Вальс под звездами
Шрифт:
– Название мне не знакомо.
– Ну разумеется, ведь его нет ни на одной карте. Место названо в честь деда Броуди. — Миссис Полсик мило улыбнулась. — А сейчас вам лучше немного отдохнуть. Скоро будем ужинать. Я приготовила жареного цыпленка, а на десерт будут бисквиты с персиковой начинкой. На прошлой неделе Келли привезла из Би Си две упаковки.
Люси понятия не имела, кто такая Келли и что такое Би Си, но бисквиты с персиковой начинкой были ее любимым лакомством.
– С удовольствием принимаю ваше приглашение, — ответила
Оставшись одна, Люси оглядела комнату. Она никогда не останавливалась в подобных местах. Полированный пол из твердой древесины и мебель сверкали чистотой. Пестрое покрывало на кровати, изготовленное в стиле пэчворк, напоминало цветочный луг. На туалетном столике стояла ваза с цветами. Подойдя к ней, Люси понюхала настурции. Они были срезаны в саду. Специально для нее. Она была тронута таким вниманием к себе со стороны хозяев.
Раздевшись, Люси направилась в ванную и пришла в восторг, обнаружив там корзиночку с туалетными принадлежностями и стопку махровых полотенец. Включив воду, она насыпала в нее немного ароматизированной соли. Даже несмотря на летнюю жару, после долгого путешествия горячая ванна казалась настоящим раем.
Час спустя отдохнувшая и с влажными волосами Люси спустилась к ужину. Броуди уже был на кухне. Он делал пюре. Остановившись у подножия лестницы, она стала наблюдать за ним. С каждым движением руки темная футболка теснее облегала его широкие плечи. Рядом с ним миссис Полсик сбивала миксером сливки. Когда Броуди поднял большую банку с молоком и добавил немного в картофель, у Люси перехватило дыхание при виде напрягшихся мышц его рук.
Она слишком долго не была на свидании, раз возбуждается при виде Броуди Гамильтона, готовящего картофельное пюре. Когда он улыбнулся миссис Полсик, на его левой щеке появилась ямочка.
В ванной у нее было время подумать. Она поняла, что Броуди был прав. Она действительно кое-что скрывала, и он имел полное право ее подозревать. Откуда ему было знать, что она с радостью предпочла бы свою прежнюю жизнь безрадостному существованию во дворце? Кроме того, он просил ее рассказать ему о конюшнях, а не о ней, и она дала ему слово. Придется его сдержать, даже если ей меньше всего этого хотелось.
Поставив миску с картофелем на стол, Броуди неожиданно обернулся и застал ее врасплох. Его взгляд тут же стал холодным и настороженным, и Люси удивилась, откуда у него к ней такая неприязнь.
— Ужин готов, — отрезал он.
Миссис Полсик поставила на стол блюдо с цыпленком, тарелку с овощами и соусник.
— Прошу вас, Люси, садитесь.
Она села с торца, Броуди - напротив нее, а экономка устроилась посередине.
Наклонив седую голову, миссис Полсик, к удивлению Люси, прочитала молитву на незнакомом ей языке.
Когда пожилая женщина закончила, Люси встретилась взглядом с Броуди, и между ними проскочил электрический разряд.
Она понимала, что из этого ничего хорошего не выйдет.
Не могла себе позволить сблизиться ни с кем.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Броуди проснулся от лунного света, падающего на кровать. Перевернувшись на спину, он провел рукой по лицу.
Во сне он видел ее. Запускал пальцы в ее рыжие волосы, прежде чем поцеловать ее в губы.
Приподнявшись на локтях, Броуди покачал головой. Обычно во сне он не занимался любовью с малознакомыми женщинами. Но Люси Форнсворт почему-то не давала ему покоя. Она была горда, упряма и чертовски умна.
И все же за этим что-то скрывалось. Что-то, чему он пока не мог дать название. Это было в том, как она на него смотрела.
Эта женщина могла быть с ним холодной, но, похоже, ее влекло к нему. А его к ней.
И он будет игнорировать это влечение. Ее жизнь разительно отличалась от его жизни, и ему следовало об этом помнить. Однажды обжегшись... В общем, с него было достаточно.
Смотреть на нее с этой стороны было безумием.
Тем более признаваться себе, что его к ней влечет. Все произошло так внезапно.
Поднявшись с постели, он подошел к открытому окну, и холодный воздух защекотал его кожу. Жаркие июльские ночи остались позади, и на смену им пришли августовские с холодными ветрами и яркими звездами.
Вдруг он заметил, что окна передней части конюшни горят в кромешной темноте. Очевидно, он забыл выключить свет.
Броуди быстро надел джинсы и, спустившись вниз, посмотрел на часы. Светящиеся стрелки показывали двадцать минут третьего. Сняв с крючка у двери свою джинсовую куртку, он облачился в нее, обулся и вышел на улицу.
Дверь конюшни была слегка приоткрыта. Изнутри донесся какой-то шорох. Там явно кто-то был. У Броуди возникли кое-какие подозрения, и он посмотрел на дом. Окна комнаты Люси в западной части дома были темными. Раздался новый шорох. Броуди прислушался.
Она прибыла сегодня, а сейчас посреди ночи кто-то находится в его конюшне. Совпадение? Он так не думал.
Что она замышляла? Что ей понадобилось в конюшне? Все важные записи хранились в кабинете в доме. Вероятно, она об этом догадывалась, и это означало...
И это означало, что ее целью были лошади. Что бы она там ни задумала, он должен ее остановить. Немедленно.
Протиснувшись между дверью и стеной, он направился в служебную комнату, в которой горел свет. Но там никого не оказалось. Шорохи доносились из стойла справа. Броуди задержал дыхание. Звук повторился, и на этот раз за ним последовал стук копыт. Это было в стойле Притти. Лошади, которую она видела, когда приехала сюда. Его сердце замерло.
Расправив плечи, Броуди подошел к двери стойла. Она тоже была открыта. Он хотел зайти внутрь, но его остановил женский голос. Он застыл на пороге.