Шрифт:
В комнате ожидания было светло и пахло пластиком.
– Рядовой Семенов? – Вошедший капитан был выбрит и подтянут. Серые глаза глядели строго.
– Так точно! – Семенов суетливо вскочил, едва не опрокинув стул.
– Контракт подписали?
– Так точно! – Подпись под стандартным договором, по которому Петр Иванович Семенов, двадцати лет, житель Земли, оказывался в распоряжении Военно-Космических Сил Земной Федерации на пятьдесят биологических лет, он поставил полчаса назад, после подробнейшего медосмотра.
– Следуйте
Они вышли в длинный светлый коридор, и только тут Семенов осмелился спросить:
– Разрешите вопрос? Что за У-прививка?
– Долго рассказывать. Но хуже тебе от нее не будет, – лениво ответил капитан, распахивая дверь в блистающую белизной лабораторию. – Считай, что она принесет тебе удачу в бою.
– О, – только и смог сказать Семенов.
Когда в основание черепа ему вошел тонкий щуп, он не почувствовал боли, только тело стало вдруг горячим, а краски – яркими до рези в глазах. Семенов опустил веки, а когда поднял, то вокруг все снова было по-прежнему.
– Идемте, рядовой, – сказал капитан. – Транспортный корабль отходит через пятнадцать минут.
На холмистой пыльной равнине, небо над которой было затянуто облаками, царил полумрак и пахло давлеными помидорами.
– Новенькие? – презрительно бросил вышедший из-за корпуса вертолета сержант. – Давай за мной!
Семенов и еще десяток только что прибывших на Тритонию-5 новобранцев уныло побрели за сержантом, загребая пыль тяжелыми ботинками. На учебной базе звездной пехоты их научили стрелять, бросать гранаты и ходить строем, а в головы крепко вбили, что пехотинцы – элита армии, грудью сдерживающая орды гнусных инопланетных монстров.
Неожиданно для себя Семенов бросился ничком на землю. То же сделали все остальные, сержант и вовсе сиганул в какую-то яму. Замешкался лишь один. Что-то тонко свистнуло, и его голова превратилась в кашу из крови и перемолотых костей. Тело мешком брякнулось на землю. Кого-то из новобранцев вырвало.
– Не повезло бедняге. У-прививка не сработала, что ли? – сочувственно хмыкнул сержант, на карачках выползая из укрытия. – Попал под векторное прочесывание на таком расстоянии! V, сволочи…
И сержант показал кулак горизонту, где в клубах пыли что-то ворочалось, ухало и хрипело, словно приступ кашля охватил горный хребет.
– А почему мы все упали? – спросил кто-то.
– …сэр, – пробормотал сержант, внимательно разглядывая свой кулак, бугристый и твердый, как кусок камня.
– А почему мы все упали, сэр? – поправился новобранец.
– У-прививка, которую вам сделали после вербовки, каким-то образом делает ваши тела удачливыми! – ответил сержант. – Удача будет спасать вас в самой безнадежной ситуации, когда ничто иное не поможет. Поможет избежать пуль, мин, снарядов, осколков, лазерных лучей, ядовитых газов…
– Так мы что, стали неуязвимы? – спросил Семенов и поспешно
– Нет, – покачал головой сержант. – Если это поле зальют напалмом, то твоя удача может состоять в том, чтобы умереть быстро. Если же попадешь в зону Ф-атаки, то удача сделает так, что ты не останешься безмозглым идиотом, а просто сваришься заживо, а под ракетным обстрелом благодаря удаче ты отделаешься легкой раной. Понятно, щенки?
Новобранцы слушали, раскрыв глаза и отвесив челюсти.
– Что встали, сукины дети? – рявкнул сержант. – А ну живо за мной! Шагом марш!
Глаза, если они у Семенова еще остались, не улавливали света, а нос щекотали резкие запахи лекарств.
– Почему вы запретили вводить ему регенератор, профессор? – спросил мягкий голос. Слышал Семенов прекрасно. Уцелевшим левым ухом.
Правое, как и большую часть тела, он потерял на Клар-ке-343. Прочесывая местность, группа Семенова попала на разумное минное поле. В прошитом осколками и струями раскаленного газа пространстве шансов уцелеть почти не было, но Семенов ухитрился это сделать.
– Ему он не нужен, коллега. – Второй голос звучал тверже, с хрипотцой. – Посмотрите на показатели роста массы…
– Не может быть! Он регенерирует сам! Как это возможно?
Зуд окутывал Семенова жалящим одеялом, но сильнее всего чесалось на спине и там, где должна была быть правая нога. С ней что-то было не так, но что именно – никак не удавалось понять.
– Гляньте на вшитый таймер, – сказал второй голос. – На нем почти сорок лет. Этот раненый из тех, кто прошел первую войну на Тритонии. Им еще делали У-прививку.
Семенов попытался пошевелить рукой, но не смог.
– У-прививку? Инъекцию удачливости? – В мягком голосе звучал ужас.
– Да, хотя на самом деле это никакая не инъекция. – Хриплый произносил слова медленно, чувствовалось, что ему не очень хочется вспоминать. ~ Без таких солдат мы бы проиграли войну. Но их удачливые тела после знакомства с регенератором неожиданно для нас научились вырабатывать его сами…
Семенов старался понять, о чем они говорят, но не мог. Он хотел пить, внутри тела что-то передвигалось, хрустело, текло, словно там ползали сотни горячих слизней. Сердце билось судорожно, но мощно.
– Так что? Его невозможно убить?
– Сложно. – Хриплый усмехнулся. – Если только уничтожить все мозговые клетки до последней. Атак единственная уцелевшая будет тянуть в себя питательные вещества, увеличиваясь и делясь, иделясь… Пока не создаст новое тело!
– Похоже… похоже, он больше не человек?
– Да. – Хриплый вздохнул. – После того как все это открылось, У-прививку перестали применять. Но несколько тысяч таких солдат еще сражаются в наших лучших частях.
Семенов попытался сказать что-то, двинуть губами, но к собственному ужасу, не смог вспомнить, как это делается.