Валерий Чкалов
Шрифт:
– Хорошо здесь! – сказал, осмотревшись, Чкалов.
На другой день в домике Тен Мен-лена было многолюдно и шумно. Приходили моряки-пограничники во главе с капитаном сторожевого корабля, местные рыболовы, охотники. Девушки из рыболовецкого колхоза преподнесли летчикам большие букеты диких роз, – это единственные цветы, которые растут на острове.
Валерий Павлович тепло благодарил всех. Настроение у него и у его товарищей было чудесное.
Глава пятнадцатая. Заслуженный триумф
Валерий
Пока экипаж самолета «NO-25» находился на острове Удд, туда неслись через эфир бесчисленные поздравления. Родные, знакомые и совсем незнакомые люди спешили приветствовать летчиков, выразить им свое восхищение великолепным перелетом.
На другой же день после окончания блестящего перелета советские газеты опубликовали следующее сообщение Главного управления авиационной промышленности Наркомтяжпрома:
«Беспосадочный дальний перелет летчиков Чкалова, Байдукова и Белякова.
Экипажу самолета «NO-25» было дано задание: пролететь без посадки по маршруту Москва – Баренцево море – Земля Франца-Иосифа – мыс Челюскин до Петропавловска-на-Камчатке. В дальнейшем, при наличии благоприятных условий и погоды, самолету следовать дальше по направлению Николаевск-на-Амуре – Чита.
Экипаж самолета блестяще справился с поставленным заданием. Пробыв в воздухе пятьдесят шесть часов двадцать минут, самолет покрыл расстояние в девять тысяч триста семьдесят четыре километра, из них 8774 километра по заданному маршруту и шестьсот километров на обход циклонов в районе Северной Земли и Охотского моря.
При полете экипажу самолета пришлось преодолеть исключительные трудности…
Как только Наркомтяжпром получил сообщение об исключительно тяжелых метеорологических условиях полета, Народный Комиссар тяжелой промышленности товарищ Орджоникидзе, считая, что задание уже выполнено экипажем, дал командиру «NO-25» товарищу Чкалову по радио приказ прекратить дальнейший полет.
В тринадцать часов сорок пять минут товарищ Чкалов с исключительным мужеством и мастерством, в сплошном густом тумане, совершил посадку западнее Николаевска-на-Амуре, на маленьком прибрежном островке Удд.
Из девяти тысяч трехсот семидесяти четырех километров пройденного пути самолет «NO-25» пролетел над Баренцевым морем, Северным Ледовитым океаном, Охотским морем около пяти тысяч ста сорока километров.
Самочувствие товарищей Чкалова, Байдукова и Белякова, несмотря на колоссальное напряжение сил, которого потребовал беспримерный перелет, хорошее. Самолет в порядке».
Чкалов внимательно прочитал сообщение. Он искренно удивился такой высокой оценке перелета.
Теперь, когда смертельная опасность, несколько раз грозившая самолету «NO-25», осталась далеко позади, Чкалову казалось, что все было гораздо легче и проще, что проложить без посадки новую воздушную трассу длиною почти в 10 тысяч километров можно и не обладая колоссальной выдержкой, блестящим летным мастерством. Тем более, когда летишь на замечательном самолете, да еще с таким безотказным сильным мотором.
По поводу этих настроений Байдуков вспоминает:
«Сотни телеграмм и тысячи приветствий посыпались к нам от граждан всей нашей необъятной страны. И только Валерий не на шутку всполошился, побаиваясь,
– Неужели так велико значение полета? Ну что мы особенного сделали? – часто обращался к нам Валерий».
Эти мысли не оставляли его и в незабываемо счастливое утро 24 июля, когда гости с материка привезли на остров Удд телеграмму:
«НИКОЛАЕВСК-НА-АМУРЕ.
Экипажу самолета NO-25
ЧКАЛОВУ, БАЙДУКОВУ, БЕЛЯКОВУ.
Примите братский привет и горячие поздравления с успешным завершением замечательного полета.
Гордимся вашим мужеством, отвагой, выдержкой, хладнокровием, настойчивостью, мастерством. Вошли в Центральный Исполнительный Комитет Советов Союза с ходатайством о присвоении вам звания Героев Советского Союза и выдаче денежной премии…
Крепко жмем вам руки.
– Может ли кто-нибудь из зарубежных летчиков мечтать о таком счастье? – необычно тихо, растроганным голосом спросил Чкалов и сам же ответил: – Никогда! Это возможно только у нас, в нашей Советской стране!
И тут же заторопился, большой, шумный, радостный:
– Где мой летный шлем с очками?
– Ты куда собираешься лететь? – удивились товарищи.
С широкой улыбкой, освещавшей резкие, выразительные черты его лица, Валерий Павлович торжественно заявил:
– В Николаевск! Послать телеграмму руководителям партии и правительства. Поблагодарить их за ласку и внимание.
На маленький остров Удд ворвалась беспокойно-праздничная жизнь. Корреспонденты газет, моряки пограничного сторожевого корабля, летчики, партийные и советские работники из Николаевска и районов прилетали на самолетах, приезжали на катерах. Всем хотелось лично поздравить героев, услышать от них рассказ о перелете.
Тот, кто раньше не встречался с Чкаловым, был в восторге от его обаятельной простоты, жизнерадостности, радушия. Валерий Павлович был ко всем внимателен, дружелюбен, полон желания сделать что-нибудь хорошее для каждого советского человека.
Его полюбили и местные жители – нивхи, и дальневосточные летчики, раньше знавшие Чкалова только понаслышке, и видавшие виды, встречавшие разных людей моряки.
Весь мир восхищался героическим беспосадочным полетом. Газеты публиковали бесчисленные поздравления со всех концов земного шара и корреспонденции о блестящей победе советской авиации, советских летчиков. Подчеркивались невероятные трудности полета и успешное его завершение.
Больше всего радости доставили Валерию Павловичу сердечные поздравления от родных советских людей. Он получил телеграмму из Лос-Анжелоса, от Сигизмунда Леваневского и Виктора Левченко.
Летчики гордились успехами своих товарищей. Из Якутска прислал по телеграфу приветствие Герой Советского Союза Василий Молоков, только что совершивший на летающей лодке грандиозный облет Крайнего Севера.
Много задушевных пожеланий и горячих слов восхищения услышал командир экипажа «NO-25» от тружеников заводов и полей, от воинов Красной Армии, от студентов, школьников, домашних хозяек.
Корреспонденты, которые привезли из Николаевска-на-Амуре эти телеграммы и газеты, попросили Валерия Павловича рассказать о трудностях полета, о героических усилиях экипажа в пути.