Вахтангов (1-е издание)
Шрифт:
Самый главный принцип Вахтангова в театре — это принцип образной природы театрального искусства. По отношению, скажем, к поэзии или к музыке этот вопрос был давным-давно решен. Что иное, если не художественный образ, образное отражение действительности, является основой этих искусств? Но другое дело в практике театра, где «материалом» искусства является не слово и не звук сами по себе, а живой конкретный человек — актер, который только через свою совсем, не условную, а весьма реальную, существующую, независимо от воли драматурга и режиссера, физическую природу может воплотить их замысел. Тут художественное воплощение
К. С. Станиславский утверждал, что зритель во время спектакля должен «забыть», что он находится в театре. Е. Б. Вахтангов решительно утверждает, что этого забыть нельзя и забывать вовсе не следует. Полемически заостряя свою мысль, Евгений Богратионович настаивает даже на том, что зритель должен ежесекундно чувствовать мастерство актера. В таком полемическом духе, обнажая приемы, обнажая «игру», Вахтангов поставил «Принцессу Турандот». Но и в том же самом спектакле «Турандот» и во всех других своих постановках он добивался такой интенсивной жизни образов на сцене, что зритель как бы «забывал» обо всем, сочувствовал героям пьесы, плакал, смеялся. Зритель помнил, что это театр, а не сама жизнь, но именно в художественном преображении жизни, в театральном выражении жизни видел раскрытой ее сущность гораздо полнее, ярче, глубже, чем в обыденной повседневности. Между «помнить» и «забывать» в театре нет никакого антагонизма, если театр не натуралистичен и если нас захватывает жизненная правда и художественная сила его образов.
Так же разрешал Е. Б. Вахтангов и связанный с этим вопрос о том, что должен испытывать актер на сцене. К. С. Станиславский добивался, чтобы актер, играя роль, чувствовал себя совсем так же естественно, как в жизни, и забывал о театре. Но и этого добиться нельзя и добиваться не нужно, утверждает Е. Б. Вахтангов. Мысль Станиславского верна как общее утверждение реализма в искусстве. Но если актер правдиво живет жизнью художественного образа, он в одно и то же время и живет в образе и помнит, что он актер и что он находится на сцене.
Вахтангов был интуитивно близок к пониманию диалектического единства противоречий в театральном искусстве, единства, которое и является, собственно, источником настоящего искусства.
Нельзя оторвать от этих принципов Вахтангова и его программное утверждение, что реализм в театре должен быть «фантастическим», то есть реальное отражение жизни должно быть дано в театре в образах, обогащенных художественной фантазией.
В праве художника на свою «фантазию», на свое образное толкование пьесы Вахтангов отнюдь не находит повода для искажения действительности и для устранения со сцены всякой объективной жизненной правды. Но из этого права рождается обязанность художника выразить в реалистических образах свое личное (в театре — коллективное) мировоззрение, свое ощущение современности и содержания пьесы. Выразить крупно, обобщенно, преодолевая натуралистический, безыдейный «объективизм» старого театра.
В ряде спектаклей, поставленных Е. Б. Вахтанговым, содержались черты, родственные тому стилю, который под названием экспрессионизма развился в послевоенные годы в Европе, особенно в Германии. Общее у Вахтангова с немецкими экспрессионистами — это резко отрицательное отношение к капиталистической действительности
Е. Б. Вахтангов знал, что он не поставил ни одного спектакля, целиком отвечающего духу нового времени, отвечающего тому, чего ждет и требует от художника революционный народ, и на всю свою работу последних лет смотрел, как на подготовку к выполнению этой неотступной заветной своей задачи. А в каком направлении он хотел дальше работать, как радостно и с какой верой в будущее воспринимал Октябрьскую революцию — об этом говорит рожденная им в годы голода и холода, в годы разгрома помещичье-белогвардейской контрреволюции и империалистической интервенции весенняя, полная любви, солнца и веселья «Принцесса Турандот».
Плоть от плоти передовой русской интеллигенции и один из ее ярких представителей, Е. Б. Вахтангов прошел сложный путь, никогда не останавливаясь и не успокаиваясь на достигнутом. Весь — искание, весь — творчество, весь — движение, неутомимый и смелый, он поднялся на вершины искусства благодаря огромному напряженному самовоспитанию и труду. В этом человеке всегда шла страстная борьба и бурная работа по пересозданию самого себя. Силы для этого он черпал в горячей деятельной любви к жизни, к народу, к человечеству.
Лучшие и последние силы своего изумительного таланта Вахтангов отдал социалистической революции.
Приложения
Приложения составлены Н. М. Вахтанговой и Л. Д. Вендровской
I
Даты жизни и творчества Е. Б. Вахтангова
1883. 1 февраля. Родился во Владикавказе (ныне гор. Орджоникидзе).
1893. Поступил в приготовительный класс 1-й Тифлисской гимназии.
1894. Поступил в 1-й класс Владикавказской гимназии.
1900. 22 января. Первое выступление в домашнем спектакле «Бедность не порок» в роли Пелагеи Егоровны.
1902. 3 января. Первое публичное выступление в гимназии в комедии Печорина-Цандера «Пробел в жизни» в роли аптекаря Тейха.
1903. Май. Окончил курс Владикавказской гимназии.
1903. Сентябрь. Поступил на естественный факультет Московского университета.
1904. Сентябрь. Перешел на юридический факультет Московского университета.
1905. Женился на Надежде Михайловне Байцуровой.
1906. Лето. Организация студенческих спектаклей (и участие в них) во Владикавказе, Кизляре, Моздоке, Грозном.
1906–1907. Москва. Участие в спектаклях студенческого драматического кружка при университете в доме Романова («Романовка» на Бронной).
1907. 1 января. Родился сын Сергей.
1908–1910. Москва. Председатель смоленско-вяземского землячества при Московском университете. Организация студенческих спектаклей (и участие в них) в Смоленске, Вязьме, Сычевке, Гжатске и др.