Вар мастер палицы
Шрифт:
Подбежавшие к кромке воды амазонки принялись метать копья, но лодку уже отделяло от берега двадцать с хвостиком футов, и копья не достигали цели. Тогда воительницы опустились на колени и натянули луки.
Соли повернула другую ручку, мотор послушно прибавил обороты, и лодка рванулась вперед.
В воздух взвились стрелы, которые полетели вдогонку беглецам. Одна из стрел сразу же пробила левую руку Соли.
Амазонки вновь натянули луки. Вар понял, что лодка удаляется недостаточно быстро для того, чтобы им с Соли удалось
Щит пронзили три стрелы. Еще две попали в Вара — одна в правую руку, другая в живот.
А лодка еще не покинула опасную зону! Вар перехватил щит в левую руку и встал на колени позади Соли.
В щит, пробив кожу, ударило две стрелы, третья впилась Вару в бедро, четвертая, пройдя над головами, вонзилась в нос лодки.
— Вар? — Соли повернулась и вдруг пронзительно закричала.
Вар потерял сознание.
Глава 16
Много раз он приходил в себя и вновь погружался в забытье. В памяти остались боль, покачивание на волнах, присутствие Соли — и почти ничего больше. Девочка извлекла стрелы, но заметного облегчения ему это не принесло. Тело горело огнем, в горле першило, мышцы сводила судорога.
О нем постоянно заботилась Соли. Она перетащила Вара на койку в крошечной каютке и смочила губы водой; стало нестерпимо больно, желудок попытался вывернуться наизнанку, но язык и небо на какое-то время перестали пылать. Много раз девочка обтирала его тело: он, хоть и стеснялся, воспротивиться не мог. Раны кровоточили, Соли промывала их и перебинтовывала, но стоило Вару пошевелиться, как раны открывались вновь.
Катер плыл вдоль моста, казавшегося бесконечно длинным. Однажды Вар почувствовал радиацию и закричал, и Соли отвела лодку подальше в море.
Затем лодка оказалась в доке. Здесь были люди. Не амазонки и не здравомыслящие. Соли куда-то пропала, но вскоре вернулась, плача, поцеловала Вара и вновь ушла.
Затем появился мужчина и зачем-то вонзил ему в предплечье иглу на конце прозрачного цилиндра. Вновь очнулся Вар уже не на лодке, а в незнакомой комнате. Раны болели по-иному — так, как они болят, когда заживают, и он понял, что поправляется. Вот только Соли с ним не было. Приходили какие-то женщины, кормили, обтирали; он много и подолгу спал. Так проходил день за днем.
— Вижу, что ты поправляешься, — произнес заглянувший к Вару незнакомец. Был он стар, лыс и тучен. Наверняка не воин круга.
Вар действительно поправлялся, хотя и был пока слаб. Раны подживали и уже не кровоточили, он ел, уже не испытывая позывов к рвоте. Этот человек не внушал Вару доверия. Где же все-таки Соли?
Должно быть, последний вопрос Вар задал вслух, потому что старик вдруг спросил:
— Девочка?.. Что вас связывает?
— Мы друзья.
— Ты разговариваешь с сильным акцентом. И вижу, что в детстве ты подвергся серьезному
— Из владений чокнутых, — ответил Вар, вспомнив услышанный когда-то от Соли термин. Старик нахмурился.
— А это где?
— Некоторые называют эти места Америкой. Там живут чокнутые и здравомыслящие.
— Понятно. Но сейчас ты попал на остров Новый Крит, что находится среди Алеутских островов в Тихом океане. Здесь живут цивилизованные люди, которые придерживаются определенных правил. Девочка поняла это сразу, но тебе, как мне кажется, понадобится какое-то время, чтобы усвоить наши обычаи.
Вару по-прежнему не нравились манеры этого человека. В словах старика не ощущалось того цинизма, который сквозил в речах вожака подземных, но и дружеским его поведение тоже нельзя было назвать.
— Соли? Где она?
— Она в храме, готовится к встрече с нашим божеством. Если хочешь, можешь встретиться с ней.
— Хочу.
Старик подал Вару странную одежду — широченные штаны из не слишком прочной на вид ткани, белую рубашку с длинными рукавами и кожаные башмаки на толстой подошве. Вару страшно не понравились все эти вещи, но старик настаивал, и одеться пришлось.
Они вышли из здания лечебницы (так понял Вар) и оказались в городе. Не мертвом городе в Гиблых Землях, а живом мегаполисе. Освещенные здания, машины на улицах, заполненные людьми тротуары… Вар почувствовал себя более уверенно, увидев, что большинство мужчин одето ничуть не лучше его самого.
Огромное здание храма окружали колоннада и высокая стена. У центральных ворот стояли вооруженные пистолетами стражники.
После нескончаемо долгих переговоров с одетыми в ниспадающие одежды жрецами старик привел Вара в комнату, поделенную пополам рядом вертикальных металлических прутьев, расстояние между которыми составляло не более четырех дюймов.
С другой стороны в комнату вошла Соли. Завидев Вара, она сразу же подбежала к прутьям и просунула между ними руку.
— Ты жив! — воскликнула она. Голос девочки сорвался.
Выглядела она неплохо, но в ее поведении ощущалась некоторая неестественность.
— Да, — отозвался Вар. — Но почему ты здесь, за решеткой?
— Я в храме. — Она секунду помолчала, вглядываясь ему в лицо. — Я согласилась кое-что сделать, и поэтому мне придется остаться здесь. Мы больше с тобой не увидимся.
Он был уверен, что она чего-то недоговаривает, но как заставить ее сказать правду, не знал. Вдобавок, очень мешало присутствие посторонних. Судя по всему, пока он болел, произошло что-то настолько ужасное, что Соли теперь не надеется вновь его увидеть. И не говорит, почему.
— До свидания, Вар.
Попрощаться с ней у него не хватило сил, и он только покрепче сжал ее руку, а затем повернулся и пошел прочь, понимая, что время для схватки еще не наступило. Ему пока слишком мало известно об этом мире.