Вариант единорога
Шрифт:
Ланселот резко опустился на колени. Потом медленно поднялся вновь и обернулся к двум волшебникам, которые уже снова стояли лицом к лицу, но теперь оба — внутри начертанных на земле магических символов, и оба светились голубоватым неземным сиянием. Ланселот сделал шаг по направлению к ним, затем второй.
— Мерлин! — крикнул он, направляясь к ним.— Я сделал то, что обещал! Теперь я намерен убить тебя!
Фея Моргана обернулась к нему. Глаза ее были широко раскрыты.
— Нет! — воскликнула она,— Уходи из круга! Немедленно! Пока я держу его здесь! Его могущество тает! Еще несколько
Ланселот колебался лишь мгновение. Затем повернулся и пошел к выходу из круга. Когда он миновал каменные глыбы, небо, казалось, вскипело. Он сделал еще с десяток шагов и вынужден был остановиться и передохнуть. Оглянувшись назад, на место поединка, он увидел все те же две фигуры, словно окаменевшие в волшебном объятии. Такой эта сцена и запечатлелась у него в памяти. Ибо небеса разверзлись, и стена огня обрушилась на дальний конец каменного круга.
Оглушенный, он прикрыл глаза рукою, а когда опустил ее, то увидел, что каменные глыбы падают, причем совершенно беззвучно, и многие из них тут же тают в воздухе.
Дождь начал ослабевать.
Волшебник и волшебница исчезли вместе с большей частью Стоунхенджа, который продолжал свое самоуничтожение. Коней нигде видно не было. Ланселот оглянулся, заметил подходящий камень и направился к нему.
Усевшись, он прежде всего отстегнул нагрудник и бросил его наземь. В боку огнем полыхала боль, и он зажал рану рукой. Склонившись, он устало оперся подбородком о левую руку.
Дождь становился все тише и в конце концов прекратился совсем. Ветер тоже стих. Вокруг опять все окуталось туманом. Ланселот глубоко вдыхал влажный воздух, обдумывая случившееся.
Да, именно для этого он и был здесь оставлен, оставлен последним, после смерти всех остальных; именно этого он и ждал столь долго. А теперь все кончено, и он может наконец отдохнуть.
Потом он ненадолго потерял сознание. И пришел в себя от яркого света. Ровное сияние пробивалось сквозь пальцы прикрывавшей лицо руки, резало глаза даже сквозь опущенные веки. Он опустил руку, вскинул голову и открыл глаза.
В ярком сиянии чаша медленно проплывала мимо. Ланселот протянул к ней окровавленные, онемевшие пальцы, до того зажимавшие рану, встал и двинулся следом. Массивная, чистых очертаний, сияющая и прекрасная, совсем не такая, как тогда, в Зале Круглого Стола, чаша повлекла его за собой через залитую лунным светом равнину, из тьмы к свету и снова во тьму, пока туманы не поглотили его, когда наконец он коснулся чаши и обнял ее.
И на этом кончается история Ланселота,
последнего из благородных рыцарей Круглого Стола,
его приключений и битвы с Раксасом, полым рыцарем,
его встреч с Мерлином и с феей Морганой,
последними из мудрецов Камелота,
его поисков Святого Грааля.
9
Куда
Крестник
В первый раз я увидел Морриса Литема рядом с купелью, где он стал моим крестным отцом. Я был слишком мал, чтобы это запомнить. С тех пор он навещал меня ежегодно, в день моего рождения. Этот год не стал исключением.
— Морри,— сказал я, протирая глаза руками.
Когда я наконец открыл их, то в сером предутреннем полумраке спальни, на стуле рядом с подоконником, на котором стоял цветочный горшок с засохшей геранью, увидел гостя, высокого и худого, будто страдающего отсутствием аппетита.
Улыбаясь, он поднялся на ноги и подошел к моей постели. Протянул руку и помог встать.
— Одевайся! — весело заявил он, вручая мне рубашку и брюки.
Когда мы выходили из комнаты, тетя Роза и дядя Мэтт еще крепко спали.
Казалось, минуло всего несколько секунд, а мы уже шли вдоль витрин универмага. Полное освещение еще не включили, внутри никого не было.
— Что мы здесь делаем? — спросил я.
— Я хочу, чтобы ты осмотрелся и выбрал себе подарок на день рождения.
— Я знаю где,— быстро ответил я.— Пошли.
Я провел его мимо скамейки, на которой неподвижно лежал ночной сторож, остановился возле витрины и показал.
— Какой тебе нравится больше всего? — поинтересовался Морри.
— Вон тот, черный.
Он рассмеялся:
— Один черный велосипед для Дэвида. Ты получишь похожий, только лучше. Его доставят вам домой сегодня днем.
— Спасибо! — воскликнул я, повернулся и обнял Морри. А потом, подумав немного, добавил: — Тебе не кажется, что нам следовало бы разбудить охранника? Может прийти его босс.
— Охранник уже несколько часов мертв. Инфаркт миокарда. Смерть пришла к нему во сне.
— Ой...
— Большинство людей говорят, что они хотели бы умереть именно так; для него все закончилось хорошо,— сказал Морри,— В прошлом месяце ему исполнилось семьдесят три. Его босс думал, что он моложе. Охранника звали Уильям Стрейли... для друзей — Билл.
— Вот здорово, ты многих знаешь!
— У меня такая работа — постоянно встречаюсь с самыми разными людьми.
Я не очень четко представлял себе, чем занимается Морри, но на всякий случай кивнул.
Я проснулся через несколько часов, помылся, оделся и спустился вниз, чтобы позавтракать. Возле моей тарелки стояла поздравительная открытка; я прочитал ее и поблагодарил тетю Розу.
— Ты должен знать, что мы помним,— сказала она.
— Мой крестный отец Морри тоже не забыл. Он приходил рано утром, и мы были в универмаге, где я выбрал себе подарок и...
Она посмотрела на часы:
— Универмаг открывается через полчаса.
— Знаю,— кивнул я.— А мы все равно там были. Жаль только вот ночного охранника — умер во сне, на скамейке... А Морри пришлет мне сегодня днем десятискоростной черный велосипед!