Валькирия
Шрифт:
— Я не планировала за него «впрягаться», — спокойно отозвалась Санъяра, — только задала им вопрос. Кто виноват, что они решили на нас наброситься? Или это, быть может, ты считаешь свидетельством опасности катар-талах?
— Стоп-стоп-стоп! — Наран знаком попросил обоих девушек замолчать раньше, чем Игре сумела произнести хоть слово в ответ. — Кто бы ни был виноват, нам надо побыстрее покинуть это место. Бескрылые могут вернуться в любой момент, и тогда кто-нибудь кого-нибудь точно убьёт.
10
Теперь
— Чем раньше мы уйдём, тем раньше он придёт в себя и сообразит, куда ему податься, — озвучила она, и все вчетвером стали торопливо убираться с поляны.
Какое-то время крылатые двигались по лесу в молчании, стараясь не сбивать дыхание и не замедлять шаг. Однако прошло уже несколько часов, погода начинала портиться. Вырывая из задумчивости, на плечо Санъяре упали первые капли дождя.
— Надо бы сделать привал, — тихо сказал Наран, приближаясь к ней. — чувствуешь, за нами кто-нибудь идёт?
Санъяра мрачно покачала головой.
— Нет, но привал делать не советую. Рядом звери. Хорошо бы найти какую-нибудь пещеру.
Наран кивнул, и они продолжили путь в молчании, но через какое-то время он произнёс:
— Прости. Я должен был это предвидеть.
Санъяра вздохнула и покосилась на него.
— По-моему, ты сегодня уже извинялся. И может быть, даже не один раз.
— Да, я… — Наран помолчал и, оглянувшись на него, Санъяра заметила на лице какое-то странное, затравленное выражение. — Я не должен был втягивать вас во всё это, — наконец сказал он. — моя глупость — это только моё решение, и рисковать из-за моих странных желаний только мне.
Санъяра недовольно повела плечом.
— Перестань. Не знаю, как остальные, а я догадывалась, что нас ждёт. Если бы не было опасности, ты бы и не позвал катар, так?
Наран промолчал.
Дождь становился всё сильней. Тяжёлые свинцовые капли были немногим холодней, чем брызги водопада, в котором Санъяра привыкла купаться по утрам. Тем больше она удивилась, когда обнажённых плеч коснулась лёгкая, но сухая ткань. Вскинулась, озадачено посмотрев на Нарана.
— Зачем?
— Просто. Чтобы было теплей.
Знакомая светлая улыбка появилась у него на губах. Какое-то время двое крылатых смотрели друг на друга, а потом Наран отвернулся и чуть ускорил шаг.
Санъяра обнаружила, что невольно пытается его нагнать. Разозлилась на себя и тут же пошла медленней. Но уже через пару минут обнаружила, что Наран снова держится бок о бок с ней.
— Я всё думаю… — сказал он. — Можно ли было обойтись без драки?
— Нет, — коротко откликнулась Санъяра. Она не собиралась ничего пояснять, для неё вопрос был очевиден, но Наран явно ждал продолжения и, вздохнув, она развила мысль: — Ты же видел, они сами набросились на нас в ответ на невинный вопрос.
— Бескрылые
— Глупость? — подсказала Санъяра. — Может, и должны, но не до такой же степени, чтобы встать и умереть от их мечей.
— Мы могли…
— Мы ничего не могли, — отрезала она и даже остановилась на мгновение, такая ярость её вдруг охватила, но тут же опомнилась и поспешила восстановить шаг: — Вы всё время терзаетесь несовершенством мира, Наран. Что вы, что талах-ир. Но мир несовершенен, и надо либо смириться с этим, либо его менять.
— Неужто мечом? — ехидно заметил Наран.
— Может, и мечом.
— Вот это в вашей касте нас и пугает.
— Я знаю, что вас это пугает, — спокойно откликнулась Санъяра, но на деле в сердце плеснула горечь. — Я всю жизнь живу с вашим страхом, хотя никогда и никому из вас не думала причинять вреда. Но чтобы вы спокойно смотрели на звёзды в своих храмах, мы должны нести посты на границе. Даже если вы не верите, что там в самом деле идёт война.
— О какой войне может идти речь? Бескрылые ничем не могут нам навредить.
— Не могут. Но это не значит, что они не пытаются. Там их много, Наран. Не знаю, изучал ли ты этот вопрос.
— Именно поэтому они не могут причинить нам вреда, — вздохнул он. — Каждое отдельно взятое племя слишком мало.
— Именно поэтому с ними невозможно заключить мир, — возразила Санъяра. — Стоит договориться о чём-то с одним вождём, как тут же появляется другой, который не желает соблюдать обеты. Наше счастье, что зиккураты стоят высоко в горах и сложены из камня, который у них нет сил разрушить.
— Это не счастье, а заветы Предков, — отозвался Наран.
— Значит, эти заветы верны. В кои-то веки.
Наран с удивлением покосился на неё.
— Ты осуждаешь заветы древних? — с удивлением переспросил он.
— Не осуждаю, — возразила Санъяра. — Откровенно говоря, не мне думать о таких вещах, я не намэ, и даже не талах-ар. Крылатым нужен порядок, и порядок придуманный древними ничуть не хуже любого другого, который могли бы попытаться изобрести наши учёные. Но иногда я задаюсь вопросом, почему должна вечно мучать себя чувством вины за то, что родилась вас защищать?
Наран удивлённо посмотрел на неё.
— Никто не говорит о вине.
— Ласточки говорят…
Закончить Санъяра не успела, потому что её прервал невнятный возглас Вейде.
Санъяра и Наран одновременно обернулись на звук и поспешили подойти ближе.
— Там! — Вейде тыкал пальцами куда-то вдаль, где низкие тёмные тучи почти лежали на вершинах сосен.
— Что — там? — спросила Игре, присоединяясь к ним.
— Да вон же, там!
— Ты можешь внятно…
— Я вижу, — перебила их Санъяра. Она стояла, прищурившись, вглядываясь вдаль. Протянув руку, попыталась показать туда же, куда указывал талах-ир. — Какой-то камень. Выше самых высоких крон.