В тылу врага

Гусев Павел Васильевич

Днем провели торжественное собрание, посвященное Первомаю. Пришли не только партизаны, но и все жители поселка, стар и млад. Небольшой деревянный клуб в Неруссе не смог вместить всех желающих. Многие стояли у открытых дверей и окон. Над входом развевался красный флаг. Флажки поменьше, как и до войны, алели на крышах многих, изб. В клубе, над столом президиума, под самым потолком висел написанный на обратной стороне куска обоев красными буквами лозунг «Да здравствует 1 Мая!», а на противоположной — другой, черными печатными буквами — «Смерть немецким оккупантам!». И как бы в его подтверждение под лозунгом, вдоль стены, на двух сдвинутых скамейках бойцы роты Чикаберидзе разместили трофеи своей предпервомайской вылазки в Зерново: семнадцать комплектов трофейного оружия и снаряжения.

А чуть повыше их, на метровом листе бумаги, крупными буквами выведено: «Первомайский подарок от первой роты». Вошедшие в клуб рассматривали трофеи, одобрительно улыбаясь героям дня.

В начале собрания по предложению Пузанова, почтили память партизан и подпольщиков, погибших в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. Все встали, застыв в скорбном молчании. Шумливые поселковые ребятишки, сидевшие прямо на полу перед столом президиума, подражая взрослым, поднялись, склонили головы.

Выступивший с докладом комиссар Кривошеев рассказал историю возникновения этого пролетарского праздника и условия, в которых сегодня отмечает этот день наша страна — в советском тылу, на фронтах Великой Отечественной войны и на территории, оккупированной врагом.

После доклада был зачитан приказ-поздравление, в котором наиболее отличившимся в боях партизанам объявлены благодарности. В их числе были командиры рот Темников и Чикаберидзе, командиры отделений Дмитрий Швецов и Владимир Корнюшин.

Потом у партизан был праздничный обед. В крестьянских печках, с помощью хозяек, наготовили вволю жирного мясного супа, пшенной каши с трофейными говяжьими консервами. И даже компот сварили из курских сушеных груш, два мешка которых всю зиму возил Бодулин в своем продовольственном «НЗ», приберегая, как он говорил, для случая.

Вечером клубом завладела молодежь. Хотя и темновато было при керосиновых лампах, но веселились допоздна. Танцевали и пели песни под гармонь. Не обошлось и без частушек, исполненных голосистыми девчатами:

Мой миленок пулеметчик, А я — санитарочка! Партизаны говорят — Хороша же парочка! Партизан провожал, Я теплой шалью куталась! И не помню, когда В его ремнях запуталась!

Веселье завершили плясуны. Поочередно выходя в круг, одни соревновались в «барыне», другие в «цыганочке», доставив немало удовольствия присутствующим. Победителем в цыганской пляске был признан Черников. Ему аплодировали больше всех.

— Лезгинку! — вдруг выкрикнул кто-то. Гармонист Журбенко заиграл кавказскую мелодию, в круг вышел Петр Чикаберидзе. Конечно же, только он из партизан мог исполнить этот красивый зажигательный танец горцев. И он его исполнил, да еще как!

Возвращаясь из клуба, мы с Черниковым зашли на огонек в штабную избу. Там сидели Пузанов, Исаев и Кривошеев. Пузанов, обернувшись и увидев нас, спросил, лукаво улыбаясь:

— А что же вы, хлопцы, девчат не пошли провожать?..

— Куда нам! Там девчата на Петра Чикаберидзе только и смотрят. Он так лихо танцевал лезгинку, что на нас с Павлом девчата — ноль внимания. — отшутился Черников.

Исаев пригласил нас к карте, развернутой на столе:

— Прорывать вражескую блокаду будем вот здесь. — он карандашом ткнул в точку на карте, надпись около которой гласила — Быки. — С утра пошлите конников разведать маршрут насчет проходимости обоза…

Кирпонос М. П., генерал-полковник, Герой Советского Союза, командующий войсками Юго-Зап. фронта.

1941 г.

Исаев Н. С.

1943 г.

Гусев

П. В.

1941 г.

Киев. Открытие памятника Герою Советского Союза генерал-полковнику М. П. Кирпоносу 1 ноября 1973 года.

Швецов Д. А.

1941 г.

Глава третья

Перелом

В период сражений советских войск под Харьковом, в районе Воронежа и у берегов Волги, Курская и Орловская области были наводнены вражескими резервами и тыловыми службами. По железным и автомобильным дорогам враг перегруппировывал свои силы, спешили к фронту его маршевые части и боевая техника. А на запад шли эшелоны и автоколонны с ранеными гитлеровцами, разбитой техникой, награбленным скотом, продовольствием и фуражным зерном. Все чаще на запад шли эшелоны с советскими юношами и девушками, угоняемыми на каторжные работы в Германию.

В чем видели тогда свои задачи партизанские отряды Курской и соседних с ней областей? Громить вражеские тылы, выводить из строя транспортные коммуникации, дезорганизовывать работу оккупантских властей. Выполняя эти задачи, партизаны оказывали существенную помощь Красной Армии, приближая перелом в ходе войны.

1.

Три отряда — Путивльский (из соединения Ковпака), Червонного района и наш — направились сразу после первомайского праздника из Брянского в Хинельский лес одновременно. Сорокакилометровый ночной поход по тылам врага не обошелся без стычек с противником. На нашем пути был крупный вражеский гарнизон в селе Быки. Провели тщательную разведку, а затем, смяв неприятельское боевое охранение, прошли полукилометре от села, где находились два батальона карателей.

Наш отряд занял хутор Хинельский, отряды Путивльского и Червонного районов Сумской области рассредоточились западнее нас — в хуторах и деревушках тянувшихся по южной опушке Хинельского леса. Мы сразу направили конных разведчиков в ближайшие селения. Вскоре они доложили: около батальона карателей, только что занявших село Хинель, готовятся к наступлению на нас. Каратели не заставили себя долго ждать. Бой с ними продолжался около двух часов. Исаев и я находились на стыке рот Чикаберидзе и Темникова, а Кривошеев и Черников — на правом фланге, поддерживая связь с отрядом Червонного района. После нескольких безуспешных атак каратели отступили, оставив на поле боя больше взвода убитых солдат. Но из Хинели фашисты не ушли. Подтянув к вечеру новые крупные силы, они заняли почти все населенные пункты, прилегающие к южной опушке Хинельского леса.

Весть о нашем появлении в Хинельском лесу быстро разнеслась по окрестным селениям. В тот же день только в наш отряд прибыло около тридцати человек с просьбой принять их в наши ряды. Мы их приняли, но впоследствии передали Севскому отряду, поскольку все они были из этого района. На другой день Путивльский отряд с боями ушел из Хинельского леса, взяв направление на Хутор Михайловский — крупную узловую железнодорожную станцию. Мы вместе с отрядом Червонного района, обосновавшись в центре леса, несколько дней вели разведку, в результате которой убедились, что противник отрезал нам пути выхода в свои районы. Навсегда запомнилась мне разведка боем, проведенная в ночь на 8 мая нашим отрядом. Мы выяснили, что в селе Хвощевка противник выставил заставу численностью до роты: в наспех сооруженных дзотах на северо-западной окраине села по ночам дежурят пулеметные расчеты, а по дорогам на Барановку и Хинель постоянно патрулируют конные дозоры; остальной состав заставы размещен в крайних хатах, жители из которых выселены.