В воздухе - испытатели
Шрифт:
Да, полеты были очень трудными и сложными. И не всегда в испытаниях все шло гладко.
В декабре 1955 года в одном из испытательных полетов с подвесными баками лопнул на пикировании шланг гидроуправления рулями. На скорости более тысячи километров в час летел к земле грозный МиГ-19, мгновенно поглощая сотни метров высоты.
Определив причину отказа, убрав обороты двигателям, чтобы уменьшилась скорость, Николаев с трудом "вытащил" обеими руками самолет из пикирования, который на отклонение рулей продолжал реагировать с большим опозданием.
Ювелирными
В дальнейшем на эти самолеты стали ставить шланги большей прочности.
Испытательные полеты чередовались у Николаева один за другим.
Одним из сложнейших заданий была стрельба из пушек на фигурах пилотажа.
Извергая шквал огня, МиГ-19 то отвесно пикирует, то вертикально набирает высоту. Его пушки, создавая сильную тряску всему самолету, бьют то на вираже с креном 90°, то в перевернутом положении. Все идет хорошо, если, конечно, не считать того, что в первых полетах вылетели из приборной доски некоторые приборы. Но для того и существуют испытания, чтобы устранять затем дефекты в конструкции...
Однажды, отправляясь в отпуск, Николаев зашел к командиру Николаю Сергеевичу Лацкову попрощаться. Тот встретил его известием:
– С отпуском, Николаев, придется повременить. Есть интересная работа...
– Какая, товарищ полковник?
– По новому методу боевого применения бомб на реактивном истребителе.
– Что за новый метод?
– Ведущий инженер Богуславский решил попробовать сбрасывать бомбы обычные и необычные, - сделал ударение на последнем слове Лацков, - с бреющего полета. Ну, не совсем, чтобы с бреющего... На бреющем к цели будешь подходить... Скорость, конечно, к тысяченке так держать будешь! Понял?
– Понял, но не совсем.
– Сейчас поймешь. Не долетая до цели, идешь на петлю Нестерова, сбрасываешь бомбы... Перегрузочка на вводе большая должна быть. Понял?
– Так... Ну и что?
– А то, что бомбы уходят вверх и вперед, а потом начнут падать по своей определенной траектории... Ты же проходишь верхнюю точку петли, выполняешь на снижении переворот через крыло и на полных оборотах двигателей уходишь на бреющий. А бомбы делают свое дело... Понял?
– Понял. Но позвольте спросить, товарищ полковник, расчеты на это уже есть и будут установлены какие-то приборы?
– Все есть. Ступай к Богуславскому, он ведущий инженер, руководитель работы и все, как есть, узнай у него. Испытания большие и сложные, проведение их доверяем тебе.
– Спасибо, Николай Сергеевич, за доверие, - улыбнулся Николаев.
Прибыв к ведущему инженеру, он долго изучал схемы, разбирался в сложных расчетах.
– Ох, и головастый же ты! Пожалуй, все это можно с успехом выполнить. Бомбить так можно! - сказал Николаев в конце разговора Богуславскому.
– Внезапный удар. Не страшны локаторы, не страшны зенитки, Александр Федорович! - произнес Богуславский решительно, толкнув Николаева по-товарищески в грудь ладонью.
...Испытания на отработку нового
В результате первых полетов был отвергнут первоначальный вариант - уход на петлю, не долетая до цели, и сбрасывание бомб в вертикальном положении. Потому что отделившиеся от самолета бомбы при небольшой ошибке в определении вертикального положения могли при сбрасывании менять свою траекторию, могли падать по направлению полета вперед и назад. Да и как точно определить нужное расстояние, чтобы вовремя идти на петлю?
Родился, таким образом, новый вариант - уход на петлю над целью и сбрасывание бомб... после прохода определенной точки на вертикали. Правда, перед первым таким бомбометанием было опасение в том, что бомбы после своего отделения "лягут" на живот МиГа. Но опять же Богуславский "выложился" интегралами и сказал:
– Нет, этого не произойдет!
Испытания шли успешно. Николаев, как говорят летчики, вдоволь "порезвился", показал, что есть такое МиГ! Показал, что он, летчик-испытатель Николаев, не то что летает, пилотирует, а виртуозно "играет" сверхзвуковым истребителем.
Я отлично знаю этого героя мирного неба. Среднего роста, хорошо сложен, заметен лицом, говорит всегда спокойно. Безупречны у него и товарищеские качества...
Но давайте я лучше немного расскажу об этом новом методе бомбометания со сверхзвукового истребителя.
Достигнув совершенства в пилотировании и пользовании установленными приборами, Николаев бомбил так и из облаков: уходил на петлю, входил в облака, выдерживал по прибору перегрузку, определял по другим приборам точку сбрасывания и сбрасывал бомбы. Они ложились у цели.
Сложно это? Не буду преувеличивать и скажу: "подбирали" погоду с такой облачностью, когда ее верхняя кромка проходила на высоте не выше двух тысяч метров. В этом случае до верхней точки петли оставалась еще высота, которую Николаев проходил, выскочив из облаков, "переворачивал" потом машину в нормальное положение и с крутым снижением пробивал облака вниз.
Но однажды, после полета разведчика погоды, верхняя кромка облачности поднялась настолько, что вся петля была Николаевым выполнена в ней. Ох, и тяжело же было "нащупать" и пройти верхнюю точку петли, "перевернуть" МиГ в облаках в нормальное положение! Но Николаев выполнил и это!
На одном совещании командир подразделения радиолокаторов так и сказал: "Покажите мне того черта, которого мы не можем поймать".
Нужно сказать, что нередко Николаев проводил испытания с риском для жизни. Еще ранее он летал на МиГ-19 на максимальные положительные перегрузки при максимальной скорости с подвесными баками.
В одном из таких полетов от действия перегрузки и скорости произошло закручивание крыльев. Правое крыло уменьшило свой установочный угол, левое увеличило. Машина повалилась в глубокий правый крен.