Вампанутый
Шрифт:
Бом занес кулачище над мордашкой.
— Стой! — одновременно крикнули Катя, я и Улук-Урай.
Поздно. Даже я не успел. Что-то хрустнуло, эльф вместе со стулом пролетел метров пять и впечатался в стену. Что-то хрустнуло второй раз. И это был не стул.
Я много видел дебилизма в этом мире и уже думал, что привык. Но моя онемевшая в открытом положении челюсть с этим была не согласна. Главнокомандующий эльф еще содрогался в конвульсиях, когда Катя пыталась его спасти, но потом его сердце остановилось навсегда.
У.
Меня.
Нет.
Слов.
Вся
Не знаю сколько времени прошло, но первой очнулась Катя. Она огласила диагноз пациента:
— Ну, он помер. Бом, ты… дурак?
Пум!
Гым въебал брату такой подзатыльник, что с потолка посыпались жуки. Бом возмутился:
— Бить — разбудить! Всегда так делать! Маман так делать, когда война! Вождь! — обиженно ткнул в меня пальцем орк. — Ты сказать будить! Я будить! Откуда знать, что эльф подыхать! Маленький орк не подыхать, а хрупкий ушастый подыхать! Как так?
Я открыл было рот, но Гым въебал брату еще раз.
Улук-Урай сделал «фейспалм». Мне кажется, или вампирские уши услышали от него слово «гомик»?
Бори стал рвать волосы из бороды.
Торкх опять раскашлялся. Отвары быстро перестали работать.
Горец подошел к лыбящемуся на полу Дрыну, поднял копье, вздохнул, повернулся в сторону Бома.
— Да че я-то?! — взревел Бом в искреннем недоумении и попятился к выходу. — Вождь приказать! Вождь!
И выскочил наружу. Горец зашагал за одноруким идиотом. В его глазах горел гнев предков.
Какое-то время было тихо. Только эльфийский трупик скромно побулькивал.
— Я это… подышу выйду, — официально заявил я.
— Я с тобой, Трайл, — вздохнул первый шаман.
Мы вышли, оставив членов собрания в глубокой задумчивости о сущем и несущем.
Итак, план «Б»?
Осталось только его придумать. Потому что мы только что убили главнокомандующего объединенной армии эльфов и людей, и вряд ли после этого удастся о чем-то договориться.
Серпу пиздец.
— Молодой вождь, что будем делать?
Я посмотрел в мудрые глаза. Шаман часто спрашивал, что им делать. Он искренне считал, что все решения должен принимать я. От начала и до самого конца. В любом положении.
Какое-то время мы еще наблюдали, как Бом носится по лагерю от начальника охраны. Тот медленно шел на него, кинул копье, слишком близко воткнувшееся в землю рядом с недоорком. Э-э-э, он его и правда убить собрался?
Я заметил, что кое-чего не хватает в лагере. Нет, не коровы.
— А где клетка с гоблинами?
— Прости, Трайл. Последний остался. Он на кухне, но его еще не разделали…
— Живой?
— Пока да.
Я вздохнул. Да, полный трындец. Посмотрел на небо. Ух, какое
Опять контрабандисты плывут. Вот они сейчас спалятся перед людьми и эльфами, хе-хе. Больше по этому маршруту так свободно не поплавают.
— Что будем делать, молодой вождь? — повторил шаман. — Дадим последний бой?
Из общинного дома вышла Катарсия.
— Нет! — возмутилась она. — Без меня, можно? Не хочу последний. Хочу еще много-много боев. Хочу сделать много гоблинов — уникальных, магических. Тогда дадим кровавый бой. Ясно?
Я пожал плечами.
— Последний нельзя. Но даже если мы каким-то чудом выиграем, через неделю к нам наведается вся армия Гашарта. Там есть маги, которым я и в подметки не гожусь.
На реке показалась шхуна. Экипаж на ней заметил кипиш на берегу и стал суетиться. Если к Серпу они уже привыкли, то остальная туса сильно обламывала их анонимность.
Мы втроем проводили взглядом отдаляющийся корабль. Я спросил:
— С ними так и не удалось договориться?
— Нет, молодой вождь, — покачал головой Улук-Урай. — Они не хотят с нами связываться. Не путаются под ногами, уже хорошо.
Я шагнул к реке.
— Хм…
— О! — ни с того, ни с сего протянула мне руку Катя. — Надо?! На, бери, мне не жалко.
Похоже, эльфийская ученая понимает меня без слов. Под недоумевающий взгляд первого шамана я аккуратно надгрыз запястье эльфийки. Кожа как шелк, плоть как душистое сливочное масло. Она болезненно зашипела, но я не стал долго ее терзать, хотя хотелось до безумия. Одного глотка вкусной, питательной и отдающей неведомой приправой крови хватит. Синяя энергия быстро впиталась в мое мясо.
— Во имя предков, что вы собираетесь делать? Вождь, у нас и так бед полные…
Почему-то сегодня захотелось пафоса.
Я посмотрел на небо. Все такое же красивое. Незадристанное токсичными газами небо прекрасного мира. Даже утром здесь видны звезды. А запах… Ни в одном лесу Земли не найти настолько лесного воздуха! Кровь, хвоя и земля — три аромата борются за главенство. О, да!
Я глубоко вздохнул, произнес:
— Техника обители бледной зимы.
— Оу! — заулыбалась Катя. — Как интересно? И когда успел научиться? Так здорово! И что дальше?
— Вождь, ты уверен? — насторожился Улук-Урай. — Лучше бы ты прислушивался к нашим предкам… Шаманство более глубокое искусство.
Я встал в позу поувереннее.
— Круг третий.
Первый шаман замолк, вытаращил глаза, замер на месте. Третий круг — самый сильный для тех, у кого нет нестабильного шаакле. Или тех, кто не стал высшим вампиром. Катя ойкнула, сделала шаг в сторону от меня.
— Оу-у-у-у, а точно третий? Или ты шутишь? Трайл? Да не, ты же не умеешь, правда? Эй, Трайл? А зачем третий? Может… лучше прислушаться к предкам? Или… пятый? А?