Вампир-Воин
Шрифт:
Дерьмо. Последнее, что ей нужно было, чтобы сын Пола искал ее. Хоакин бы направился прямо в ее квартиру, и будут проблемы, если он не найдет ее там. Он будет искать и не остановится, пока не найдет. Найя не могла уйти сейчас. Не тогда, когда у нее был этот неизвестный элемент — очень мужской, очень мускулистый, великолепно неизвестный элемент — привязанный к постели, как жертвенный секс-бог. Хоакин не знал об этом доме вдали от племенного квартала, и Найя хотела, чтобы так и оставалось. Тем паче, если Хоакин увидит мужчину, прикованного к постели, он придет в ярость. Если она хотела сохранить тайну, то у нее не было выбора, кроме как уйти.
— Хорошо.
— Увидимся, чика, — прощебетала Лус, прежде чем повесила трубку.
Отлично. Что теперь, черт возьми, делать Найе? Она осмотрела пленника еще раз, решив, что наилучший курс действий в данный момент — держать его красивым и без сознания, пока она не вернется. Она убрала кинжал и подошла к шкафу в дальнем конце комнаты. Из верхнего ящика она достала несколько банок и бутылок с травами, которые были ей нужны. Она бросила щепотку и веточку в ступку и растирала их пестиком до тех пор, пока ингредиенты не стали мелким порошком. Затем она послала свои собственные силы в смесь, фокусируя энергию и привлекая магию. Сладкий звон колокольчиков отдавался эхом в ее голове, будто изящные нити паутины тянули, когда магия, сопротивляясь, покидала ее тело. Она уговорила еще, и усики отошли от ее пальцев в каменную чашу.
— Я хотел бы быть более полезным, но, честно говоря, просто потому, что я якобы знал прошлой ночью твое имя, просто не повод приковывать меня к кровати. Я не осуждаю или что-то в этом роде; может быть, ты просто развратница. — Тон вампира был слишком игривым, учитывая обстоятельства. Приятное пощипывание спускалось от макушки Найи к ступням, когда она чувствовала на себе его взгляд. Она проигнорировала его замечания и продолжила работать. — И поскольку мы заговорили на тему разврата, тебе не нужно подсовывать мне снотворное. Меня никогда не нужно уговаривать сотрудничать с прекрасной женщиной.
Несмотря на его шутливый тон, она почувствовала его подозрительность. Воздух стал тяжелым и густым от напряжения. Сила пробудилась в нем с беспокойством, теперь она слышала только резкие пять тонов теперь расстроенной музыки. Нет времени, чтобы тратить его пустую, она была так близко. Когда Найя настроила смесь магией, она зачерпнула щепотку порошка и высыпала ее на ладонь, повернула голову, оценила мышцы пленника и добавила еще щепотку порошка к первой. Лучше дать ему немного больше, чем нужно, чем беспокоиться о том, что не дала достаточно. Она стиснула смесь в кулаке и опустила руку. Подойдя к кровати непринужденной походкой, она остановилась рядом с изголовьем.
— Независимо от того, что ты собираешься сделать, — мрачно произнес вампир, — я передумаю.
Найя беспокойно прикусила нижнюю губу, когда взяла его за челюсть. Его глаза сузились, а брови нахмурились. Идти вразрез с ее лучшими суждениями, она спросила:
— Как твое имя, вампир?
Тот блеск вернулся в его глаза.
— Ронан.
— Я никогда не пересмотрю свои действия, Ронан. — Найя поднесла руку к его рту и разжала. Ронан нахмурился, его глаза вспыхнули серебром, когда он дергался в своих путах, звук его магии изменился с мягкого сопрано на глубокий, срочный бас. Она глубоко вздохнула и сдула порошок в его лицо. Музыка умерла, он перестал дергаться и потерял сознание.
— Вздремни-ка, Ронан, — сказала она, когда развернулась, чтобы уйти. — Сладких снов.
Глава 3
Найя кружила по кварталу, пока не нашла место для парковки у передней части здания, в котором старейшины вели дела. Она вышла из машины и облокотилась на капот, разглядывая входную дверь.
Не было секретом, почему ее община поселилась в Калифорнии. На протяжении веков они следили за caminos de la magia2, невидимой магистрали, которая покрывала весь земной шар. Только это магия ездила по этим дорогам, оставляя за собой след из хлебных крошек, называемых просто El Sendero3, ведя Бороро в их вечном стремлении защитить магию и предотвратить ее попадание в чужие руки. Из тысяч тех, кто составлял их племя, они делились на более мелкие общины, которые состояли из нескольких человек до нескольких сотен Бороро и охватывали весь земной шар. Община Найи жила в Кресент-Сити в течение почти десятилетия. Она понятия не имела, сколько поколений назад они попали сюда. Мама и бабушка Найи родились в нынешней Бразилии. Найя могла претендовать только на века, и все они были проведены в США.
История ее племени были хорошо задокументирована, хотя Найе никогда не была предоставлена возможность сесть и изучить ее. Листы старого пергамента и древних звериных шкур известной истории были заперты где-то в сейфе. Старейшины верили, что знание принадлежало только достойным. И у тех, кто не доказал этого, не было никакого выбора, кроме как принять указы своих правителей. Это в основном значило, если ты не старейшина племени — или не щеголяешь парой яиц — ты не знаешь. Ее бабушка рассказывала истории, хотя и она знала, что после того, как конкистадоры разорили Южную Америку, племя отправилось на север из тропических лесов Бразилии, а затем через Центральную Америку и Мексику, прежде чем они оказались в США и разошлись оттуда по миру.
Они следовали за El Sendero, принимая решение исчезнуть, стать племенем, которое, во всех отношениях, вымерло. Они стали хамелеоном, слились с окружением. Подражая, а не ассимилируясь. Родной язык изменился, когда они приняли более распространенный испанский, который за последние сорок лет стал английским. Найя подозревала, что через несколько десятилетий они, вероятно, пойдут на север, а потом и восточную Канаду, приняв язык, на котором говорили местные жители.
Французский, более чем вероятно. И после этого? Аляска? Арктика? На каком языке говорят эскимосы? Возможно, Бороро просто продолжат идти, пока не вернутся обратно в Южную Америку, чтобы начать все сначала. Ее бабушка говорила, что богиня дала Найе подарок, и вот почему магия пела в ней. Было ли это на самом деле правдой, она не знала. Она просто делала то, что ей говорили. Как и все женщины в ее семье с начала времен. Бывали дни, как сегодня, когда Найя чувствовала себя дрессированной охотничьей собакой, а не членом семьи. Пол свистнул — и вот она.
— Подруга. Ты была примерно в пяти минутах от вооруженного сопровождения сюда, хотела бы ты этого или нет, — сказала Лус, когда спустилась по ступенькам, где стояла Найя, прислонившись к машине. — Какого черта ты здесь делаешь, сумасшедшая? Ты смотришь на дверь, будто пытаешься взорвать здание силой разума. Погоди. — Лус схватила Найю за руку. — Ты не можешь этого сделать, верно?
Найя рассмеялась, когда оттолкнулась от автомобиля и убрала руку Лус со своего предплечья.
— Пока нет, — сказала она, направляясь к крыльцу. — Но я работаю над этим.