Вампи. Королева сердец
Шрифт:
–Ты тут уберись-ка – скомандовал отец и удалился под предлогом поминания дальше бухать. Для него всего лишь появился повод накатить.
Что-то треснуло. Я это отчетливо слышала. Но не в квартире, где-то в глубине. Так ломается человек.
Не знаю, что делали мои ровесники вечерами, но я отмывала кухню от крови мамы. А следующим утром перед школой резала этим же ножом колбасу на бутерброды. Ибо это был единственный хороший нож в доме.
С одной стороны, я освободилась от вечного страха поймать приступ матери и этого ласкового имени. С другой…она никуда и не делась. После смерти она оставила свой труд воспитания, который вечно искал подвох в своем же имени. Каждый раз, когда
Я ненавидела свое имя и не знала, что делать с этой сильной ненавистью к части самой себя, что переполняла и топила. Казалось, я погружаюсь в пучину безумства, вечного подвоха от этого ласкового варианта и страха. Тогда мне впервые помог Виктор. Еще совсем юный и трусливый мальчик с грустным лицом и мягкими волосами черного оттенка. Среди всей тьмы и жестокости этот светлый и неуверенный момент запомнился мне ярким мгновением.
Это был 5 класс. За свой грубый, вечно ищущий подвох и опасность характер меня избегал весь класс, кроме одного единственного Виктора. Его же избегали за привычную ему трусливость, неуверенность и слабохарактерность. Непонятно почему мы сдружились – видимо побитые жизнью и родителями дети где-то в нас еще теплились и искали утешения в виде понимающего друга. Виктора избивала нарциссичная мать. Мы нашли друг друга в понимании и сочувствии. Жизнь научила его быть внимательным ко всем мелочам в поведении людей. Он заметил, как меня передергивает от имени. Без всяких расспросов он просто предложил мне прозвище, которое бы заменяло мне имя.
–Вампи! – изрек он одушевленно.
–Почему? – покосилась я на него, и вся воодушевленность испарилась от страха. Добрые черные глаза тут же нашли утешения в полу, руки в краях рубашки. Тем же опытом жизнь наделила и меня, и я хорошо знала, что Виктор всего боится особенно людей, боится, что возможно я не одобрю его идею.
–От фамилии взять первые три буквы, «вам», далее первая буква имени и последняя это первая буква отчества. Если все собрать воедино, то получится Вампи. Очень схоже с вампиром, а тебе ведь они нравятся. И звучит мило.
Да, кстати о вампирах. Уже тогда я их любила. Чтобы полностью не погрязнуть в безумии с ненавистью нужно было искать хоть что-то светлое что могло бы мозг держать в равновесии, и я открыла для себя вампиров. Тогда батя уже уснул после долгой пьянки и спал на старом засаленном кресле, крепко стискивая бутылку пива в руках. Телевизор все еще работал, и я выглядывала из-за угла коридора смотря что же там идет. Там шел фильм «Реальные упыри» и в этой ночной тишине квартиры и храпа отца я впервые за долгое время улыбнулась телевизору. Я нашла то, что помогало мне дальше выживать в этой жестокой реальности и не потонуть в полной ненависти.
–Круто! – наконец-то кто-то услышал мою ненависть и смог ее успокоить, пожалуй, это был первый и последний раз, когда получилось ее усмирить.
–Неплохо – кивнула ему Стеша. Запомните ее, она та еще крыса.
Стеша была самой популярной девочкой в классе, уважаемая и любимая учителями. Уже тогда, когда она подошла к нам и с ослепительной улыбкой предложила время от времени вместе играть было подозрительным. Очень стереотипный персонаж -крыса, понятно было всем что по сюжету произойдет потом. Но только не мне, одинокому ребенку с крохотной верой в мир и дружбу, так яростно жаждущего любви и понимания. Поэтому мы просто стали дружить, как-то раз после уроков, она позвала нас погулять на школьном дворе.
–Мы же лучшие друзья, так что должны делиться всем больным и тайным! – улыбнулась она слишком приторно и неискренне.
Витя засомневался, но не я. Побитая душа так наболела и так долго держала все в себе, что нуждалась в возможности выговориться. Сначала долгий рассказ о своих ужасах был моим, после сбитый, тихий и заикающийся рассказ о рукоприкладстве матери от Виктора. Мы улыбнулись грустными и понимающими улыбками с ним и уставились в ожидании истории Стеши. Она смотрела на нас с хищной улыбкой, после быстро засобиралась домой. Мы разошлись, а уже на следующий день вся школа знала о наших проблемах и считала фриками. Началась жестокая травля, во главе которой стояла Стеша.
–Не переживай! Я тебя вытащу оттуда! Потерпи немного! – кричала я, плачущему другу за дверью.
Первым секретом каким поделился Виктор была каморка. Он ужасно боялся замкнутых темных пространств, так как в такой же каморке его запирала мать за непослушание и оставляла на несколько часов, а то и всю ночь, пока тот бился в истерике и истошно звал на помощь. Прямо как сейчас.
Люди ужасны и эта ситуация тому подтверждение. Стеша со своими дружками сначала избила Виктора, а после там закрыла. А я узнала об этом слишком поздно. Я слышала, как он молит о спасении, как рыдает и зовет меня. Но противная дверь в кладовую в школьном углу не поддавалась под его прошения.
–Вампи! Вампи! – дрожал его пронзительный голос. А я продолжала пытаться открыть закрытую дверь, пока вокруг меня стояла толпа учеников смеялась и снимала все на телефоны. – Вампи…Вам…Полечка! – последнее слово отозвалось глубоким страхом что я каждый день пыталась забыть. Ненависть переросла в остервенелый гнев, и я тут же с ноги сломала ручку двери. Она наконец открылась, и Виктор бросился мне в объятия пока уши заполнял звон и отдаленный истерически больной голос матери.
В отличии от друга я могла постоять за себя. И начав дружить с ним я научилась стоять с арматурой сразу за двоих.
Я не разбирала какая там месть. Слышала, что она может быть горячим блюдом, холодным и подаваемым на десерт. Я взяла все сразу не ломая голову.
Холодным оно оказалось, когда я подкараулила Стешу в безлюдном переулке и огрела арматурой по голове, после чего утащила к себе.
Горячим оно было когда я с наслаждением вырывала ей ногти на руках, а она билась в ужасной агонии и боли привязанная к стулу.
Десерт заключался в компромате – я все засняла на видео и по дружбе предупредила если такое вновь повторится, то все будут смеяться уже над ней.
Никто больше нас не травил. Мы снова превратились в дуэт избитых жизнью друзей, фриков кого все избегают.
И вот такой небольшой пересказ является моими 17-тью годами жизни. Сейчас же я закончила 9 классов с горем пополам и поступила на документоведа, лишь для галочки. На самом же деле продолжая боготворить вампиров, ненавидя людей и являясь Вампи.
К сожалению, не многие уважают мой выбор:
–Вамеловская Полина! Вы слушаете меня?! Я спрашиваю слушаете меня?
Я не слушала, а продолжала усердно выводить буковки на странице тетрадки по введению в специальность. Создавая свое негласное письмо: «Дорогой вампир, я понимаю, что меня долго искать среди этих гнусных людей, но и ты пойми в отличии от тебя мои часики тикают. Так что прошу в скором времени меня найти, спасти от человеческой сущности и обратить в такого во же, как и ты) Твоя верная фанатка Вампи!»