В теле тирана
Шрифт:
— Мы в роли короля диверсий Отто Скорели! Только вот бьем янки. Хотя, честно говоря, страна, которая снимает столь классные боевики, должна быть нашим союзником и близким другом. — Шарлота скривила брови, в особом грозном изгибе.
— Не родись я в Германии, то предпочла бы появиться на свет в США. Цивилизация Америки это сотни культур со всего мира! — Герда показала длинный язычок.
— Победа над сильным соперником обычно стоит дороже, но ее ты, не отдашь за бесценок! — Рыкнула Шарлота.
— Если не считать Великой Войны против троллей, чьи плоды оказались утрачены. — Герда тяжело вздохнулаю.
— Временно!
Девушки
— Снова у нас проблемы! — В голосе Герды ощущалась беспокойство.
— Ничего всех снимем разом! Это дело пяти секунд! — Шарлота глотнула стимулятора. Подтолкнула напарницу локтем. — Да и ты пей!
Возле самого борта полоска света, но это проблемой не является.
Герда говорит, вернее, повелевает зомби:
— Не стреляй без команды.
— Слушаюсь госпожа! — Ответила «кукла».
Теперь все цели схвачены и вот удача. На борт «рыбаки» вытаскиваю отливающего рубинами зверя: рыбу-пасту. Даже четверо парней из укрытия высунулись, теперь все цели схвачены.
— Пора! Гиперзалп! — Шепчет Шарлота. — Она любит выделиться.
Автоматы бьют бесшумно плеск волн, полностью перекрывает их стрельбу. В одну секунду извергается двадцать пять пуль, а на двоих пятьдесят. А убрать разом надо сорок шесть человек. Даже с учетом промахов и неизбежного дубляжа, достаточно двух секунд, для полной зачистки. Лишь тоненький свист движения пуль, даже затворы не щелкнули. Хлопки едва ощутимые, только приклад слегка придавил плечо.
— Вот оно что значит электромагнит и разгон! — С восхищением произнесла Шарлота.
— А также наши способности! — Рыкнула Герда. — Хвала создателю!
— Не Богом данные, наука! — Возразила Шарлота.
Хотя они били с разных точек, но вполне могли переговариваться, даже на большой дистанции через мини-рации.
— Пропусти ни кого сверх лимита, приступаем к высадке! — Приказала воительница.
Забавно, что все десантники это три человека, две девушки и живой труп. Девушки перекидывают целеуказатели. Вот видно, что еще три негра вышло.
— Прости Господи! — Шепнула набожная Герда, отправляя бойцов в лучший мир.
Зомби пристрел только двоих, что курили у борта и всматривались в даль. Тут в общем было чем полюбоваться, да и кто осудит моряков расслабившихся в дружественном порту.
Краем глаза Герда успела подметить кровавые облака, вылетевшие из пустых голов.
— Наступает расчет! Открываем счет!
— Похоже, все не теряй ни одной секунды! — Скомандовала Шарлота.
Борт эсминца моментально вырос перед разведчицами. На палубе только трупы, не привычно тихо, только рыба-паста бьется хвостом об борт.
Опять просыпание на самом интересном месте. Девчата спешно поднимаются и, вскочив, снова бегут. Им даже не дали позавтракать, вот так и пустили голодными босиком по раскаленному песку. Что же
Шарлота подбодрила подругу:
— Выше нос держи крутая немецкая баба! Тогда мы не сломаемся!
Герда свирепо огрызнулась:
— Да я и не думала ломаться! А тем более прогибаться!
И снова бег с разгоном реактивного лайнера. И пески….
А полковник Дэсс в свою очередь брел по пустыне. Вот уже завтра будет неделя после того как они отправились в поход за сокровищами. И ничего пока нет… Словно Моисей евреев по пустыне, так их водит мальчишка Али. И это глупо, мерзко… Что же он ишак, перед носом которого держат морковку. А с другой стороны что делать, снова пытать… Зной убивает даже это желание.
Дэсс чтобы подавить скуку налил из канистры спирта, и, разбавив его водой, принялся глотать противную жидкость. Не очень-то помогло, на жаре развезло, весь энтузиазм куда-то схлынул.
Даже началось некоторое подобие бредятины…
Ракеты тактического уровня летели со скоростью, близкой к световому лучу. Лидер Америки испарился, едва успев закончить фразу. На месте Вашингтона вспыхнуло яркое неистовое зарево света, затем возник колоссальный фиолетово-коричневый цветок. Семь гиперплазменных лепестков отделились от ослепительного бутона, взлетев в заоблачные выси. Они в течение десяти секунд сияли всеми цветами радуги, а затем, моментально потускнев, опали, оставив лишь исполинские плавающие в стратосфере пурпурно-красные искры. В мгновение ока десятки миллионов людей сгорели, разлетаясь элементарными частицами. Те, кто были подальше, слепли и пылали, как живые факелы. Огонь мучительно пожирал человеческую плоть. У людей облезала кожа, обращались в пыль волосы, обугливались черепа. Взрывная волна, как бы гармошкой, складывала небоскребы, заживо хороня многих, еще недавно таких живых и беззаботных индивидов в раскаленных бетонных могилах. Команда светловолосых полуголых школьников Техаса, гоняла мяч, по ним прошла гравиоволна, оставив лишь пепельные силуэты на обгоревшей траве. Бедные мальчики, о чем они думали в последний момент: может, звали маму, или кого-нибудь из героев кино, неисчислимых компьютерных игр (и откуда в голове у нациста всплыло незнакомое слово — компьютер?). Спрятавшихся в подземке людей, белых и цветных давило как мух под прессом. Смерть уравняла бедняка и миллиардера, сенатора и заключенного, кинозвезду и мусорщика. Казалось, что миллионы душ с воем, уносятся в небо, мир перевернулся и возможно впервые люди почувствовали, что как тонка жизненная нить и насколько они нуждаются друг в друге. Мать и ребенок задохнулись под завалом, с такой силой прижавшись ко друг другу, что их оторвать, не могли все силы преисподней.
Удары следовали и по другим местам планеты Земля. Главной целью было уничтожить все крупные промышленные центры, города, лишить человечество знаний, достоинства, отбросить в первобытное состояние, превратить людей в дрожащее стадо. Человеческая техника была бессильна, все средства ПВО не могли даже среагировать на заряды, несущие смерть всему живому. Битва превратилась в беспощадное, тотальное избиение, аннигиляционные и термокварковые подарки «щедро» раздавались всем континентам. С помощью электроники нацисты выбирали наиболее населенные районы земной поверхности, реализуя уже давно опробованную тактику гнездового бомбометания.