Валентин Понтифекс
Шрифт:
– Когда-то здесь работал какой-то Таллимон. Не родственник?
– Это он и есть.
Винголь Найила был ошеломлен.
– Что? Шесть месяцев назад он выносил помет из клеток в зоопарке, а теперь стал Короналом? Неужели это возможно?
– Сейчас кто угодно может стать Короналом, – безмятежно ответил Ярмуз Хитайн. – Но, кажется, только на неделю-другую. Возможно, скоро наступит ваша очередь, Винголь. – Он хмыкнул. – Или моя.
– Как же это случилось, Ярмуз?
Хитайн пожал плечами. Взмахом руки он показал на только что добытых Найилой животных: рычащих
– Если на мир напустили такую нечисть, то почему бы уборщику помета не стать Короналом? Сначала жонглеры, потом уборщики навоза, а потом, наверное, и зоологи. А почему бы и нет? Как вам это понравится? "Винголь!
Лорд Винголь! Да здравствует Лорд Винголь!" – Прекратите, Ярмуз.
– Вы были в лесу со своими дхимсами и манкулайнами. А мне пришлось наблюдать за всем, что здесь происходит. Я очень устал, Винголь. Я слишком много видел.
– Лорд Таллимон! Подумать только!
– Этот Лорд, другой Лорд, еще какой-нибудь там Лорд – прямо эпидемия Короналов весь месяц, да еще и парочка Понтифексов впридачу. Долго они не держатся. Но будем надеяться, что Таллимон продержится. По крайней мере, он может защитить парк, – сказал Хитайн.
– От чего?
– От нападения толпы. Там люди голодают, а мы тут продолжаем кормить животных. Говорят, что зачинщики в городе уже подбивают людей ворваться в парк и перерезать всех на мясо.
– Вы шутите?
– Они, очевидно, не шутят.
– Но эти животные бесценны… уникальны!
– Расскажите это голодному, Винголь, – спокойно заметил Хитайн.
Найила смотрел на него.
– И вы и впрямь считаете, что этот самый Лорд Таллимон собирается сдержать толпу, если они решат напасть на парк?
– Он здесь работал. Он знает, насколько важно то, что у нас здесь есть.
Должен же он хоть немного любить животных, как вы думаете?
– Он убирался в клетках, Ярмуз.
– Хоть бы и так…
– Он сам может оказаться голодным, Ярмуз.
– Положение тяжелое, но не отчаянное. Пока. Как бы там ни было, разве можно накормить толпу горсткой тощих сигимойнов, димилионов и зампидунов?
На один раз нескольким сотням людей, зато какая потеря для науки!
– Толпа безрассудна, – сказал Найила. – И я подозреваю, что вы переоцениваете вашего уборщика-коронада. Возможно, он ненавидел это место – ненавидел работу, вас, животных. И, чтобы заработать политический капитал, он может привести своих сторонников сюда на ужин. Ведь он знает, как пройти через ворота?
– Но… Я надеюсь…
– Весь персонал это знает. И где коробки с ключами, и как отключить защитное поле, чтобы пройти…
– Он не посмеет!
– Он может, Ярмуз. Примите меры. Вооружите ваших людей.
– Вооружить их? Чем? Вы думаете, я храню здесь оружие?
– Это уникальное место. Если животные погибнут, их уже не восстановить.
Вы несете за них ответственность, Ярмуз.
Издалека – но, как отметил Хитайн, ближе, чем раньше – донесся крик:
– Таллимон!
– Вам не кажется, что они идут сюда? – спросил Найила.
– Он не посмеет. Не посмеет.
– Таллимон! Лорд Таллимон!
– Звучит уже ближе, – заметил Найила.
В дальнем конце помещения поднялась какая-то суматоха. Вбежал один из сторожей, запыхавшийся, с вытаращенными глазами. Он закричал, обращаясь к Хитайну:
– Сотни народу! Тысячи! Они идут к Гимбелии!
Хитайн был близок к панике. Он оглянулся на служащих парка.
– Проверьте ворота, убедитесь, что все наглухо закрыто. Потом заприте внутреннюю зону – все животные, которые сейчас на воле, должны быть перемещены как можно дальше, к северной части парка. Там, в зарослях, им будет легче спрятаться. И…
– Это не поможет, – сказал Винголь Найила.
– А что еще мы можем сделать? У меня нет оружия, Винголь. У меня нет оружия!
– У меня есть.
– Вы о чем?
– Я тысячу раз рисковал жизнью, собирая животных для парка. Особенно тех, которых я привез сегодня. Я собираюсь их защитить. – Он отвернулся от Ярмуза Хитайна. – Вот! Помогите мне с этой клеткой!
– Что вы делаете, Винголь?
– Не обращайте внимания. Идите, присмотрите за своими воротами. – Не дожидаясь помощи, Найила начал заталкивать клетку с дхимсами обратно на небольшую тележку-флотер, на которой завез клетку в здание. До Хитайна вдруг дошло, какое оружие собирается применить Найила. Он рванулся к нему, вцепился в руку молодому человеку. Найила легко оттолкнул его и, игнорируя отчаянные протесты Хитайна, покатил тележку наружу.
Голоса погромщиков, по-прежнему выкрикивавших имя своего вожака, звучали все ближе и ближе. Парк будет уничтожен, думал объятый ужасом Хитайн. И все же… если Найила действительно собирается…
Нет-нет. Он выскочил из здания, вглядываясь в сумерки, и вдалеке, у восточных ворот, увидел Винголя Найилу. Теперь вопли звучали очень громко:
– Таллимон! Таллимон!
Хитайн видел толпу, заполнявшую широкую площадь за воротами, где каждое утро публика ожидала открытия парка. А та фантастическая фигура в причудливых красных одеждах с белой отделкой – не сам ли Таллимон? Он стоял на чем-то вроде паланкина и бешено размахивал руками, подгоняя толпу. Энергетическое поле, окружающее парк, может сдержать нескольких людей, одного-двух животных, но для противостояния напору огромной, наэлектризованной толпы оно не предназначено. Никто не задумывался в обычные времена об огромных наэлектризованных толпах. Однако сейчас…
– Уходите! – кричал Найила. – Не приближайтесь! Я вас предупреждаю!
– Таллимон! Таллимон!
– Я предупреждаю, убирайтесь отсюда!
Они не услышали. Они надвигались, как стадо взбешенных бидлаков, не замечая ничего перед собой. Хитайн в смятении наблюдал за тем, как Найила подал знак одному из привратников, который отключил защитное поле на короткое время, достаточное для того, чтобы Найила мог выкатить клетку с дхимсами на площадь, открыть задвижку на дверце и стремительно отступить под защиту розоватой светящейся дымки.