В сладостном бреду
Шрифт:
— А может, я не хочу опять в постель. У меня есть здесь чем заняться.
— Я больше нуждаюсь в твоей заботе, чем твои деревья. — Он взял ее за руку и притянул к себе. Почувствовав его возбуждение, она даже задохнулась, поняв, что вскоре вновь окажется в плену его бешеной страсти и вновь будет стонать и вопить от бесконечного наслаждения. Волна жара захватила ее, когда она поняла, что опять готова принять его в свое тело.
— Ты очень сластолюбивый мужчина, Вэр из Дандрагона. Неужели ты никогда не насытишься?
— Нет, — произнес он хрипло. — Только не с тобой. Стоит
Это безумие должно когда-нибудь закончиться. Она даже вообразить себе не могла, что простая близость может вызвать лихорадку, ненасытное желание обладания, которое невозможно удовлетворить. Ей постоянно хотелось дотронуться до него, ласкать его, даже когда он находился в другом конце комнаты. Она не сводила с него глаз, постоянно следя за выражением его лица, ожидая момента, когда он протянет к ней руки и позовет ее. Она назвала его сластолюбивым, но обнаружила, что сама так же сладострастна.
Он крепко, как свою собственность, держал ее за руку, и большим пальцем поглаживал ей запястье.
— Так ты идешь?
Это вновь случится: волны жара, едва переносимое напряжение, захватывающие дух эмоции, его страсть…
Она решительно тряхнула головой.
— Я иду, — и пошла за ним через лужайку. — Давай поспешим, — прошептала она ему.
— Мой господин, я сожалею, что побеспокоил вас, но к замку приближаются всадники. — Абдул старательно пытался смотреть на видимую только ему точку над кроватью.
Сердце у Tea скатилось вниз. Она в панике откинула покрывало. Всадники? Тамплиеры?
Вэр уже вскочил с постели и натягивал одежду.
— Сколько всадников?
— Двое. — Абдул с облегчением перевел взгляд на Вэра. — Нам показалось, что их только двое, но сейчас темно, на дороге могут быть и другие.
— Одевайся, — бросил Вэр через плечо Tea. — Быстрее. — И он поспешно вышел из комнаты.
Уже через несколько минут Tea, полностью одетая, сбежала вниз, во двор.
Подъемный мост был уже опущен, и она вздохнула с облегчением. Значит, это не враг.
Это Кадар.
Ее взгляд метнулся к маленькой фигурке верхом на лошади, следующей за ним.
Селин. Одетая, как мальчик араб, в штаны, рубаху и плащ, но это, без всякого сомнения, была она.
— Tea! — Селин соскользнула с седла и побежала к ней. Тюрбан свалился с ее головы, рыжие волосы рассыпались по плечам, напомнив Tea тот момент, когда они прощались у ворот Константинополя. — Я здесь!
— Я вижу, что ты здесь. — Tea крепко прижала ее к себе. Селин. Свободная, целая и невредимая. Здесь, наконец-то вместе с ней. — Я вижу… что ты здесь.
— Перестань реветь. — Селин чуть отодвинулась и сердито посмотрела на нее. — Это совсем ни к чему. Ну почему ты такая глупая? Ведь все же теперь хорошо.
— Да, я знаю. — Tea ладонью вытерла слезы со щек. — Вот видишь, я уже не плачу. — Она снова крепко обняла ее и отпустила. — Как ты?
— Получше, чем я, — сказал Кадар, спешиваясь. — Ваша сестра необычайно настырная особа.
— Со мной все
— Они не обнаружили, что ты мне помогала?
— Конечно, нет. — Она принялась внимательно изучать свой плащ и отряхивать его полы от пыли. — Это очень похоже на тебя, волноваться из-за пустяков. Ведь не я отправилась в опасный путь. Но я тоже беспокоилась о тебе. — Она изучающе посмотрела на Tea. — Но вижу, что напрасно. Ты… выглядишь прекрасно.
— Почему вы задержались? — Спросил Вэр у Кадара. — Возникли проблемы с Николасом?
— Не более, чем я и ожидал, — спокойно отвечал Кадар. — Но затем, когда мы с ним сделку уже завершили, Селин не смирилась с тем, что ее продали, и сбежала. И мне пришлось три недели искать ее в этом огромном городе.
— Это полностью ваша вина, — заявила Селин. — Если бы вы мне сразу сказали о плане Tea, мы бы уже давным-давно приехали сюда.
— Я намеревался все рассказать тебе, но после того, как забрал бы из дома Николаса. Раньше сообщить тебе было бы не безопасно. — И он едко добавил: — У меня не возникло уверенности, что ты сумеешь сохранить все в секрете.
— Что я, дура, чтобы болтать, когда от молчания зависела моя свобода?
— Не дура, просто ребенок. — Кадар поморщился. — По крайней мере, я так тогда думал. Мне следовало бы прислушаться к советам Tea. — Он поднял руку, увидев, что Селин пытается возразить. — Ну хорошо, меня удержала не твоя юность, а тот дракон, что сторожил вас и вслушивался в каждое слово, которое я произносил.
— Так она скиталась одна по улицам Константинополя целых три недели? — с ужасом переспросила Tea. — С ней же могло что-нибудь случиться.
— Возможно, вы знаете ее все же не лучше, чем я, — сказал Кадар. — Я нашел ее на базаре вместе с семьей бедуинов, она учила их, как привязывать верблюдам колокольчики. Думаю, не прошло бы месяца, как она уже командовала бы ими, как мной во время этого мучительнейшего путешествия.
В его шутливом тоне Tea различила странную нотку гордости.
— Не говорите глупостей, — заявила Селин. — Это заняло бы у меня по меньшей мере полгода. Женщина оказалась вполне разумна, а вот старик невероятно упрям. — Она повернулась опять к Tea. — А когда Кадар наконец сказал мне, что это ты послала его за мной, то я отправила его к Николасу за шелком.
— За шелком? — переспросил Вэр.
Селин изучающе оглядела его.
— Вы, должно быть, лорд Вэр. Кадар рассказывал мне о вас.
— Не сомневаюсь в этом, — сухо сказал Вэр. — Так что за шелк?
— Ну, раз стало ясно, что у Кадара достаточно денег, чтобы купить меня, я подумала, что у него должно еще что-нибудь остаться. Он действительно очень умно справлялся с ролью купца.
Кадар чуть поклонился.
— Благодарю.
Селин нетерпеливо махнула рукой.
— Но он собирался уехать без шелка, Tea. Мы ведь не смогли бы делать одежду еще какое-то время, а у Николаса самый лучший шелк в мире. Думаю, что если ты сможешь вышить этот шелк и мы сумеем продать его, то, в случае удачи, мы сможем сразу открыть свое дело.