В стране легенд
Шрифт:
Экипаж был под стать капитану: висельники, отпетые мерзавцы, головорезы. Какой честный матрос согласился бы по доброй воле служить под началом этого капитана? Одно имя его наводило ужас.
Он перевозил всё: перец, корицу, шелка. Не брезговал и живым товаром. В трюме нечем было дышать. Рабы умирали десятками от болезней и голода.
Не беда! Мёртвых за борт! Если в живых останется половина, всё равно удастся перепродать их с барышом.
Акулы жирели, следуя за кораблем. Они не отставали от него: знали, что будет пожива.
— Мои славные рыбёшки! — говорил капитан этим тварям. — Сегодня вы наелись досыта. Завтра опять устрою вам
Говорят, при случае он поднимал чёрный флаг и нападал на торговые корабли. Но кто бы мог обвинить его в этом, ведь живых свидетелей не оставалось!
Когда капитан шёл по узким уличкам портового городка, даже старые моряки стаскивали шапки с голов и гнули окостенелые от старости спины. Не успеешь поклониться, попробуешь его знаменитую плеть.
Он входил в кабачок. А за ним с гоготом и криками вваливалась его команда. Посетители старались незаметно убраться из кабачка подобру-поздорову. Даже забияки с пудовыми кулачищами разом скисали.
У хозяина тряслись поджилки. Он побыстрей начинал поворачиваться среди бочек с пивом. Один взгляд капитана — и его ноги становились проворней, чем ноги молодого оленя. Хозяин тащил на стол бутылки с лучшим вином, жареных индеек и каплунов. Он даже не смел заикнуться о плате.
И вот тогда, при робком мигании свечей, попыхивая длинной трубкой, капитан начинал свои рассказы.
О том, как в бурю рухнула фок-мачта, [58] но он всё равно провёл свой корабль через кольцо рифов, хотя каждая волна грозила разнести его в щепки.
58
Фок-мачта — передняя мачта.
На севере его корабль чуть не затёрло льдами. Мимо проплыла трёхмачтовая шхуна, вмёрзшая в айсберг. Люди облепили мачты, молили о помощи. Но и это не заставило его повернуть назад. Три матроса из его команды сошли с ума. Что ж! Он нашёл для них неплохое леченье: за борт, в ледяную воду.
Капитан умолкал и придирчивым взглядом пробегал по лицам слушателей. Да они словно онемели! Смотрят на него не мигая. В глазах застыл ужас.
И тогда гордость переполняла его. Ещё бы! Он — любимчик моря! Море послушно ему!
Горе тому новичку, кто осмеливался нарушить это молчание и вставить хоть слово:
— Помню, и я в тех же широтах, однажды…
Друзья начнут его толкать локтями в бок, да поздно.
К нему поворачивается бешеное, побагровевшее лицо капитана. Синие, пронзительные глаза мечут молнии. Удар кулака — и несчастный падает замертво. Потом двое матросов за ноги выволакивают его за порог, и всё, поминай как звали…
Говорили, что проклятый капитан молится дьяволу и дьявол во всём ему помогает. Снова и снова выходил он в море и каждый раз возвращался с богатой добычей. Такая уж ему во всём дьявольская удача.
Однажды капитан должен был совершить плавание из Атлантического океана в Тихий океан, от острова Мартиника [59] к островам Хуан Фернандес. [60]
— Плыть в марте месяце мимо мыса Горн? [61] — говорили другие капитаны. — Кто на это решится, кроме него?
Когда уже грузили на корабль последние бочки солонины, подошёл к капитану богато одетый
Он был чужим в этих краях и ничего не знал о страшной славе капитана.
59
Мартиника — остров в группе Малых Антильских островов в Вест-Индии.
60
Хуан Фернандес — группа островов в Тихом океане, неподалёку от берегов Чили.
61
Мыс Горн — мыс на южном острове архипелага Огненная Земля, на самом юге Америки. Представляет собой почти отвесную скалу, которая поднимается на 150 метров над уровнем моря. Очень опасное место для мореплавания, особенно для парусных судов, из-за частых туманов и сильных бурь.
— Отец моей невесты живёт на одном из островов Хуан Фернандес, — сказал юноша капитану. — Он тяжело занемог и хочет благословить нас перед смертью. Если вы доставите туда меня и мою невесту, я щедро расплачусь с вами.
Принял их на борт капитан вместе с слугами и поклажей и вышел в море. Подпоил он одного из слуг и узнал, что юноша богат и везёт с собой много золота.
По приказу капитана схватили матросы молодого испанца и бросили в море, а за ним следом всех его слуг.
— А ты, красотка, выбирай что хочешь! — крикнул капитан девушке. — Или будешь моей служанкой, или ступай вслед за своим женихом.
— Будь проклят, убийца! — воскликнула девушка. — Пусть же ты никогда больше не увидишь берега! — И бросилась в бездонную пучину.
Капитан только засмеялся сатанинским смехом. И словно в ответ послышался рёв и свист урагана. Он налетел с запада.
Корабль как раз подплывал к мысу Горн.
— Беда! Пропали мы! — испуганно заговорили матросы.
Мыс Горн!
На погибель морякам высится тут чёрный утес, вечно окутанный туманом. С грохотом дробятся волны, разбиваясь о скалу.
Здесь сталкиваются течения двух океанов. Даже в тихую погоду нелегко плыть мимо этой скалы.
— Мыс Горн — вход в преисподнюю! — говорят моряки.
Но капитан и не думает повернуть назад.
Встречный ураган! Тем лучше! Обогнуть в такую погодку мыс Горн! Будет о чём порассказать, вернувшись в Дельфт.
Водяные горы обрушиваются на корабль. Град пляшет по палубе. Ледяной коркой покрываются мачты и снасти.
Корабль, весь треща и дрожа, карабкается на волну. Но всякий раз ветер отбрасывает его назад. Вот уже вторую неделю псом на привязи крутится корабль на одном месте.
В разрывах быстро несущихся туч то блеснёт, то спрячется месяц.
Ужасна буря в зелёном свете месяца. Всё перемешалось: клочья туч и обрывки пены. В волнах ныряют льдины и обломки разбитых кораблей. Видно, подмешался в эту дрянную похлебку и сам дьявол, потому что всё, что может выть, беситься и бросаться на скалы, собралось сейчас тут.
Да, буря устроила тебе неплохую ловушку, капитан.
Море столько лет баловало тебя. Подбрасывало тебе то попутный ветер, то штиль, то лёгкий шторм. А теперь оно решило показать, что ты такой же простой моряк, как и все остальные, такая же игрушка моря.