В Стране странностей
Шрифт:
Два месяца норвежский народ боролся против гитлеровцев с оружием в руках. Потом его вооруженное сопротивление было сломлено. Король и правительство на корабле уехали в Лондон. Квислинг составил из предателей покорное немцам другое «правительство» и вместе с гитлеровским наместником Тербовеном принялся охотиться за норвежскими патриотами. Непокорных бросали за колючую проволоку концлагерей, морили голодом, расстреливали. Фашистский военно-полевой суд, занявший дом судовладельца Брюде, заседал с утра до ночи.
Норвежские коммунисты были в первых рядах патриотов,
Шли на дно немецкие пароходы с оружием, взлетали на воздух склады и поезда. Патриоты взорвали самую мощную гидростанцию, которая была очень нужна гитлеровцам. Народ не сдавался. Он не знал устали и страха.
Советская Армия помогла норвежцам сбросить ненавистных поработителей. Наши войска в октябре 1944 года с боями гнали фашистских оккупантов из северной части страны, и норвежский народ не забывает об этом.
Вот во что превратили гитлеровцы норвежский город.
В списках десяти тысяч патриотов, погибших в борьбе против гитлеровцев, значится имя писателя Нурдаля Грига.
Жизнь его была короткой и яркой. Окончив университет, он поступил матросом на корабль дальнего плавания. Первые же его стихи и рассказы были посвящены трудовому люду. Два года прожил Нурдаль Григ в нашей стране — он хотел своими глазами видеть строительство новой жизни. Сердце борца за правое дело позвало его затем в сражавшуюся против фашистов Испанию.
В ночь на 3 декабря 1943 года эскадрилья самолетов бомбила затемненный Берлин. Один из бомбардировщиков загорелся. На борту горящего самолета был капитан Нурдаль Григ. Он погиб как герой.
Нурдаль Григ завещал своему народу и всем людям земли после окончания войны неустанно, ежедневно бороться за мир: «В дни, когда вы не боретесь за мир, вы помогаете войне».
Но все ли в сегодняшней Норвегии помнят призыв патриота?
Недалеко от Осло, в Колсосе, находится крупный военный штаб. Но это не норвежский штаб. Там сидят генералы северной группы НАТО.
Почему оказалась в этом союзе Норвегия?
Однажды мы разговорились со старым членом Рабочей партии — так именует себя социал-демократическая партия Норвегии. Это был небрежно одетый господин с редкими седыми волосами, когда-то работавший токарем, а теперь служивший в пароходной компании.
— Видите ли, маленькому народу трудно отражать нападение большой страны, — сказал он.
Мы согласились с этим.
— Опыт оккупации убедил нас, что мы должны опираться на помощь других стран…
— Простите, — перебил Марк. —
— Совершенно верно. Вот видите, вы сами говорите, что нашей маленькой стране понадобилась помощь большой.
— Но вы же заключили союз как раз против нашей большой страны, которая помогла вам в трудную минуту, — возразили мы.
— Нет, господа, это союз не против России. Но, если на нас нападут, наша маленькая страна будет защищаться…
— Простите, кто нападет?
— Ну, какая-нибудь другая страна.
— В прошлый раз на вашу страну напала гитлеровская Германия. Теперь вы в союзе с теми немцами, у которых снова в чести гитлеровские генералы. Эти генералы даже ездят к вам с визитами…
— Господа, мы их не приглашаем.
— Значит, они являются без приглашения. Между прочим, другие гитлеровские генералы в апреле тысяча девятьсот сорокового года явились к вам тоже без приглашения. Разве это не так?
— Допустим…
— Тогда где же логика?
— Господа, я вижу, вы не хотите понять главное. Маленькой стране трудно отражать нападение большой. Опыт прошлой войны…
Началась сказка про белого бычка, очень похожая на те, какие я слышал и в Голландии и в других небольших странах, вступивших в НАТО.
Некоторые норвежцы, объясняя, почему Норвегия вступила в союз, направленный против страны, которая ей не угрожала и не угрожает, приводят другие причины.
Когда прогнали фашистов, честные норвежцы взялись за предателей. Нашлись ведь такие господа, которые на своих фабриках делали то, что было нужно фашистам, — даже мины, которыми каратели обстреливали норвежских партизан!
Для квислинговцев пришел час расплаты. Но в стране образовалось два «фронта».
Честные люди говорили: никакой пощады, никакого примирения с теми, кто в годы гитлеровской оккупации наживался на крови и страданиях патриотов.
Эти люди образовали «ледяной фронт».
Однако те, у кого было рыльце в пушку, взывали к милосердию: не надо строгих наказаний! Помягче, господа, помягче! Люди, помогавшие немцам, заблуждались, их принудили, они теперь раскаялись… Нужно по-христиански простить их.
Так образовался «шелковый фронт».
Мы прочитали об этих временах и в книге норвежского писателя Болстада. Эта книга помогает понять, как получилось, что некоторые норвежские политические деятели протянули руку тем, кто жег и грабил Норвегию.
Вот что написано там:
«Расстрелянные не говорят, замученные насмерть молчат. Вдовы устали… Бывшие в заключении при немцах ребята из фронта Сопротивления понемногу начинают чувствовать себя лишними.
…Снова идет систематическая обработка. Силы черпаются из тех же источников, какими пользовались и нацисты. Это лишь всяческое разжигание ненависти к русским и клевета на страну, спасшую мир от нацизма.
…Заключенных нацистов готовы причислить к мученикам. Они собираются вокруг столов у себя в камерах и начинают совещаться».