В тебе моя жизнь...
Шрифт:
Хлысь! На спину Агнешки со свистом опустился хлыст. Та только вздрогнула, стиснув зубы, чтобы не застонать от боли, и еще крепче прижалась к Марине. Потом хлыст опустился на ее спину еще раз, и второй, и третий. Марина билась, крича, под нянечкой, крича во весь голос и пытаясь скинуть с себя Агнешку, но та вцепилась в нее, словно клещ, принимая на себе удары, предназначенные ее девоньке.
После третьего удара Анна Степановна поняла, что ее наказание бесполезно. Она отошла, шатаясь от постели, отбросила в сторону хлыст и разрыдалась во весь голос.
— Дрянь! Какая же ты дрянь! — она повернулась к Марине и закричала, устремляя на нее указательный палец. — Ты! Как ты могла так упасть?! Ты падшая женщина, вот ты кто! Как ты могла сделать это со
— Не называй так моего ребенка! — крикнула матери из постели Марина, отстраняя нянечку, которая всячески препятствовала ей ответить Анне Степановне. Она жутко боялась, что та опять впадет в неистовство, но на этот раз она не успеет защитить свою девоньку. — Не называй так!
— А как еще назвать дитя, зачатое в грехе?! — прошипела красная от злости Анна Степановна. — Зачатое дитя вне брака — ублюдок, по иному и не назвать!
— Мое дитя зачато в браке! — выкрикнула Марина и если бы не была так напряжена, непременно рассмеялась бы — так забавно смотрелось со стороны, как резко захлопнулся рот Анны Степановны. — Я обвенчана с князем Загорским два месяца назад. Мы совершили таинство за несколько дней до его отъезда.
Анна Степановна отошла к окну и стала смотреть в сад, обхватив себя за плечи. Было видно, она пытается изо всех сил успокоиться и подумать разумно над сложившейся ситуацией.
— Как ты, Гнеша? — обратилась тем временем к нянечке Марина. — Очень больно? Ступай в кухню, пусть кто-нибудь осмотрит твою спину. Я вижу кровь на твоем платье. Ступай, не бойся, она более не причинит мне вреда. А если и будет так, то я приму это. Мой грех — мне и ответ нести.
Агнешка поколебалась немного, но затем вышла из спальни, притворив за собой плотно дверь, оставив мать и дочь наедине для откровенного разговора.
Анна Степановна, окинув комнату взглядом и убедившись, что они остались одни, поднесла к кровати стул.
— Расскажи мне все, — приказала она, заняв место у постели Марины. — Я должна знать, как это произошло, где и, самое главное, почему без родительского благословения.
И Марина рассказала ей обо всем: о таинстве, произошедшем в маленькой сельской деревушке в соседнем от Киреевки уезде, о небольшом торжестве по этому случаю в имении Арсеньевых, о тех нескольких днях, что она и Загорский провели вместе. По окончании ее исповеди мать немного помолчала, а потом спросила:
— Кто был дружками на венчании?
— Я не знаю их, — призналась Марина. — Ни разу не видела их до того.
— Значит, люди не того круга. Офицеры, — решила Анна Степановна. — А что Арсеньевы?
— Арсеньевы на таинстве не были. Так решил Сергей. Мол, чем меньше людей посвящено в нашу тайну, тем лучше.
— Значит, из числа твоих знакомых только Арсеньевы знают о вашем браке, более никто? — Марина кивнула, а Анна Степановна нахмурилась. — Прекрасно, они в отъезде, а вернутся, Бог знает, когда. Церквушка-то, знаешь, где находится? Ее-то вспомнишь?
— Вспомню, коли потребуется. А зачем вам это, маменька?
— Так для того, чтобы пред старым князем объявляться в качестве невестки, надобно иметь preuves [145] оного на руках, а не быть пустословными! — отчеканила Анна Степановна. — А другого пути у нас теперь нет. Только к князю на поклон идти.
Она поднялась со стула и прошлась по комнате в задумчивости, поглаживая пальцами подбородок. Марина наблюдала за матерью со своего места в постели. Ей на мгновение показалось подозрительным, что мать вот легко приняла ее тайный брак с Загорским, что она напряженно обдумывает какие-то свои тайные планы, и ей стало боязно. Но затем Анна Степановна остановилась на месте и радостно улыбнулась дочери.
145
доказательства (фр.)
— Что такая смурая? — спросила она. Потом подошла к Марине и наклонилась, заглянула ей прямо в глаза. — Поправляй здоровье.
— В верстах двух от Киреевки.
— Вот и славно, — улыбнулась опять Анна Степановна и поправила подушки дочери. — Вот и славненько.
У самого порога она обернулась и внимательно посмотрела на дочь. Потом тихо проговорила:
— Моли Бога, чтобы мы нашли preuves твоего тайного брака, Марина. Иначе тяжко нам придется, ой, как тяжко!
Спустя несколько дней, когда Марина смогла вставать и ходить без слабости в членах, Анна Степановна заявила, что надобно ехать как можно скорее в церковь, где проходило их с Загорским венчание. «Le temps presse [146] », — сказала она, намекая на то, что уже через несколько месяцев вполне вероятно станет затруднительно скрывать положение Марины.
Сначала они ехали молча. Марина вдыхала полной грудью свежий воздух деревни, наслаждаясь ароматом скошенного сена, что сохло на лугах, которые они проезжали. В столице воздух никогда не пах так здесь — слишком грязно, слишком людно было в городе.
146
Время не ждет (фр.)
Анна Степановна же в задумчивости теребила ручки своего ридикюля. Марина сразу же поняла, что ее маменька что-то хочет ей сообщить, но не решается, и подобное поведение, совсем не свойственное ей, удивило девушку. Затем Анна Степановна решилась:
— Не хотела тебе говорить, Марина. Боялась расстроить попусту. Все это, конечно, пустое, так — мои домыслы, deux fois rien [147] . Просто уж слишком подозрительно для меня поведение Загорского в этом случае. К чему таить брак? Для чего? Мне сие непонятно. Пытаюсь понять и не могу. Никак не могу, — Анна Степановна пожала плечами, а затем продолжила, то и дело, запинаясь, словно ей было не себе вести этот разговор. — Когда я была молода (только вывели в свет, помнится), прогремел на всю столицу один пренеприятный случай с некой jeune fille [148] . Она влюбилась в некого графа. Сильно влюбилась. Вот как ты в Загорского. Но она была из бедной семьи да сирота, а он — отпрыск знатного старинного рода. Ему сам Бог велел другую партию. В общем, не пара они были совсем. Проходит время, и в свете появляется толк, что он намерен делать предложение одной богатой невесте. И буквально через несколько дней свет опять faire des cancans [149] , что та самая jeune fille пришла в дом к семье этого polisson и заявила, что она является его венчанной супругой. Тот категорически все отрицал. Выяснилось, что венчал их развенчанный поп в какой-то захудалой церквушке, а значит… значит, не брак то был вовсе, а fiction [150] . И не в женах любимый хотел ее иметь, а в полюбовницах. Любить-то, может, и любил, да вот что с той любви-то? Позор один! Он спустя время comme si de rien n''etait [151] женился на той самой богатой невесте. Мужчине ведь в свете позволено многое, а вот женщине. Та jeune fille… Один Бог ведает, где она теперь.
147
пустяк (фр.)
148
девушка (фр.)
149
сплетничать (фр.)
150
фикция (фр.)
151
как ни в чем не бывало (фр.)