с рождения? Если ты не против, я хотел бы посмотреть на него.
Если вы имеете в виду родинки, то они у меня действительно с рождения. А посмотреть… смотрите, мне не жалко. Я задрал куртку и приспустил штаны. Посмотреть на родинки захотела целая комиссия стариков. Я терпеливо ждал, пока они не налюбуются и не потакают сухими пальцами в мой, с позволения сказать, зад.
– А откуда у тебя звездочка посредине?
– Это не звездочка, – пояснил я, возвращая штаны на место. Это шрам от пули.
– Пули?
– Да, это такое оружие в моем мире, – подробнее я объяснять не стал, справедливо полагая, что сделать это мне вряд ли удается.
– Откуда он у тебя?
Я получил его на одной войне, – о том что война была далеко не справедливой, я решил промолчать.
– Ты был воином?
– В моем мире каждый мужчина становится воином на определенный срок.
– Значит, ты умеешь сражаться?
– Да, – ответил я и тут же понял, что мой ответ не совсем верен, поэтому поспешил переправиться: – Но не тем оружием, какое есть у вас.
Взгляды присутствующих устремились за мою спину, я обернулся и сразу обомлел.
По центральной дорожке шесть человек несли книгу. Это была всем книгам книга. Таких огромных я не видел нигде и никогда. Размерами точь-в-точь, как моя келья: пять на три. Люди, принесшие книгу, положили ее на неизвестно откуда взявшийся мраморный стол и отошли немного в сторону, освобождая место для Великого Магистра.
– Подойди к книге Судеб и Пророчеств, чужеземец Файон.
Сказано достаточно торжественно, чтобы понять, что происходит нечто довольно серьезное но значимое. Я последовал приказу и встал рядом со старцем.