Vanitas
Шрифт:
Люция стояла лицом к императорской ложе, что на втором этаже арены, и могла запросто разглядеть главных «гостей». В центральном кресле развалился Магнус. Крепкая фигура в тяжёлых багровых одеждах, золотой венец на белых прямых волосах, по-мужски привлекательное лицо. Но война и последние годы тяжёлого правления неприятно изменили его: в уголках глаз, у сварливого рта и на лбу залегли глубокие морщины, а тёмно-багровые радужки утратили прежнее алое сияние, потухли.
Это даже иллюзия скрыть не могла. Неуязвимый Магнус Ванитас постарел и…
От этой мысли у Люц неприятно засвербело под лопаткой. Ей не доставит удовольствия месть ослабленному противнику. Пусть он придёт в себя! Вернётся назад! Какого беса Магнус так расклеился?!
«Чёрт!» — цыкнула про себя Люц и перевела взгляд на соседнее кресло, чтоб не беситься дальше.
Там дела обстояли лучше. Справа от Магнуса восседала королева, родная мать Рафаэля и по натуре сильфида. Неизменно цветущая, утончённая и энергичная. Всё время оправляла на коленках струящееся платье, забранные в причёску светлые локоны, изящную диадему с бриллиантами и без остановки щебетала что-то то мужу, то сыночку, то герцогу.
Кстати о нём. Рагнар Ванитас пусть и единокровный брат Магнуса, похож на него разве что типажом (общим для деймонов), а в остальном… Тонкие черты лица, тонкая кость, изящность и неуловимая грация в каждом жесте и взгляде. Длинные волосы скорее платиновые, чем белые, а глаза ярко-фиолетовые. Не воин, а колдун.
И… страшно кого-то напоминает.
Но уйти в раздумья и оценить образы остальных Ванитасов Люция не успела — зазвучали скрипки. Бой начался.
Она крутанулась и бросилась к противнику. Кровь привычно запела в жилах, мышцы напряглись. Клинки схлестнулись, взгляды встретились. Первым «врагом» оказался Орфей, и Люц выдохнула с облегчением.
Он наиболее стабильный и беспристрастный боец, на подлянки не пойдёт и отбарабанит партию как должно, без дебильных импровизаций и вывертов. У Люц даже есть примета — если сражение начинается с Орфея, то танец закончится без происшествий.
А сегодня особенно хотелось в это верить.
Химер озорно подмигнул, Люц улыбнулась углом рта. Они бодро обменялись последним выпадами и отпрыгнули в разные стороны, сменяя оппонентов и усложняя «танец».
Лязгали мечи, стучали шаги, дыхания учащались. Всё шло как надо, как обычно. Они скакали и красочно дрались на потеху зрителям.
Пока в пару к Люц не встала Меридия.
Связка началась нормально: они юлой кружили по полигону, сталкивались клинками, высекая металлические искры, отскакивали и продолжали безумное вращение. Голова начала кружиться, но партия — слава Предкам! — подходила к концу.
Тут-то и случилось непредвиденное.
Ударил знакомый аккорд. Девушки прыгнули в сальто, спружинили на ноги и резко поклонились, отводя руки назад и в стороны, как лебеди крылья. Меридия вдруг гаденько оскалилась частоколом зубов. Губы шевельнулись, сплетая чары, но Люция поздно сообразила к чему они. Ведь на ней защитный браслет.
На
И кинжалы вырвало из её рук. Лезвия просвистели в воздухе и вонзились в бортики балконов опасно близко к зрителям.
Террины дружно ахнули, а в следующую секунду разразились бурными овациями и улюлюканьем. Лица сияли восторгом: им невдомёк было, что метание кинжалов в персон — не часть программы.
Люц тяжело дышала, с ужасом осознавая, что осталась безоружна. А судя по насмешливым физиономиям заклятых товарищей — останется таковой до конца выступления.
А шоу продолжалось, музыка набирала обороты, сзади уже крался новый оппонент. Придворные ловко меняли связку, перестраивали фигуру на ходу.
Меридия гибко распрямилась и напоследок послала за спину Люц воздушный поцелуй, а ей самой — злобный взгляд. И до фарси резко дошло, ради кого «креветка» расстаралась, и заодно за сломанный нос отомстила.
Ветер шевельнул волоски на загривке, и Люция бездумно нырнула в кувырок, разворачиваясь на ходу, чтоб заметить, как острие меча вонзилось в песок, в месте, где она миг назад стояла. Только быстрая реакция и спасла!
Оружие-то не тренировочное, а самое настоящее и смертоносное для человека. Для неё!
Она проводила заточенное лезвие взглядом до самой рукоятки в когтистых пальцах и скользнула выше, к лицу Далеона в оседающих клубах пыли. Он улыбался какой-то хищной, предвкушающей улыбкой, и, кажется, даже не задумывался, что мог серьёзно покалечить её прошлым ударом. Если не прикончить.
Или именно этого он хотел?
По спине Люц побежали неприятные колючие мурашки, за которые она себя тут же обругала и вскочила на ноги.
Значит, вот что они задумали? Дали Далеону шанс поквитаться с ней за уязвлённое эго, побив и унизив перед всем замком? Решили показать, какая она никчёмная и слабая? Загнали в угол и думают, что без меча она беззащитна?
Ха-ха — три раза! Именно загнанный зверь — опаснее всех.
И Люция с радостью сие продемонстрирует.
Далеон ринулся в бой. Люц отклонилась от пробного выпада и ещё одного, краем глаза замечая, как Орфей, Сесиль и Меридия уже фехтуют в тройке и отвлекают часть гостей от незапланированной дуэли принца и нищенки, о внезапности которой были в курсе, разумеется, только участники. Но многие всё равно пялились на них и даже скандировали что-то воодушевляющее, только не понятно для кого именно.
Шестой принц сделал укол, Люц ушла вниз и сделал подсечку. Он ожидал — улыбнулся ещё шире и подпрыгнул, нанося сверху рубящий удар. Люция отбила лезвие основанием ладони и так же отбивала последующие, не обращая внимания на глухие выстрелы боли.
Кинжалы сверкали то справа, то слева, то летели прямо в грудь. Люц извивалась змеёй, подпрыгивала, ставила блоки, уклонялась и контратаковала на голых инстинктах: мозг просто не поспевал за схваткой на таких бешеных скоростях. И всё в ритм, в так безумной пляски.